ЗЕМЛЯ В ИЛЛЮМИНАТОРЕ.

Автор: Марти Земля в иллюминаторе.

Капитан Иван Бодяга с трудом выщемился из дверей питейного заведения, расположенного в подвале какого-то полузаброшенного дома. Таркильская слизь – последнее, до чего можно опуститься — бахромой свисала с его подбородка. Он жадно вдохнул воздух родной планеты, но легче не стало. Воздух показался чужим, несвежим и даже зловонным. Бодяга повис на мусорном баке и выблевал. Полегчало.
Поссав на многострадальный бак, капитан обвел окрестности мутным взором, уловил между домами просвет и направился туда, с трудом придерживаясь курса. Он собирался поймать такси до космопорта. Невозможность вразумительно изъясняться не пугала. Иван знал, что любой таксист, завидев форму, отвезет его куда надо.

Корабль стартовал.
Облегченно вздохнув, капитан покинул мостик и направился к грузовым отсекам. Надо было проверить груз. Бодяга усмехнулся. Помнится раньше, он старался дать задание каждому члену экипажа, проверить все посты, и лишь потом, тайком устроить «ревизию груза». А теперь… пошли они все к черту! Капитан не стеснялся воровать. И позволял другим. Единственным негласным правилом было: первым, груз проверяет капитан.
В трюме все было в порядке. Впрочем, как и всегда. С приходом банчуров, Земля экспортировала лишь всевозможное пойло, слизь и прочую дурь. А больше и не надо ничего! Нежно проведя рукой по ящикам с «лунным абсентом» и коробкам с «тропической травой», Иван направился вглубь помещения.
Это было странно. В последнее время он так не делал, брал то, что поближе, и шел к себе в каюту. Но сегодня захотелось чего-нибудь эдакого. Экзотического.
В дальнем углу грузового отсека стоял контейнер. Серый и невзрачный, он сразу привлек внимание: ни ярких наклеек, ни надписей. Очень нетипично для банчурского груза.
Капитан вскрыл контейнер. Азарт, предчувствие чего-то нового и умопомрачительного, завладели им. Организм жаждал расслабления. Что ни говори, а работа в космосе – тяжелая и напряженная, стресс надо снимать своевременно, иначе – не избежать нервного срыва. Что такое «нервный срыв», Бодяга не знал, да и не хотел знать. Он осторожно отодвинул панель, ожидая увидеть штабеля таинственных и манящих упаковок и… не поверил своим глазам.
Посреди контейнера, за маленьким столиком сидел человек.
И все! Не было никаких упаковок, склянок, ничего подобного. Просто человек. А перед ним, на столе — старомодный электрический чайник.
Человек улыбнулся и жестом пригласил за стол.
- Что это? – капитан кивнул на чайник. Ему уже нетерпелось.
- Старинное земное зелье, — сказал человек.
- И как оно? – плотоядно облизнулся Бодяга.
- В самый раз! Не даром – запрещенное, — незнакомец снова улыбнулся и вытащил из-под стола два стакана в подстаканниках.
- Запрещенное?!
Капитан пытался вспомнить хоть что-то о запрещенных наркотиках, но на ум ничего не приходило. Их давно разрешили. Любые. Ведь множество рас, населяющих союз, нуждались в различных препаратах, и запретить что-либо было бы… не толерантно.
- Врешь! – выпалил Бодяга и жадно втянул носом воздух, пытаясь уловить знакомые запахи.
- А ты попробуй! – подмигнул человек и выдвинул из стены контейнера складной стул.
Капитан сел и принял стакан с напитком:
- Ну, за знакомство! – сказал он, чтоб не показаться невежливым, и отхлебнул.
- Стой! – крикнул незнакомец, но было поздно: Иван обжегся и злобно отплевывался. – Не торопись. Тут не спеша надо… А я пока контейнер закрою, а то зайдет еще кто, не дай бог.
Они познакомились. Человека звали Алекс Юнг. Бодяга слышал раньше это имя. Юнга разыскивали, считали «позором планеты Земля», так как он проявлял нетерпимость к другим расам, особенно к банчурам. Но капитану не было до этого дела. Он – перевозчик, его не волновала политика. И вообще, единственное, что его сейчас волновало – когда же начнется действие этого загадочного зелья. Признаться, его уже немного потряхивало, и он бы сейчас не отказался даже от порции таркильской слизи.
Юнг суетился вокруг. Движения его были резкими, нетипичными для человека, и капитан сам не заметил, как оказался пристегнут к стулу. Осознание этого пришло как-то внезапно, вместе с очередной волной желания погрузиться рылом в таркильскую слизь.
- Э-э-э… ты чего это? Ты что себе позволяешь?! – закричал Иван, пытаясь высвободиться, но путы держали крепко.
- Извини, мера предосторожности, — ухмыльнулся Алекс, — а то кто знает, как тебя сейчас расколбасит… — он кивнул на чайник. – Поверь, так надо. Хочешь еще чаю?
- Чай? – Бодяга впервые слышал название этого зелья. По звучанию, оно напоминало таркильский. Хотелось возмущаться, но он решил держать себя в руках, опасаясь остаться без зелья. – Да, налей, пожалуйста, а то не действует что-то… наверно, доза маловата.
- Чаю – это по-нашему! Это – завсегда-пожалуйста! – Юнг налил еще дозу в стакан и поднес к губам Ивана, помогая выпить.
- А какое у него действие? – поинтересовался Бодяга, опустошив третий стакан.
- Да никакого, почитай…
- Что?!
- Так, тонизирует малость…
Капитана накрыло волной ужаса и негодования:
- Что?! Что?! Да как ты… ты… — и он отключился.

