Качели.

Автор: Куб. Вот ситуация, тебе нельзя жрать апельсины. Нельзя вообще, ни одного. Потому что когда-то раньше ты так жрал апельсины, ты обжирался ими, тебе было от них плохо, было очень плохо, но ты всё равно жрал апельсины, жрал и жрал, жрал апельсины. Это ужасно, быть зависимым от апельсинов.
Поэтому от тебя ушла жена, сбежала в другой город на другом краю страны, забрав маленькую дочь. Ты жрал апельсины ещё несколько дней, потом сел в кресло перед выключенным телевизором и завыл. Тебе никогда раньше не было так плохо. Твой мир перевернулся, мозг сломался, душа, душа. Что душа. Душа. Ладно.
Твои мысли и чувства метались, ты не знал, просто не знал, что делать дальше, что делать в следующую секунду, сожрать пару апельсинов – но ты уже убедился что это не лечит, бежать догонять семью – но куда, куда, тупо ехать в другой регион и там сдохнуть в поисках её, сдохнуть от апельсинов, так можно и здесь сдохнуть от апельсинов. Точно. Так и надо сделать, подумал ты, это всё решит. Ты взял столько апельсинов, чтобы сожрав их все сдохнуть наверняка. И сожрал.
Но почему-то не сдох. Тебя подвёл твой собственный организм, он переварил все эти апельсины, и, очнувшись ты. Тебе было просто пиздец как хуёво. Когда ты смог встать на ноги, вжав голову в плечи, потому что любое движение отдавалось в ней взрывом боли, ты отправился в магазин, скрюченным абсурдным существом, которое чуть приоткрывало глаза, ровно настолько чтобы не потерять тело в окружающем пространстве, взял в магазине литр водки, вернулся и стал пить её, жадно, большими глотками, веря что она поможет. Она помогла, скоро ты уснул.
Ты бухал две недели, блевал, дристал, бухал и бухал, выходя только до магазина и обратно, стараясь делать это по ночам, никому не открывая дверь, бухал, смотрел на Их фотографии плакал и бухал, раз за разом перематывал видеокассету фильма РеквиемПоМечте и бухал, долго, до тех пор, пока не смог пить дальше, просто физически не смог.
Потом было страшно. Было очень и очень страшно, страшно долго, страх хотел сожрать тебя, чтобы ты стал его рабом. Но ты выдержал.
Потом ты вышел на улицу, к людям. Стал работать, разговаривать с людьми, отвечать на вопросы, люди ведь любят задавать вопросы другим людям, зная, что тем плохо и почему плохо. Стал не отвечать на вопросы. Устал, от людей, от себя, стал бухать, опять заперся дома и бухал, пока опять не стало страшно.
Пистолет был однозарядный, переделка слесаря-недоучки. Ты встал с кровати, с когда-то вашей кровати, взял пистолет, подошёл к зеркалу, приставил пистолет под подбородок, глядя в зеркало примерился, куда направлен выстрел, и выстрелил. Ты выстрелил, а пистолет щёлкнул и не выстрелил. Ты пошёл, сел в кресло, и долго сидел, недвижно, не моргая.
Потом ты вышел на улицу и пошёл к людям за помощью. Люди помогли тебе, вскоре ты находился в избушке в глубине зимнего леса, и ближайшая деляна была километрах в двадцати-двадцатидвух. У тебя было ружьё, патроны, литр спирта и другие продукты. В лесу было хорошо, там не было людей. Спирт ты почти не пил, тебе было хорошо и без спирта.
Но однажды ночью. Однажды ночью тебе опять стало страшно, не из-за спирта, просто вдруг тебе стало страшно ночью. Ты начал разговаривать с этим страхом, слыша его многоголосье, начал делить голоса на сущности, но потом понял, что не надо их делить, иначе заблудишься в них, потеряешься и станешь одним из них, этот страх и эти сущности есть ты, всё это в тебе и из тебя, ты сам поселил в себе это когда-то, пожирая апельсины и запивая водкой. Осознав, ты стал бороться с этим, и победил.
И в лесу стало совсем хорошо. Ты перестал следить за временем, оно было тебе не нужно, ты сам был своим временем.
Потом люди забрали тебя из леса. Они дали тебе работу, ты работал, работал, встречая тех, с кем раньше жрал апельсины, улыбаясь посылал их нахуй, тебе было хорошо и светло, ты был силён.
Потом тебе стало не хватать денег. Казалось бы, обычная ситуация, но ты ведь помнил, что раньше, когда-то, денег было больше. Ты молчал и работал, работал, но мысль материальна, и вот.
И вот ситуация, тебе, которому нельзя жрать апельсины, нельзя вообще, ни одного, потому что ты помнишь, ты даже чувствуешь, как это было, тебе предлагают поехать далеко, в тёплые края, где повсюду апельсиновые плантации, там купить у плантатора апельсинов, много много апельсинов, и привезти сюда. Ты знаешь, что ты ответил этому человеку, человеку которому верил и доверял во всём, знаешь что ты ему ответил.
Я знаю. И расскажу это за тебя, потом, позже.