Жизнь без

Автор: Шева Странно он себя чувствовал.
Давным давно забытое чувство легкости и какой-то нереальной свободы в мыслях, действиях, поступках, казалось бы — самых простых и незамысловатых, подкупало своей вновь обретенной новизной.
Разве что из совсем уже далекого детства Сергею припоминалось это состояние щенячей радости непонятно от чего.
Когда весной на едва подсохшем от сошедшего снега и льда дворовом футбольном поле они первый раз начинали гонять футбольный мяч.
А затем, разгоряченные, вбегали в подъезд, звонили в первую попавшуюся квартиру на первом этаже и просили попить.
Казалось бы, обычная вода из крана в эмалированной кружке — а какая она была вкусная…
Но еще вкуснее были первый огурец или первый помидор, которые родители неожиданно приносили с рынка. В конце весны или начале лета – уже и не вспомнишь.
Разрезаешь, сверху солькой…Эх!
Не то, что нынешняя импортная, будто муляжная, безвкусная дрянь.
А пломбир! Еще в картонных стаканчиках с воткнутой сверху палочкой из тонкой фанеры.
Осенью – потрясающий запах печенной на костре на пустыре за домом, обжигающей пальцы и губы, картошки.
Ведь было же это! Было!
Когда-то…
Когда надежды и помыслы были прозрачны, а тревоги и опасения призрачны.
От этих необычных ощущений и странного самочувствия Сергея даже слегка пошатывало.
Что было однозначно хорошо, так это то, что перестала пухнуть голова. Которую раньше, казалось, в течение дня кто-то надувал, и под вечер он уже старался голову лишний раз резко не поворачивать.
Ушли сны.
Нет, конечно, не сны как таковые. Ушли те тяжелые, страшные, липкие кошмары, от которых он кричал по ночам, а проснувшись, долго потом не мог прийти в себя.
А закрыв глаза, опять попадал в тот же сон.
Где за ним все время гнались, чтобы схватить и убить, или уже резали или душили веревкой, а он, будто со связанными руками, не мог ими даже шевельнуть. А проснувшись в липком поту, долго потом дышал как утопающий, чудом вынырнувший из-под толщи воды.
Прямо по Элису, любимому им еще с тех давних времен.
Welcome to my Nightmare!
Возникло какое-то новое видение окружающей его обстановки, из-за чего появились странные желания.
Отчетливо увидел, в каком сраче живет. Может, хоть какой-никакой косметический ремонтик сделать?
Еще почему-то захотелось, чтобы в доме был кто-то еще. Может, щенка или котенка подобрать?
Совершенно неожиданно Сергей понял, что не за горами зима. Увидев как-то утром возле подъезда замерзшие лужицы.
На удивление, ожил член. По утрам твердо сигнализируя, что хочет, но пока немного стесняется. В смысле — не поссать, а как в том старом анекдоте: чего стоим, кого ждем?
С неменьшим удивлением из ящика Сергей узнал, что в стране уже два президента, на Украине красавице Юле дали семь лет, а в греческом зале, то бишь Греции — жопа. Причем не просто, а — евро.


Но интерес к жизни появился только вначале. В первые дни.
Дальше пошло хуже. Будто тяжелым ватным одеялом навалилась депрессия.
Пошли мысли. Те, которые. В смысле — непрошенные.
А ведь радости-то — нет?!
Радости от жизни.
Тогда вопрос — зачем?
Зачем все это?!
Как говорил там этот, то ли белогвардеец, то ли молодогвардеец, сейчас уже и не вспомнишь, — жизнь то дается человеку один раз! И прожить ее надо так!
- Как? — вдруг непроизвольно сам у себя спросил Сергей.
Почувствовал вдруг, что наворачиваются слезы.
Чтобы отогнать тяжелые думы, поднялся и пошел на кухню.
Включил старенький разбитый транзисторный приемник. Из динамика послышалась вроде как знакомая мелодия. Включил погромче.
- Остаться в живых… — настойчиво предлагали Лева и Шура.
- В тему, — подумал Сергей, — пожалуй, это сейчас — главное.
Поставил на плиту чайник, достал старую, давно немытую чашку, налил заварки. Благо — была.
Долил кипяточку, достал купленную вчера белую булку. Чуть засохла уже, ну и ничего, корочка будет еще вкуснее
Незаметно, весь в думах о былом, Сергей и не заметил, как схомячил половину батона.
- Ты чего это? В животное превращаешься? Весь на инстинктах? Собака Павлова? — сам себе сделал замечание.
И будто устыдившись, спрятал остатки булки в хлебницу.
Взгляд упал на развернутый на столе лист газеты.
В глаза бросилось, — …алкоголь, подавляя высшие проявления рассудка, привносит в облик человека некую скотоподобность, столь любезную первобытным инстинктам.
- Непизди! — неодобрительно, будто отвечая некоему оппоненту, вдруг вызверился Сергей.
Шел пятый день…
Без водки.