Прошло немало дней, прежде чем Бодяга смог адекватно воспринимать действительность. Он ненавидел пассажира из контейнера, но со временем ненависть притуплялась. А чай, как ни странно, приходился все более кстати.
Порой они просто молчали, а порой Юнг затевал странные разговоры…
- Скажи мне, Иван, — спросил он, прищурив свои серые ясные глаза, — почему ты засмущался, когда произнес свою фамилию?
- Ну… какая-то неблагозвучная она, — покраснел капитан.
- Самая что ни на есть благозвучная! – отчеканил Юнг. – Старая славянская фамилия. А произошла она от названия водоросли. Целебной, кстати…
- Не знал… — честно сказал Иван.
- Знал! – ответил Алекс. – Просто забыл. Ты вообще много чего забыл.
- Что, к примеру?
- Есть у тебя семья?
- Нет. Чего ж тут забывать, — усмехнулся Бодяга, — рано мне еще…
- Рано? – пассажир вновь хитро прищурился.
Иван задумался. Тут определенно что-то было не так. По документам ему – 30 лет. По документам… Сознание снова затуманилось. Нестерпимо захотелось расслабиться. Он ощущал, что что-то мешает ему вспомнить нечто важное, мысли от этого шли вразнос, и ему поплохело.
- Чайку? – поинтересовался Юнг.
- Да. Не помешает.
Алекс включил чайник:
- А знаешь, не мучайся, — начал он, — я все про тебя выяснил. Тебе – 148 лет. Семьи нет, детей нет, и, скорее всего – не будет.
Ивану снова стало нехорошо. Он вдруг осознал, что как бы абсурдно это не звучало, Юнг говорит правду. Все эти годы, пребывая «под воздействием», он и не замечал, как жизнь проходит мимо. А теперь… кто он теперь?.. Что от него осталось?..
- У-у-у… — простонал Бодяга, осознав происходящее, увидев жизнь в новом свете.
А Юнг подошел к нему и отстегнул от стула.
- Спасибо! – сказал Иван. Он не собирался бежать или звать на помощь. Теперь он решил разузнать все. Прояснить картину. Расспросить обо всем у этого человека.
Но Юнг оказался немногословен. Вкратце поведав историю заключения союза с банчурами, он подытожил:
- И живем мы все теперь в наркотической коме. Причем, не только земляне. Все. Все, кто хоть раз столкнулся с банчурами. С этой наглой, низкоразвитой расой.
- Низкоразвитой? – удивился Иван. – Погоди, но ведь банчуры дали нам технологии, банчуры открыли для нас галактику…
- Это так, Ваня, — печально улыбнулся Юнг, — но технологии-то были не их, не банчурские. А таких же, как мы, или более развитых рас. Тех же Таркильцев, к примеру… эх!.. Да что теперь об этом! Нет больше Таркильцев. И землян скоро не останется. А знаешь что, Вань, айда со мной!
- Это куда?
- Это в далекое никуда, куда банчуры еще не добрались.
- А как же Земля?..
- Все. Похерена она. Считай, нет ее больше. Я столько лет боролся за нее, но теперь все. Выдохся я, Вань, вы-дох-ся!

