Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

За жизнь:: - Подражание Артуру Хейли - 2

Подражание Артуру Хейли - 2

Автор: Будда 777
   [ принято к публикации 12:24  07-05-2010 | Лютый | Просмотров: 292]
Начало тут:
http://litprom.ru/thread34887.html

- Он просил тебя зайти, — не поднимая головы так, словно у нее на темени были глаза, с прокуренной хрипотцой молвила усохшая блондинка, — Прямо так и сказал: «Как появится Картье пускай сразу же зайдет ко мне».
- О’кей, Сима, (так ее и звали). Сейчас выпью кофе, проверю почту и зайду.
- Нет, Виктор, он действительно настаивал, чтобы вы зашли к нему сразу же, как только появитесь, — она подняла голову и я убедился, что глаза у нее на месте, там, где им и положено быть и в глазах этих прячется какая-то нехорошая лукавинка. Она явно о чем-то знает, но молчит и наслаждается своим владением тайной. Отношения с усохшей блондинкой у меня были немного натянутыми, поэтому нечего было и думать, чтобы по-свойски ей подмигнуть и полушепотом спросить:
- А к чему такая срочность? Что случилось?
Нет, нет. Как-то раз, на новогоднем корпоративе между мной и ею случился какой-то неприятный, полупьяный разговор и кажется я что-то такое сказал ей, что-то насчет того, как старательно она пытается закадрить молоденького совсем айтишника и поехать с ним после корпоратива в номера. Да, кажется именно так я и пошутил с ней тогда и нажил себе врага. Сам виноват. Никогда не стоит высмеивать чужие чувства, сколь бы ничтожными они не выглядели со стороны.
- Хорошо, я зайду прямо сейчас, — сказал я так, словно делал легкое одолжение.
- Подожди минутку, у него там Бирюков в кабинете, я спрошу…
Бирюков – начальник нашей службы безопасности. По моему мнению просто тупой кретин. Строит из себя секретного агента на пенсии: носит пиджак в мудацкую елочку, а на лацкане пиджака у него значок: Щит и Меч – символ Лубянского братства, которое в богемных кругах принято именовать не иначе, как «кровавая гэбня». Я никогда не сталкивался с ним. С такими как этот супермен у меня никогда не было ничего общего. Моя фамилия Картье, видите ли. Никакого отношения к ювелирному дому, просто однофамильцы. При царском режиме мои предки были инженерами и преподавали в гимназиях. Но доказать это чекистам, которые с 1937 по 1945 держали в холодных сибирских пределах мою бабулю, встретившую там моего деда – русского физика Льва Неменова, зачавшую в заключении мою маму, было невозможно. Они посадили ее из-за фамилии. Ведь не такая, как у всех. Выделяется. Отдает аристократическим, контрреволюционным сионизмом. Впрочем, отец моей бабушки, мой прадедушка, был мобилизован в 1915 в чине полковника инженерных войск.
Контрреволюционная фамилия моей родни приносила беды вплоть до 1945-го, а потом моего деда вызволил из концлагеря сам Курчатов. Он сказал, что не представляет себе, как будет работать над бомбой без моего деда, которому на тот момент исполнилось уже пятьдесят два года. Бабуля была дедушкиной последней страстью и он, выпятив вперед бородку клинышком, заявил, что без своей Ирочки, (так звали мою бабушку), выходить из лагеря не собирается. Их освободили. Я помню время, когда бабушка любила рассказывать о своем последнем дне в лагере. Как вызвал ее начальник лагеря, вот такой же «Бирюков». Как заставил стоять перед ним, уже беременную на седьмом месяце. Как долго и тяжело молчал, нагоняя ужас, лениво листал бабушкино «дело», курил папиросы «Казбек», многозначительно покашливая. И вдруг так неожиданно, резко, прямо в лицо:
- Что, сука, подстелилась? Как это у вас баб все так ловко получается, особенно на раздельном режиме? Это еще расследовать надо, налицо преступный сговор. Знала что-ли под кого подстелиться-то?
- Вам не понять, товарищ чекист, — храбро ответила бабушка.
- Это почему же? — Нахмурился майор — начальник лагеря, — Почему же это я, офицер НКВД, не смогу понять, как такая троцкистская сволочь провела товарища Неменова? Я-то как раз все очень хорошо понимаю. По ошибке ты выходишь, Картье, по чьей-то большой ошибке…
- А вы, товарищ начальник, изложите свои соображения письменно и пошлите лично товарищу Сталину. Это по его приказу нас с мужем досрочно освобождают из вверенного вам учреждения. Вот вы ему и напишите, что он, дескать, ошибся. Знаете, мне кажется, ему бы это не понравилось. Товарищ Сталин ошибаться не может.
Далее бабушка изображала рожу этого майора, которая сначала стала цвета свеклы, а потом побелела, словно бумага. От него запахло чем-то очень неприятным, словно майор наложил в штаны. И… бабушку выпустили.
И вот, подобные рассказы я слушал и впитывал в очень молодом возрасте. И я, так сказать, с младых ногтей усвоил следующее правило: «Никогда не имей ничего общего с Системой. Она сама по себе, ты сам по себе». Не то, чтобы ненависть, но очень осторожное, неприязненное отношение ко всякого рода людям в погонах было растворено в моей крови, присутствовало на генном уровне. Бабушка не поменяла свою фамилию в силу того обстоятельства, что именно из-за нее она угодила в концлагерь. Из гордости не поменяла. Она считала это неопровержимым аргументом в пользу того, чтобы не брать при замужестве фамилии деда у которого к тому же была первая семья и в ней уже взрослые дети. Они поспешили от дедушки отказаться и дедушка сказал, что не намерен давать своей дочери, моей матери, свою фамилию:
