Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

ИстФак:: - Выбор легата (часть 3)

Выбор легата (часть 3)

Автор: Силиконовый Буратино
   [ принято к публикации 23:56  04-03-2010 | бырь | Просмотров: 456]
Первая часть тут www.litprom.ru/thread33274.html
Вторая часть здесь http://www.litprom.ru/thread33668.html

Ранее Гай Дамиан лишь предоставлял легату доклады о потерях. Сейчас же эти таблицы с цифрами превратились в солдат, истекающих кровью, дерущихся не на жизнь, а на смерть, готовых закрыть его своими телами. Но он был здесь не для того, чтобы прятаться за их щитами. Преодолевая дрожь, он встал в первые ряды. Позади него стоял знаменосец, и легионеры, видя, возвышающийся над ним имперский штандарт чувствовали невероятное воодушевление.
— Дамиан! Дамиан!  — доносились дружные крики с задних рядов, и в  Гае пробудился азарт.
Он даже и не знал, что может наносить удары столь умело. Будто голоса легионеров, слитые в единый хор, направляли его руку именно туда, куда было нужно.  Однако справа, по пути пуская кровь легионерам, к нему шёл Тутор. Храбрость куда-то улетучилась.  Гай понял, что такой противник ему не по зубам. Был выбор, либо отступить, показав трусость, либо умереть, тем самым деморализовав воинов, которые так верили в него.  Времени для раздумий не было. Гай нерешительно шагнул вправо. В этот момент на пути Тутора встали двое легионеров. Они дрались слаженно, умело чередуя удары и блоки.  Как только Тутор не размахивал фалькатой, все его удары приходились по щитам двух дерзких воинов, осмелившихся встать на его пути.  К несчастью, вождь тревиров был не один. Стоило только одному из этой двойки отвлечься на другого варвара, как его товарищ тут же упал на колени со вспоротым животом, пытаясь удержать выпадающие кишки. Со вторым Тутор справился за два удара.  И когда между ним и Гаем никого не было, когда наступил самый подходящий момент для обезглавливания седьмой когорты, земля задребезжала, и послышался стук копыт.
Удар был такой силы, что вся толпа варваров колыхнулась как травяной покров от порыва ветра.  Лошади, несущие всадников в доспехах единой массой  врубились в тыл варварской гуще, растаптывая её как виноград в топчиле. Увидев это, центурионы седьмой когорты, приказали наступать, не дожидаясь команды трибуна, который только поверил в своё чудесное спасение, когда волна падающих варваров сбила Тутора с ног.  Тревиры оказались в тисках. В центре их войска началась давка. Хруст костей перемешивался с дикими криками боли. С двух сторон римляне сдавливали растерянных варваров.
Через какое-то время Тутор пришел в себя и увидел, как за несколько мгновений его племя из грозного воинства превратилось в овечье стадо. Его тревиры пытались бежать, давили, топтали друг друга. В нём бурлила смесь обиды и злобы, и он бросился на римлян с удвоенной яростью. Казалось, дети волчицы боятся его. Они расступались, каждый раз, когда он делал шаг вперёд.  «Ведь можно же ещё прорваться!» — вспыхнула надежда в его душе. Но прорывался лишь он один, всё дальше и дальше углубляясь в ряды римлян. Позади него строй снова смыкался, будто закрывались двери, ведущие к спасению.  Вскоре, когда он увидел, что рядом с ним нет никого из его собратьев, и что вокруг были одни римляне, пришло и отчаяние, снова переросшее в ярость. Но в этот раз он не успел её выплеснуть. Легионеры, окружавшие его, синхронно сделали шаг вперёд, со всех сторон сдавив его щитами. Он пытался вырваться, но ему не удавалось даже пошевелиться.  А у римлян была  занята лишь левая рука, держащая щит. Правые руки с мечами взмыли вверх, и обрушили на Тутора град ударов. Легионеры били в шею, в лицо. Вождь тревиров, будучи совершенно беспомощным, рвался, кричал,  мотал головой, в то время как она постепенно превращалась  в кровавое месиво.
— Дамиан! Дамикххрр! – вырвался яростный рёв из его изрезанных губ и тут же сменился хрипом, когда очередной удар пробил ему гортань.
Голова повисла на остатках шеи, и то, что когда-то было Тутором, словно изорванная тряпичная кукла  рухнуло на землю. На том месте, где лежало его тело, вновь сомкнулся строй. Будто никогда и не было вождя тревиров.
Кто-то закричал:
— Тутор мёртв! Хвала богам!
Началась кровавая резня. У тревиров не было пути к отступлению.
— Скорпионы, баллисты, не спать! – жестко произнёс Секстилий Феликс, и сразу же запели трубы. Метательные орудия дали залп по сгрудившимся в кучу варварам, и ни один из болтов так и не долетел до земли. 