Иван ничего не ответил Юнгу. Высадил его на отдаленной станции, и они распрощались, как старые добрые друзья.
И Иван Бодяга отправился обратно. На Землю.
Запасы чая, любезно предоставленные Алексом, уже подходили к концу, когда на дальних радарах показалась Солнечная система. Экипаж, найти общий язык с которым теперь было для капитана неразрешимой проблемой, потихоньку принимался за работу. Люди выползали из кают, смотрели друг на друга мутными глазами и готовились к посадке.

На Земле Иван больше всего на свете хотел найти хоть одного человека, такого же, как Алекс Юнг. Но сделать этого не удалось. Злоба кипела и клокотала в нем, как вода в электрическом чайнике. Казалось, еще чуть-чуть – и пар из ушей пойдет.
«Кто я? Кто я теперь? – постоянно задавал себе вопрос Иван, и вот пришел ответ: — Я – Иван Бодяга! Я – человек! Землянин…»
Но что делать дальше, Бодяга не знал. Поэтому, перед очередным рейсом, он решил совершить ПОСТУПОК. Пусть это будет последнее его деяние на Земле, но он должен сделать это!
Иван вызвал на дом нескольких курьеров из разных компаний. Они доставили ему все необходимые препараты и вещества. Никто ничего не заподозрил, да и не должен был заподозрить.
Соорудив из подручных средств мощный заряд взрывчатки, Иван направился в бар. В тот самый, куда он заглядывал перед каждым рейсом. Почему-то именно это место теперь вызывало в нем больше всего ненависти.

Смрадный притон встретил его, как всегда, психоделической музыкой и идиотскими улыбками.
Ар Азиз, хозяин заведения, поприветствовал его лично:
- Капитан! Вай-вай-вай! Что давно не заглядывал, а? Не заболел? Земляк! (банчуры имели привычку так называть всех, видимо, это от исковерканного «землянин») Земляк! Заходи, угощайся! Первая доза за счет заведения!
Ар Азиз улыбнулся. Смуглый и коренастый, он вовсе не походил на злодея. А его улыбка, дружелюбная и искренняя, казалось, грела душу, словно яркое южное солнце.
Иван засомневался. Как он может? Какое право имеет? Ведь Ар Азиз – тоже человек. Ведь он не со зла…
- У вас нету чая? – тихо спросил Бодяга.
На секунду показалось, что Ар Азиз побледнел, но быстро взял себя в руки:
- Какой чай-мочай? Слюшай, а! Да у меня есть самый лючший таркильский гаш в «Лунном абсенте». Новый коктейль – и только для лючших клиентов! Держи!
Ар Азиз поставил перед Иваном кружку с мутной жидкостью:
- Пей-угощайся, дарагой!
Иван сидел некоторое время за стойкой, погрузившись в себя. Он задумчиво крутил в руках кружку, и задумчивостью своей, похоже, напугал Азиза. Тот ушел и занялся другими клиентами.
«А чего, — подумал Бодяга, — хлебну в последний раз. На ход ноги…»

С трудом покинув питейное заведение, капитан Иван Бодяга прямиком направился к мусорному баку. Его вырвало по дороге, затем в бак. Туда же полетел сверток с неиспользованной взрывчаткой.
Помочившись на помои, капитан мутным взглядом принялся искать просвет между домами. Обнаружив таковой, задал курс и галсом направился к проспекту. Он поймал такси. Бодяга не мог внятно произнести ни слова, но это не стало помехой. Лишь глянув на форму, таксист-банчур доставил капитана в космопорт.