- Чтобы не пришлось больше отказываться от родного отца, — говаривал он, бывало, топорща свою бородку клинышком а-ля всесоюзный староста товарисч Калинин.
Вот такой неслабый экскурс в историю. А как объяснить иначе мою неприязнь в этому Бирюкову? Я его и в серьез-то никогда не воспринимал и не разговаривал с ним и, кажется, даже не здоровался…
- Здравствуйте, гм… – откашлялся я, вспоминая, как там, черт побери, его зовут, Бирюкова-то. И не вспомнил.
- Привет, Макс, — Бросил я Кирсанову и, не дожидаясь приглашения, сел. – Вызывал? У меня утром были траблы с тачкой. Зато теперь все хорошо, тачки нет и траблов нет, соответственно.
Макс на мое приветствие не ответил. Он смотрел на меня и покусывал губы. И молчал. И Бирюков тоже молчал, но молчал выжидательно, ожидая команды и он ее дождался.
- Юрий Владимирович, начинайте, — попросил Макс, — Я думал сам, да у вас, верю, лучше получится. В конце концов это ваша работа.
- Спасибо, Максим Филипыч, — Бирюков почтительно поклонился хозяину. Послушный пес, на тебе за службу медаль из кружка колбасы.
- Ну что, господин Картье, — обратился ко мне Бирюков, и под правым глазом его задергалась голубая жилка, — Желаете, быть может, сами? Не дожидаясь, так сказать, вещдоков?
- Не понимаю? – Промямлил я, чувствуя, как разливается в желудке противная, холодная, густая жижа. Так рождается ужас. Он наполняет изнутри, а потом выходит наружу сквозь поры и называется «холодный пот». Я не ждал, что все это наступит именно так. Получается, что меня застали врасплох, не дали сосредоточиться, подготовить оборону.
- Как видите, Максим Филипыч, клиент поплыл, — потер руки довольный Бирюков и жилка под глазом перестала дергаться, — Господин Картье, мой департамент, разумеется негласно, работал по вам два последних месяца. И, признаться, не напрасно. Удалось выяснить, что живете вы, мягко говоря, не по средствам.
- Хватит вам, — устало отмахнулся я, — Прекратите тут красоваться. Тоже мне монолог Чацкого. Мои средства вас не касаются. Макс, освободи меня от этого рыцаря плаща и кинжала, прошу тебя.
- Старичок, ты уже сам себя освободил. От всего, — Макс горько усмехнулся, — Твоими стараниями холдинг переплатил рекламным агентствам такую сумму, что тебе ее, по моим подсчетам, должно хватить до старости. Нагрел ты меня крепко, сволота, — вдруг рявкнул Макс и саданул кулаком по столу.
Все это было хорошо отрепетированным спектаклем. Они давили на меня вместе и каждый в отдельности. Макс улыбался иезуитской улыбочкой и на короткое время впадал в ярость, вновь принимался стучать кулаком, орать. Поведение психопата. Бирюков гвоздил меня теми самыми «вещдоками», поэтапно, факт за фактом озвучивая длинную цепочку моих преступлений. Я молча слушал, безучастно смотря перед собой. Отпираться было бессмысленно. День продолжался, он стал точкой в которой сошлись все лучи моей неправильной жизни, словно они прошли сквозь призму моих грехов. Какая циничная и строгая физика! Я должен вернуть деньги, иначе будет мне совсем плохо:
- Здоровье-то у вас крепкое, господин Картье, — рассуждал Бирюков, — Как бы вам его часом не надорвать.
- Деньги нужно будет вернуть, Виктор, — Макс щелкнул гильотинкой, срезая кончик сигары, — Иначе…
- Что иначе? – Встрепенулся я, — Грохнешь меня? Ты чего тут фарс устроил? Или считаешь себя честным человеком? Да ты сам вор, каких еще свет не видывал! В гольф он играет, видите ли! Лакей у него в перчатках, ковры персидские! Роллс-Ройс под задницей! Откуда все это?! Честно заработал, скажешь? Ах ты..! Меня пугать не надо, сейчас не то время. Ничего я не верну! Мне нечего возвращать! Этот, — я ткнул пальцем в сторону Бирюкова и тот оскалился, словно зажатый в угол волк, — бредит наяву! Он же сумасшедший, у него мальчики кровавые в глазах!
- Скажите мне, товарищ Бирюков, — обратился я к чекисту, решив, что терять мне уже нечего, — У Вас реально горячее сердце, холодный мозг и чистые руки? Особенно меня руки интересуют. Они что, действительно чистые? Или кровь на них имеется? Вы меня одним своим видом оскорбляете. Ненавижу таких, как вы. Псы-опричники. Руку хозяйскую до кости зализать готовы. Homo-servus, человек служивый. Ха! Такие как вы мою родню на каторге гноили. Моя фамилия Картье, я аристократ: белая кость, голубая кровь и не намерен терпеть издевательства такого субъекта как вы!
Набрав в легкие побольше воздуха я, вспомнив повадки офицеров белой армии, заорал, что есть мочи:
- Молча-а-а-ть!
Это была самая настоящая истерика, я выкрикивал оскорбления в адрес Бирюкова, проклиная всех чекистов и его персонально. Наверное, выглядело это омерзительно и возымело действие:
- Пошел вон отсюда, — неожиданно спокойно сказал Макс, — Иди, иди, я тебя отпускаю. Живи своей жизнью.
- Максим Филипыч, но как же… — запротестовал Бирюков, — Как же это? Ведь я все приготовил, сейчас ребята подъедут из прокуратуры, раскрутят этого… Он же поплыл! Вы что, не видите? — Он с неприязнью посмотрел на меня, — На нем минимум две статьи и каждая лет на восемь. Он же сознался фактически! Нельзя его отпускать, Максим Филипыч.
- Я еще раз повторяю, пусть валит отсюда. Пусть подавится, — Макс пристально посмотрел мне в лицо, словно хотел запомнить на всю оставшуюся жизнь, — Я тебе напоследок дам одно напутствие, Витя. Оно простое. Зарываться не надо. Крысить не надо по тупому. Делиться надо. Все. Пшел…
Под мстительным взглядом Бирюкова я покинул кабинет. Макс смотрел в окно. Над головой его поднималось красивое колечко дыма.