*********************

Тем временем в центре напор фризов становился всё слабее и слабее. Хотя фризы и не уступали в численности противнику, но им казалось, будто римляне никогда не закончатся. Легионер погибал, на его место сразу же вставал новый. Создавалось ощущение, будто против живых людей сражался бездушный и беспощадный механизм.  С начала боя фризы не смогли оттеснить римлян ни на шаг, и среди нерушимого построения сражался Ульпий.
Юный легионер с отрезанной головой на наплечной пластине выглядел поистине устрашающе.  Он уже не думал, не сомневался, он просто убивал. Фризы нападали на него уже с некоторой опаской, и каждое промедление врага он карал разящими ударами.  Сейчас, он вытаскивал меч из разорванного рта трясущегося в конвульсиях фриза.
 «Забить стадо! Дикарям нет места в этом мире!», — крутились мысли в его голове, когда он щитом свалил ещё одного и нанёс два добивающих удара под ребро. Фризы начали пятиться назад, а потом и вовсе пустились в бегство. Но среди них ещё остались смельчаки, готовые стоять до конца. Ульпий увидел, как в бедро Колпака вонзился кол с обожженным остриём. Юноша одним ударом разрубил кол, затем перерезал подколенные сухожилия фризу, что пытался сразить его товарища. Вскоре последние очаги сопротивления были подавлены. Римляне погнали варваров к лесу, закалывая тех, кто бежал недостаточно быстро. Ульпий жаждал крови, и не обращал внимания на раненых дикарей, стонавших под его ногами.  
Секстилий Феликс и сам хотел приказать преследовать варваров вплоть до их лагеря, но этого не понадобилось. В другой ситуации это могло быть нарушением дисциплины, но сейчас, после такого тяжелого перехода, после всех тягот, испытанных его легионерами, он готов был позволить им «отыграться» на варварах.  В это время на правом фланге остатки племени тревиров бросили оружие.
«Будущие гладиаторы», — подумал Феликс. Германские рабы не годились для сельскохозяйственных работ или в качестве домашней прислуги. Уж больно необузданным был их нрав. А вот пускать кровь на потеху публике у них получалось очень эффектно. А фризы бежали, преследуемые «Близнецами». Вскоре к погоне присоединились и бетазии. У Феликса возникла мысль: «Стервятники решили поживиться за счет хищников». И тут войны Ингвомера внезапно остановились, причем, именно там, где лежали убитые и ползали раненные фризы. Затем они неспешно наклонились  над  поверженными и…
Издалека Секстилий Феликс пытался разглядеть, для чего они делали частые движения руками. Только когда один из бетазиев поднял над головой что-то овальное, косматое, со струйкой некой густой субстанции, он понял, что как бы эти варвары не пытались походить на цивилизованных римлян, они навсегда останутся дикарями из дремучих лесов.
— Зверьё, — тихо произнёс он, а затем позвал Гая Дамиана.
Трибун мокрый от пота и крови тут же явился. Его седьмая когорта не участвовала в преследовании. У них было столько раненых, что едва хватало ткани для перевязки.      
Теперь Феликс с неподдельным уважением смотрел на молодого выскочку из патрицианской семьи.  Хоть он и еле стоял на ногах. 
— Смотри, трибун, — Феликс показал туда, где орудовали бетазии – Видишь, что творят? Мне плевать на тревиров и фризов, но если хоть один волос упадёт с головы наших павших товарищей…  Проследи за этим и докладывай лично мне. Уж поверь, кресты и гвозди у нас найдутся.
 Несколько мгновений Гай смотрел на легата немигающим взглядом, затем начал пошатываться.  Слегка наклонившись вперёд, он откашлял бардовую массу, а потом и вовсе рухнул на землю, лязгнув помятой кирасой.
— Лекаря! – закричал Феликс. Гай тихо захрипел, не имея сил, чтобы даже произнести одно слово.

