Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Было дело:: - Конец света - 2012 глава 19-20

Конец света - 2012 глава 19-20

Автор: Сергей Климко
   [ принято к публикации 18:26  11-12-2012 | Na | Просмотров: 428]
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

БОЛЬШОЙ АДРОННЫЙ КОЛЛАЙДЕР

Глава 19

Вдали от Родины

На глубине сто метров под защитой многометрового слоя бетона в своем кабинете за столом, сделанным из натурального дерева, в удобном, созданном по специальному заказу анатомическом кресле сидел Гарик Мартиросов. В одной руке он держал в щипцы, которыми обрезают конец сигары для удобства раскуривания, в другой – саму сигару.
Каждый день именно в один и тот же час он занимался этим традиционным в последние полгода занятием. Рука у него была, что называется, набита, поэтому соответствующие движения Гарика были уже отточены до совершенства. Через минуту сигара уже оказывалась у него во рту, дым от нее заполнял весь кабинет и начинал действовать успокаивающе на курящего.
И сейчас все движения были безукоризненны. Сигара была из той же партии, подаренной ему Шамилем в знак уважения и за заслуги перед боевиками в деле борьбы с неверными.
Курить опиум вместе со всеми боевиками Мартиросов отказывался по причине сильного инстинкта самосохранения и слабого здоровья, поэтому главарь террористов раздобыл для него несколько ящиков чудесных кубинских сигар. Курение стало своеобразной отдушиной, даже жизненно важным рефлексом. Вместе с сигарным дымом Гарик поглощал воздух свободы и выделял великую тоску по родине.
Однако сейчас обыкновенно возникающего в процессе курения спокойствия не наступило.
А ведь раньше, когда вместе с боевиками Гарик сбежал в этот уютный уголок Европы, оно было. Даже более того, Мартиросов был тогда еще весьма доволен собой. Почти так же, как штандартенфюрер СС Отто фон Штирлиц в осажденном Красной армией Берлине.
Тогда ему казалось, что он очень здорово все придумал с этим коллайдером.
Крепко засел апостол Петр в его голове. Гарик сыграл эту роль в одной из передач на телевидении, и долгое время ему казалось, что, как и святой Петр, он может совершать любые чудеса. И он почти совершил чудо и в этот раз, раз сидит здесь, в тепле, целый и невредимый.
До сих пор он пользовался большим авторитетом у террористов, сам Шамиль его уважал и считал если не правой, то, по крайней мере, своей левой рукой. Однако сейчас эйфории по этому поводу у Гарика уже не было.
Более того, теперь он считал, что тогда, уезжая из Москвы, он поступил опрометчиво и самонадеянно. Он не предусмотрел самого главного — того, что оставшись без поддержки своих друзей и близких, просто затоскует по Родине. Зачем он тогда согласился служить российским органам безопасности? Сидел бы дома, устроился бы на какую-нибудь полезную работу, в крайнем случае, возрождал бы себе уничтоженное катастрофой телевидение. Так нет же, понесла его нелегкая в логово террористов, захотелось подвигов. А если уж он и пошел на такой смелый эксперимент, то не нужно было так спешить. И если бы он не торопился, то нашел бы другой выход из непростого положения, в которое попал тогда в Москве.
И вот теперь Гарик Мартиросов сидел в своем уютном кресле с сигарой во рту и сам ожидал чуда. А вдруг в их с террористами неправедные дела вмешается Всевышний и положит конец злу и страданиям на земле?
Но даже сам апостол Петр предупреждал людей, что такого не произойдет.
Когда-то Бог «не пощадил древнего мира, а Ноя, проповедника праведности, и с ним еще семерых сохранил, когда навел потоп на мир нечестивых». Так написано в Библии самим апостолом Петром.
Для чего же сохранил Всевышний Ноя и землю? Апостол Петр говорит:
«Нынешние небеса и земля тем же самым словом сохраняются для огня и сберегаются на день суда и гибели нечестивых людей».
«Огонь уже был, — печально рассуждал Гарик, — а нечестивые люди остались. Значит, это еще не конец света».
Кто-то должен будет прийти и уничтожить тех нечестивцев, которые захватили Большой адронный коллайдер и намеревались уничтожить с его помощью весь остальной мир. Возможно, и его самого тоже. И это должно будет произойти в самом ближайшем будущем.
Как там, в Москве, теперь его старые друзья? Наверное, снова читают старые газетные вырезки и покатываются со смеху, считая, что это смешно. Что делать, и он тогда смеялся вместе с ними. А теперь он сидит здесь, и ему уже не до смеха. Хорошо смеется тот, кто смеется последним. А последним, по всей видимости, смеялся Всевышний.
Так и сгниет он в этих казематах ЦЕРНа (по-английски аббревиатура Европейского Центра Ядерных Исследований будет выглядеть как CERN), если ему не придут на помощь его бывшие друзья, с которыми он теперь, к своему глубокому сожалению, — по разные линии фронта.