Теги:





-2


Комментарии

#0 23:11  09-05-2010Timer    
А чо, нормально так, жизненно… Дальше пиши
#1 23:18  09-05-2010castingbyme*    
Хорошо! Начало — типичное, а вот начиная с истории — просто отлично!
#2 01:15  10-05-2010Гельмут    
Эта часть понравилась гораздо больше, чем первая. Хотя и настроен был к чему-нибудь придраться… Нэ нашёл к чему. Продолжение жду уже с интересом.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
11:51  08-12-2016
: [5] [За жизнь]
Дай мне сил до суши догрести,
не суди пока излишне строго,
отдали мой час ещё немного.
Умоляю Господи, прости.

На Суде потом за всё спроси,
за грехи, неверие и слабость,
а сейчас свою яви мне жалость
и пока живой, прошу, спаси....
16:58  01-12-2016
: [21] [За жизнь]
Ты вознеслась.
Прощай.
Не поминай.
Прости мои нелепые ужимки.
Мы были друг для друга невидимки.
Осталась невидимкой ты одна.
Раз кто-то там внезапно предпочел
(Всё также криворуко милосерден),
Что мне еще бродить по этой тверди,
Я буду помнить наше «ниочем»....
23:36  30-11-2016
: [59] [За жизнь]
...
Действительность такова,
что ты по утрам себя собираешь едва,
словно конструктор "Lego" матерясь и ворча.
Легко не дается матчасть.

Действительность такова,
что любая прямая отныне стала крива.
Иллюзия мира на ладони реальности стала мертва,
но с выводом ты не спеши,
а дослушай сперва....
18:08  24-11-2016
: [17] [За жизнь]
Ночь улыбается мне полумесяцем,
Чавкают боты по снежному месиву,
На фонаре от безделья повесился
Свет.

Кот захрапел, обожравшись минтаинкой,
Снится ему персиянка с завалинки,
И улыбается добрый и старенький
Дед.

Чайник на печке парит и волнуется....