ППС (Постпраздничный синдром) // ТРИ ПОДРУГИ

Автор: Валерий Морозов ППС (ПОСТПРАЗДНИЧНЫЙ СИНДРОМ)//ТРИ ПОДРУГИ
Мужественным женщинам посвящается

Встренулись как-то раз три неразлучные подруги, с незапамятных времён обретавшиеся в шоу-бизнесе: Ксения, Анфиса и Тина — и ну давай промеж собой спор вести! А спор у их давнишний, застарелый: какая из двух животин сильнее, слон или кит? и ежели вдруг слон на кита налезет, то кто кого сборет, а?
Ксения пришла в неимоверную ажитацию. Слон, говорит, животное корпулентное! У его одни ухи, говорит, вона какие агромадные! Кажно, говорит, поди, с полпуда весит, не мене! А в самом слоне весу и того боле! Слон, говорит, животина благородная! И вообще, говорит, слон самый сильный!
О как!
Фиска же, вредствуя, назло Ксюхе давай толокать. Кит, говорит, поболе слона-то будет! Раза в два, говорит, поболе! Стало быть, и силы в ём вдвоя больше! Кит, говорит, самый сильный!
А Тина ничего не говорит. Вкруг подружаек своих бегает да читает им стихи Симона Чиковани. Это, говорит, хорошие стихи! И сам Симон, говорит, тоже хороший! Нас, говорит, всего-то четыре известных грузина и есть: Чиковани Симон, Меладзе Валерий, Кушанашвили Отарик (этот-то по ошибке к нам затесался, ну да что ж, из песни, как говорится, слов не выкинешь!), да я, говорит, ещё!
И от этих слов подруги враз про спор свой забыли. Задумались они крепко! По итогам же раздумий спрашивают Тину:
- Ты, — говорят, — Тинушка, вроде совсем даже не грузин, а самая что ни на есть грузинка? Или мы, — говорят, — чего про тебя не знаем?
На что в ответ им Тина рекла:
- Грузин, — говорит, — это не половая принадлежность, и даже не национальность! Грузин, — говорит, — это образ жизни, средство существования и даже способ самовыражения!
О как!
Задумались подруги ещё крепче.
- Так что? — говорят, — коли так, так, может, нам тебя с мужским праздником поздравлять? С 23 февраля?
- Может, и поздравлять! — отвечала Тина.
- Ну, а коли так, так и ты нас поздравляй! — говорят ей подруги. — А то что ж мы тебе подарки подарим, а ты нам нет?
И условились подруги промеж собой, чтобы отныне беспременно друг дружку поздравлять не токмо с женским днём, но также и с мужским.
И стали они подсчитывать — это сколько ж у их теперь в году праздников-то выходит? Женский день и мужской день — это само собой, дни рождения — беспременно надобно отмечать, Новый Год — особливо отметить надобно!
Это ж цельных четыре праздника в год выходит!
На каждую!
Всего, стало быть, двенадцать!
И это не считая корпоративов там всяких!
Это сколько ж веселиться и тусить можно!
И от мыслей этих стало вдруг им так блажно, так приятственно, и так у каждой из них на душе вдруг потеплело, такая на них благодать снизошла, и по всему телу у каждой вдруг разлилась такая сладостная приятность, а перед глазами поплыла мреть, отчего глаза увлажнились и вот-вот готовы были брызнуть слезьми — однако ж не горестными, а насупротив, слезьми радости и счастия!
И обратились они к Тине:
- Ты, Тинушко, почитай нам ещё стихов хороших, чикованских, а мы тихонечко их послушаем!
И читала им Тина стихи хорошие, добрые, чикованские, и слушали они, и слушали и слушали...
И разошлись они усталые, но довольные, каждая сама собою, а также все вместе — друг дружкою.
О как!