Глава 20

В плену

Спецназовцы расположились возле вражеского лагеря полукольцом, состоявшим из нескольких десятков небольших мобильных групп. Они охватили огромную территорию, а вести военные действия в таких условиях крайне затруднительно. Поэтому необходимо было постепенно сжимать это полукольцо, оставаясь при этом незамеченными для противника.
Штурм ЦЕРНа должен был начаться по специальной команде, поданной по радиосвязи генералом Ивановым.
Отделение Павла Доли заняло удобную позицию возле леса согласно плану, утвержденного генералом. Как наименее опытным воинам, им поручалось охранять тылы, а в случае необходимости отбить нападение бандитов. Местность вокруг них хорошо просматривалась и простреливалась, в экстренном случае можно было спрятаться в лесу.
Ребята вырыли окопы, и засели в них, держа под прицелом территорию, лежавшую перед ними.
Так они пролежали без всякого движения несколько часов. Ну а голод, как известно, не тетка. Захотели воины заградительного отряда покушать. Пошли в лес, нарубили веток, разожгли костер, и, конечно, выдали боевикам место своей дислокации.
Вечером стало холодно, выпал снег и поэтому бойцы попрятались по палаткам.
— Какая же это война, — стуча зубами от холода, разочарованно сказал Вадик. – «Духи» затаились, стрелять не в кого.
— Расслабься, мы здесь не для того сидим, чтобы в «духов» стрелять, — возразил ему Иван. – А на всякий случай.
— Ладно, хватит спорить, нам необходимо выставить охранение. Кто у тебя пойдет первым? – спросил Доля у Чекало.
Никто не выразил большого желания без толку мерзнуть возле палаток и охранять себя неизвестно от кого.
— Ну что же, тогда бросим жребий, — сказал Чекало. – Две короткие спички означают дежурство.
Жребий охранять личный состав выпал «Бульдогу» и Цветикову.
— Мы без допинга не пойдем, — выпалили в один голос невезучие обладатели коротких спичек.
— Ладно, возьмите одну бутылку спиртного, — разрешил им старшина Доля. – Только смотрите, не усните.
Но дельный совет в виде приказа старшего по званию оказался неуслышанным. Охранение в составе двух человек распило бутылку водки, разомлело и спокойно уснуло.
Тем временем боевики скрытно проводили вечерний обход близлежащего к своей цитадели леса и наткнулись в нем на посторонних.
Ночью «Бульдог» проснулся от того, что чье-то автоматное дуло уткнулось ему в лицо.
— Только пикни, — тихо и вежливо сказал ему неизвестный тип на ломанном русском языке с арабским акцентом.
От неожиданности душа незадачливого охранника ушла в пятки, и он решил покориться воле судьбы.
Разбуженный таким же образом Сергей Цветиков не был столь же покладистым и попытался что-то произнести, но своевременно получив удар по ребрам, благоразумно заткнулся.
— Будете хорошо себя вести, останетесь в живых, — великодушно пообещали им бандиты.
Их было пять человек. Они грозно смотрели сверкающими очами на ребят, как демоны из преисподней, поднявшиеся на бренную землю, чтобы вершить великое зло.
Арестованные согласно закивали головами. Они были слишком напуганы и оказались не готовы бороться с демонами, взявшимися из ниоткуда.
Без шума и крика были связаны остальные бойцы арьергарда, и бандиты, молча, повели их с собой, оставляя, однако, отчетливые следы на неглубоком снегу.

Незаметно проникнуть в коллайдер должен был авангард, или мобильный отряд под руководством генерала Иванова.
Экстрасенс Жан, искусный взломщик замков Василий, пуленепробиваемый солдат Серега и десять самых крутых спецназовцев из числа двух батальонов под руководством опытного генерала двигались в направлении, указанном экстрасенсом. Сам Жан шел по наитию, без карт и компаса, одним словом, лишь звериное или экстрасенсорное чутье ему подсказывало правильную дорогу. Они обходили все засады террористов, постоянно оставались незамеченными ими и все ближе и ближе приближались к своей цели.
И вот, после очередного долгого перехода, Жан своим экстрасенсорным нюхом долгожданно почуял:
- Где-то здесь поблизости должен быть вход в подземелье.
Однако никаких строений, хотя бы отдаленно напоминавших какой-нибудь вход, поблизости не было.
- Что будем делать? – Генерал Иванов ждал дальнейших прояснений разума своего проводника.
В темноте, да еще на незнакомой местности он был абсолютно бессилен.
- Нужно подождать, вход должны показать сами бандиты, — подсказало очередное предчувствие экстрасенса.
Спецназовцы затаились, не разводя костров и не ставя палаток, и просидели, как каменные изваяния, до самого утра. А утром они вышли на след, оставленный недавно прошедшими людьми.
— Следы принадлежат бандитам, но среди них есть отпечатки сапог и наших ребят, — сказал Николай, самый опытный из спецназовцев.
— