Валькина Любовь

Автор: ваннадий СССРоFF Эта история произошла в канун развала СССР, на окраине Ленинграда, в одном из спальных районов, в ничем особо не примечательном дворе.
Жил-был, в обычной хрущевке паренек, с обычной русской фамилией-Воронов и обычным русским именем Валентин (все его звали Валька). Учился парень в обычной школе, носил пионерский галстук, получал двойки и пятерки, сдавал макулатуру. Вобщем, вроде бы обычный советский школьник. Только одно было в парне необычным, Валька был негром.
Валька являлся плодом распутной жизни Нюрки Вороновой-симпатичной, недалекой потаскушки, любившей поддать с кем не попадя. Нюркиным соседом по коммуналке, а позже сожителем был пьянчуга-коммунист, по фамилии Бельский, бывший советский офицер, потерявший кисть правой руки в Афгане. Бельский владел двумя комнатами, одну из которых он сдавал студенту — медику из Руанды(одной африканской страны, в которой до сих пор сохранились первобытные племена промышляющие каннибализмом). Студент закончил учебу и уехал в родную Африку, где стал «Большим человеком», а у несчастной Нюрки родился черный ребенок.
Детишки в школе называли Вальку головешкой и гадили в его портфель. Весь в слезах он прибегал домой, прижимал свою курчавую голову к Нюркиной груди и кричал навзрыд:-«Почему я не такой как они?!!» Нюрка плакала вместе с Валькой, а потом уходила к Бельскому пропустить рюмочку.
Когда Валька перешел в восьмой класс случилась такая история.
В одной школе с Валькой учился отпетый хулиган и двоечник по фамилии Керкешко(перед ним трепетала вся школа). Он был влюблен в отличницу и красавицу Анжелку Машошину. Свою любовь Керкешко проявлял так: он зажимал Анжелку в различных углах и тискал за мягкие места, иногда называя шлюхой. Чем доводил отличницу до истерик и как ножом по сердцу резал Вальку. Ведь Валька тоже был влюблен в нее, но ни как это не показывал и лишь тихо страдал.
Однажды на большой перемене, на глазах у всей школы, Валька подошел к Керкешко и одним ударом в челюсть вырубил того, достав из кармана перочинный, острый нож, он порезал Керкешко щеку. Потом посмотрев на замерших в ужасе школьников сказал; что, мол, если кто, хоть пальцем, тронет Анжелку, Валька мол, того убьет.
После этого случая Вальку стали уважать и даже бояться (слух об этой истории разнесся далеко за пределы школы). Девчонки с восхищением смотрели на него и мечтали о «Черном принце»… Но Валька не замечал их. У Вальки была Любовь… Любовь всей его маленькой, «черной» жизни. Что, видел Валька в этой жизни? Всегда полупьяную мать. Культяпого, пьяного Бельского, который на партсобраниях всегда осуждал юаровцев, а дома нажираясь до икоты грозился придушить «черного антихриста».
И вдруг появилось это… Щенячий восторг только от одного взгляда на нее, бешеное желание, нежность от одной мысли о ней, будоражащий страх, всплеск неконтролируемых эмоций. Ощущение всего себя живым. Бессонные ночи. Брожения под окнами любимой. Валька любил всеми фибрами души, но боялся даже заговорить с Анжелкой и из-за этого очень страдал.
Валька знал об Анжелке все: во сколько встает, что кушает, что любит, а что нет, во сколько заканчивает занятия в секции легкой атлетики. Где бы Анжелка не бывала, на рынке или в кино, на катке или в музее, Валька был где-то не далеко. И все надеялся заговорить с ней и рассказать КАК ОН ЛЮБИТ ЕЕ!!!
Недалеко от Валькиного дома проходило железнодорожное полотно пригородных электричек, а за ним начинались дачные участки. Вечерами Валька любил гулять там в одиночестве, перепрыгивал через забор и поглощал клубнику прямо с грядок. Были летние каникулы, Анжелка была в пионерском лагере и Валька тосковал.