*************************

Римляне гнали фризов до самого лагеря. Хотя это беспорядочное нагромождение шалашей было трудно назвать лагерем. Стоило римлянам приблизиться, как на них набросились визжащие женщины с вилами и топорами, а некоторые и вовсе были вооружены одними лишь ногтями. Кто-то из германцев спустил собак. Рычащие «друзья человека» бросались на облаченных в железо воинов. Женский визг, лай, и жалобное скуление перемешались в одну кошмарную какофонию.
Ульпий не заметил, как на бегу наступил на разрубленного напополам ротвейлера, дрыгающего передними лапами. В лагере на него набросилась беззубая старуха с не меньшей яростью, чем у мужчин. Она бы проткнула его вилами, если бы деревянное острие не упёрлось в волосатую голову на его плече.  Меч будто сам сначала подался вперёд, а потом назад, оставив пожилую германку со страшной раной на животе. Что происходило дальше, он плохо помнил. Всё происходило в каком-то густом тумане, будто сознание было где-то в другом месте.
 Из боевого безумия его вывел Северин:
— Смотри, Марк,  да он живой! И не ранен вроде,  – сказал Северин, с восхищением рассматривая залитого кровью Ульпия с отрезанной головой на плече – Настоящий рубака! Двадцать сестерциев, Марк! Двадцать!
Когда ветеран похлопал Ульпия по плечу, тому показалось, что он попал под камнепад. Казалось, от одного порыва ветра его тело поплывёт по воздушному течению, то взмывая вверх, то снова ныряя вниз. Не стоит и говорить, что доспехи стали непосильной ношей. Вот она, усталость после первой битвы. Ульпий снял панцирь и шлем, а затем сел на землю, не планируя вставать минимум два дня.  Из-за шалаша выходил Марк, поправляя тунику и удовлетворённо скаля свои оставшиеся зубы. Помимо рубца от края губы до уха, на его лице красовались четыре красных полоски, но это были всего лишь царапины. Из-за шалаша торчала голова той, что оставила  их. Молодая светловолосая девушка судорожно хватала листья и беззвучно открывала рот как рыба, выброшенная из воды. На шее красовался глубокий порез, из которого на осеннюю листву капали остатки жизни.
— Эх, Северин, дружище. С тобой, чувствую, бедняком после службы вернусь, – со вздохом произнёс Марк, вытирая окровавленный кинжал – Я тут только с девкой развлёкся, а ты мне настроение портишь. Колпак там как? Жив?
— Ещё бы он помер. С него тоже причитается. Ногу ему распороли, а юнец наш помог, – сказал Северин – Кстати, у тебя сколько?
— Девять,  – гордо произнёс Марк – А у тебя?
— Четверо. Это не считая женщин и псов, — нехотя ответил Северин.
— Ну а сколько жертв у нашего Ульпия Кровавого? – с усмешкой спросил Марк. Молодой легионер не сразу отреагировал на вопрос.
— Не молчи, парень.
Ульпий рассматривал  свой меч, пытаясь вспомнить точно, сколько воинов он отправил к Сатурну. Меч был измазан кровью.  На нём выделялись кусочки жира и даже языка. Наконец, Ульпий произнёс:
— Пять
— Ха-ха, ты посрамлён, Северин! – злорадствовал Марк – Тебя переплюнул новобранец!
— Хватит тебе! Мне здоровяк попался.  Дрался как Геркулес. Вот, посмотри на щит, — Северин поднял щит с торчащими щепками и глубокими зазубринами – Повозиться с ним пришлось.
— Да, не сделали меня боги оракулом. Надо было с тобой как обычно спорить, кто больше положит, — после этой фразы его взгляд упал на панцирь Ульпия с отрезанной головой – А с этим мы сейчас разберёмся.
Марк присел, достал кинжал и начал разрезать жевательные мышцы, дабы высвободить панцирь Ульпия из стальной пасти. Через некоторое время он поднял голову с болтающейся нижней челюстью и произнёс:
— Вот и всё, юноша. Отнеси её бетазиям. Они любят это дело.  Может, что-то и дадут за неё.
Ульпий с трудом поднялся и взял тяжеленную голову за волосы.  Что-то заставило его посмотреть в лицо первому убитому варвару. Челюсть раскачивалась то вправо, то влево, будто голова хотела что-то сказать.  Это начало забавлять ветеранов. 
— Погоди, — остановил его Марк и у него выхватил голову – Я, страшный непобедимый варвар! Бойтесь меня!
Марк держал голову двумя руками  и двигал нижней челюстью в такт своей речи. Смеясь, Марк и Северин вернули голову Ульпию.
— Неси быстрее, а то он тебя съест! – пошутил Северин ему вслед.
Однако Ульпию было не до смеха. Картина, увиденная после боя, оказалась намного страшнее, чем сам бой.   

