|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
За жизнь:: - подрываюсь посреди ночи ...
подрываюсь посреди ночи ...Автор: Дима Кирпич ***подрываюсь посреди ночи, в простынях, мокрых от пота, ёрзая и ворочаясь, точно в камере пыток. и как-то пасмурно мне и муторно. с клеймом «фашист» в паспорте рискуешь не дожить до утра. лысеющую шальную голову исцарапали бессонницы когти. поэты, танцуйте голыми! в море по колено, в дерьме по локти! жру валерьянку и валиум, только бы снова уснуть, и громадной кучей навалена сплошь какая-то муть; и вот я сижу и висну, как больная бледная моль. но запредельное — совсем близко! оно зудит, как зубная боль! эти прозрения короткие вселяют священный ужас. и как черти из той коробки стихи мечутся, скачут, кружат: они и рёв, и плач; они верёвка и палач, они чернее черной тучи, они навроде выстрела в упор. и пружина шариковой ручки щелкает, точно затвор. Теги: ![]() 2
Комментарии
#0 16:00 21-11-2010Щикотиллло
а хорошо Как то никак (наверное я счастлив) поркинсону муки творчества незнакомы чотко наверное, мне тоже муки творчества не знакомы. Кошмар какой, ггг. Нельзя так серьезно к букофкам относится. а я убежден, что можно и нужно. Что-то есть. Но как-то местами. Концовка понравилась. Букофки должны высираться легко и озорно. А чересчур серьезное отношение как раз и порождает описанный геморрой. муки творчества мне тоже незнакомы. есть чо сказать — говорю. не хочешь срать — не мучай жопу (с) ато всё так пиздецки трагично. и вопще все эти разговоры о блять поетах ихнех судьбах пятками по лезвию ножа муки творчества — нахуй. надо просто осознавать для себя, что из тебя выходит, даже если оно неосознанное без- или бес-сознательное. Ухо отрежь под настрой (если так можно), но впёрло. Еше свежачок Не приближай последнее сиянье, -
за ним — простая серая зола. Искрящийся рассвет существованья, после заката будет только мгла. За горизонтом гулкой тишины, где нет ни слёз, ни празднеств, ни признаний всё станет белым айсбергом волны безбрежных сфер космических скитаний....
Гудил Иванович входил в учебную комнату так, как входит запах в запертый погреб — не постучавшись, не спросясь, заполняя собою всякую щель, всякую пустоту, всякую детскую надежду на урок арифметики вместо урока войны. Обоняние, самое древнее из чувств человеческих, минующее рассудок и падающее сразу в подвалы памяти, безошибочно докладывало классу: недавно, совсем недавно, варил этот человек нечто, чему нет названия ни в одном кулинарном трактате мира, — варево, замешанное на дегте, лавровом листе, ...
Часть-1
Гудил Иванович, сей любомудрый муж, кахетинец чистокровный, из тех, про кого в наших краях молвят: «человек с головой, а шапка сама найдётся», — был фронтовиком Великой Отечественной. В школе он учил детей русскому языку вовсе не оттого, что кончал какой-нибудь педагогический или самоучкой глотал филологические науки.... Весь мир вокруг казался ненастоящим. Придуманным. Как будто его нарисовал Дали, или, даже хуже, Малевич. А потом ещё плюнул и растер рукавом. Так рождаются шедевры. Когда мимо шли люди, спотыкаясь о широко вытянутые ноги спящего на скамейке человека, ноги эти самопроизвольно дёргались, а тело при этом оставалось статичным....
Ты - падший ангел,
поселившийся в берёзах напротив нашей нехарактерной норы. Так ко́рюшка в Неву макает слёзы. И лезет яблоко из тонкой кожуры прибрежной статью медленных объятий - бретелька, взгляды, туфелька, слеза.... |

