Аврелий

Автор: Дикс Весь день Аврелию не спалось. Пятнадцать минут он пытался запрограммировать телевизор, но тот что-то слишком уж часто сбоил и портил ему настроение. В тусклом свете напизженных с работы флюоресцентных ламп он стриг волосы в носу в ванной — но и это предприятие закончилось плачевно: Аврелий ущипнул ножницами за вену в носу и не удержавшись разревелся.
В комнатах спали ярлыки. Это были беглые монахи, косящие от армии во имя исуса, их было около тридцати, но несмотря на тесноту Аврелиевской однешки все умещались вполне по-братски. Падлы храпели во все голоса, каждый уже очевидно видел по пятому-шестому сну, что жутко раздражало Аврелия, почему он и отпустил на пол мышей.
Через полчаса он пил чай на кухне с двумя монахами которым почему-то не спалось теперь.
Обсуждая вопросы мироздания, Аврелий нечаянно помянул богородицу не тем словцом, за что был бит в пах.
Но друзья ссорятся — друзья мирятся. Монахи звали его в братскую кровать мириться, однако этот способ был для него неприемлим, потому довелось разойтись в ссорах.
Решив скоротать время до утра, Аврелий принялся чистить зубы, а затем слив в ванной, засорившийся бабьими и кошачьими волосами. Решетка не снималась, видимых труб не было, инструментов для устранения засора тоже. Сначала Аврелий позвонил знакомому сантехнику, за что совершенно безвозмездно был послан к хуям собачьим, а потом озираясь взял зубные щетки монахов в надежде прочистить зловонную дыру. Пара щеток ушли в темноту и не вернулись. Матерясь, он вылил в сливную нору полбутылки розового «Крота», что окончательно похоронило надежду вернуть утёкшие щетки на место. Некая бурая пена выступила на решетке. Аврелий помянул всех святых и включил воду в душе, однако она вступила в весьма неожиданную реакцию с кротовьей пеной, что сожгло ему все брюки и переднюю кожу.
Очнулся Аврелий в палате для ветеранов великой отечественной.
Как он ни озирался — самих ветеранов видеть ему не довелось, очевидно потому что здание больницы в прошлом году было помечено под снос и давно расселено, однако довелось составить вполне конкретное отрицательное мнение о друзьях-монахах, не покинувших его в беде на первое время. Они покинули его, оставив догнивать в здании этой самой больницы.
Аврелий одел чужой сюртук, выкинул в окно совесть и пошёл мстить вилами.
Пока пришёл — настало утро. Запели петухи и вилы в руках его испарились. Аврелий простил монахов, монахи сделали вид что простили его и подарили ему наручных программируемый конкулятор «Волна 300-м», который никуда не годился из-за вздувшихся позади плат.
Широко улыбнувшись редкозубой улыбкой, Аврелий принялся за изучении его инструкции по применению.


01.10.2011