 


Продолжение следует….        

 



Теги:





0


Комментарии

#0 12:23  05-03-2010Силиконовый Буратино    
Для тех, кто не читал. Рекомендую начать с 1й части. Там всё растолковано
#1 13:57  05-03-2010Just Sophie    
Немного бы еще отредактировать не помешает.
А вообще — хорошо. Не тяни с продолжением…
#2 14:08  05-03-2010Силиконовый Буратино    
Пасиб, Софи. Я бы и не тянул еслиб времени хватало.
#3 14:17  05-03-2010Унтер-офицерская вдова    
я начала с первой, сейчас какое-то время буду
#4 19:27  05-03-2010Raider    
Я древнеримский мегафанат. На моих книжных полках кроме Моммзена, Тацита, Светония, Саллюстия, Цезаря, Ливия и прочих такого плана чуваков больше почти никаких книг нет.

так што если начну каментить — держись ))
#5 20:14  05-03-2010Силиконовый Буратино    
Я тож др Рим обожаю и дохуя чего читал на эту тему. Так что можем подискутировать… Кста, Цезарь — это в смысле «Записки о галльской войне»?
#6 20:56  05-03-2010Pusha    
ооОООоо. Буратино риальны респект. Попробую ето зачитать.
#7 23:07  05-03-2010Силиконовый Буратино    
римантасс
Вот собс-но говоря и следующая часть
#8 17:14  07-03-2010anima    
Зачел 3ю. По-моему самая атмосферная часть, да и сражение хоршо описано…
#9 23:48  07-03-2010Atlas    
Читаю с интересом
#10 23:29  08-03-2010Силиконовый Буратино    
Пишу с неменьшим интересом, тока это одновременно тяжкий труд, хотя я ещё с детства мечтал чета подобное нахуярить.
#11 02:03  06-08-2010zloy09    
Афтар, продолжай.Я увлекся штопиздец.
#12 02:32  06-08-2010Силиконовый Буратино    
послезавтра выложу остальное…

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
12:02  08-12-2016
: [7] [ИстФак]
В Руси воззрим красоты неземные,
Простор в ней мысли и ума бескрайний,
Рождает спор людей с названьем-давний
Героем были власти волостные.

Поместий мало дельных, силы нет,
Они идут, неся с собою свет в ответ,
Крестьян толпа несет в себе прощенье
И дар в лаптях, малютку-просвещенье....
17:26  05-10-2016
: [12] [ИстФак]
- Попроще надо жить, monsieur, попроще.
Ты слышишь лапки маленьких крысят?
Не выходил бы давеча на площадь.
Ты знал, тираны это не простят.

Твои мечты, фантазии – нелепость.
Ушел бы в море, как российский флот.
Ночь над Невой. Белеет камнем крепость,
И там, где кронверк, строят эшафот....
21:42  26-09-2016
: [10] [ИстФак]
Леонид Ильич Брежнев, тяжело сопя и покряхтывая поднялся на трибуну, раскрыл папку с профилем Ленина, неторопливо надел роговые очки, и начал читать речь:

- Кхе, кхе... Товарищи, кхе, я хотел бы поздравить наш великий, могучий советский народ, кхе, кхе, с окончанием старой пятилетки, кхе, кхе, и началом новой кхе, кхе....
Котовский очень любил делать две вещи, которые позволяли ему забыть о тяжелых буднях комкора - долго скакать на коне, и прыгать с парашютом. Конь у него был кобыла, а парашюта не было совсем. Поэтому, когда у кобылы начиналась течка, и скакать на ней было не комильфо, он приходил в местный аэроклуб, и рявкал в лицо вытянувшегося во фрунт перепуганного директора:

- Еб вашу мать, блядь, Котовский, нахуй суки, парашют, мать вашу блядь нахуй !...
НЕБО НАСУПИЛО ТУЧИ КОСМАТЫЕ...
.
Небо насупило тучи косматые
Плюнуло мелким дождем.
Встретился как-то в районе Арбата я
С бронзовым в кепке Вождем.
.
Чапал походкой Ильич осторожною,
Взгляд арестански-лукав.
Финским поблескивал изредка ножиком,
Спрятанным в правый рукав....