Прошел месяц. Анжелка приехала. Валька, как обычно, вился вокруг любимой, не отпуская ее ни на шаг. Он заметил, что Анжелка как-то изменилась после приезда из лагеря, взгляд, походка, голос и тон, которым она говорила. Она стала еще более ослепительной и желанной. Валька БЫЛ БЕЗ УМА.
Как-то вечером Анжелка вышла из дома и пошла в сторону дач. Валька пошел следом. Было примерно десять часов, белые ночи закончились и уже темнело. «Куда это ее понесло, на ночь глядя? Клубнички может быть захотела?» — подумал, усмехнувшись Валька.
Перейдя железную дорогу, Анжелка прямиком устремилась к лесу. Валька не отставал, перебегая от куста к кусту. Анжелка углублялась в парк, становилось все темнее и темнее. Впереди показались отблески огня. Девушка пропала из виду. Валька осторожно пошел в сторону огня. Вдруг прямо пере ним возникла поляна, посередине потрескивал костер. Рядышком на бревне сидели Анжелка и… Керкешко.
Валька просто остолбенел. Керкешко что-то нашептывая, обнял Анжелку и полез целоваться, та не сопротивлялась, а лишь смеялась и отвечала на поцелуи. Они неловко обнимаясь, повалились со смехом на траву. Керкешко запустил руку Анжелке под юбку и широко улыбаясь предложил: " А давай как тогда в Комарово? В лагере у костра?"
«Давай»- согласилась она. Керкешко начал сдирать с нее трусы.
У Вальки почернело в глазах. Он почувствовал, что земля уходит из-под ног и одновременно небо разверзается у него над головой, а сердце рвет на куски. Он ощутил ВСЕГО СЕБЯ МЕРТВЫМ, бесконечно преданным и мертвым.
Голая задница Керкешко ритмично двигалась, в такт его же воплям: " О, бля! О, о, о, о, бля! Бля.....!"
Валька, как зомби медленно подошел к костру, поднял топор, которым Керкешко видимо рубил дрова для костра, резко метнулся к парню размозжил тому топором череп. В ту секунду, когда Керкешко коснулся земли окровавленной головой, он уже был мертв.
Анжелка с криками, в ужасе вскочила и бросилась на утек.
Красивая Анжелкина головка раскололась на двое, как арбуз обдав Вальку фонтаном крови. Любимая осела прямо в костер. Валька с топором в руке стоял и смотрел, как языки пламени лижут белое тело Анжелки. Он посмотрел как кожа на ее руке начала вздуваться пузырями и с шипением лопаться.
Вдруг Вальке вспомнился рассказ его любимого Стивена Кинга, прочитанный в журнале «Юный Техник». Главный герой-хирург попал в кораблекрушение. Все погибли, а он с чемоданом своих хирургических инструментов очнулся на маленьком островке в океане, где нет ни чего живого, только камни. Где-то через неделю, от голода, хирург начинает отрезать у себя различные части тела и есть их. Заканчивался рассказ словами хирурга: -«А пальцы на вкус, как обыкновенные пальцы.»
Однорукий сожитель Валькиной матери-Бельский тоже читал это произведение, и частенько напившись до остекленения взгляда кусал себя за культю, громко чавкал и делая вид, что жует и орал:-«Ебать-копать! А ведь пальцы то, на вкус, как обыкновенные пальцы! Ха-ха-ха-ха!»- пьяно заливался бывший афганец.
Валька опомнившись от вдруг нахлынувших воспоминаний подошел к костру и долго, долго смотрел в огонь. Потом он за ноги вытащил обгоревшую Анжелку из костра, присел рядом на корточки, поднес поджаренную кисть любимой к губам… и осторожненько надкусил.
ПАЛЬЦЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ОКАЗАЛИСЬ НА ВКУС, КАК ОБЫКНОВЕННЫЕ ПАЛЬЦЫ.