Маска Gnaga

Автор: Бабука Четвертое стихотворение серии «Венецианские маски». Предыдущие части здесь:

http://www.litprom.ru/thread29082.html
http://www.litprom.ru/thread35762.html
http://www.litprom.ru/thread36426.html

Я пришел из большой страны -
Той, где лица небес серее -
С грузом cамой прямой сосны,
Что пойдет на настил и реи,
Орудийные галереи,
И умножит огромный флот. -
Он, крылатого льва питая,
От Танжера и до Китая
С незапамятных пор снует.

Здесь каналы и витражи,
Здесь фасадов яркие краски,
И спасение для души
Офицер, священник и штатский
Не в молитве ищут, а в маске.
Мне привыкнуть пришлось к чудным
И диковинным местным нравам -
В монастырь своего устава
Не несет с собой пилигрим.

И однажды среди домов
Возле кампо Санто-Стефано,
Где по праздникам бой быков,
Пять фигур я увидел странных,
То ли ряженых, то ли пьяных –
Все в передниках и чепцах,
В кружевных разноцветных платьях,
В бусах, лентах и в туфлях бабьих,
В масках кошек на пол-лица –

Но не дам, а ражих детин...
Я сначала опешил малость –
Мне похабных таких картин
Наблюдать нигде не случалось.
А они, хохоча, кривлялись,
И, не чуя еще беды,
То мяукали по-кошачьи,
То подобьем детского плача
Разражались на все лады.

Из церковных литых ворот
После долгой воскресной мессы
Гомоня, повалил народ -
Шляпы, маски, плащи, эфесы,
Белошвейки и баронессы -
Люди, встретившись на пути
С напомаженными шутами,
Их насмешками и плевками
Осыпали как конфетти.

Я не помню, когда и как,
Только кто-то из ротозеев
Над толпою подняв кулак,
С каждым выдохом свирепея,
Закричал: «Это ньяги! Бей их!
Как нарывы с лица земли,
Выжжем, вырежем, уничтожим
Тех, кто жить по законам божьим
Не желает!» И в ход пошли

Палки, трости, из мостовой
Ловко вывернутый булыжник -
Дворянин и мастеровой,
Вор и прачка, мясник и книжник
Ополчились на чуждых, лишних,
Непонятных, иных, других.
В этой бешеной свистопляске
Маски с масок срывали маски
Гнали, били, топтали их.

Теплой ртутью густая злость
Мозг заполнила без остатка,
И я сам, иноземный гость,
Как охваченный лихорадкой,
Восхитительной, пьяной, сладкой
Вместе с ними бежал, свистел,
Рвал, терзал — и спустя мгновенья,
Замер в странном оцепененьи
Возле двух неподвижных тел.

А потом я помчался прочь,
Как любовник с чужого ложа,
И мне в уши шептала ночь:
Нелегко ненавидеть дожа,
Инквизитора и вельможу,
Если он на расправу скор,
На дороге большой громилу –
Тяжело ненавидеть силу,
У которой в руках топор,

Злую волю, что всякий день
Сеет ужас и смерть в масштабах
Государств или деревень,
Грабит, пользует вас, как бабу.
Но легко ненавидеть слабых.
И нам злоба приятней та,
Чей объект из всех безобидней.
И чем дальше, тем очевидней
Этой истины простота.

Но покуда уходит жизнь,
Бесполезно, неумолимо,
И пока, за что ни возмись,
Деньги, слава, удача – мимо,
Ненавидеть необходимо.
И всегда, испокон веков
Нам как воздух и пища нужен
Тот, кто будет гаже и хуже,
Нас, трусливейших из скотов...


Через год, возвратясь назад
За четыре холодных моря,
Божьей волей я стал богат,
У царя и девиц в фаворе,
И, остыв, рассыпались вскоре
Угли памяти, как зола.
Но с тех пор, до озноба в коже,
Не люблю я котов и кошек,
Маскарады – и зеркала.


*****

12 декабря 2010 г.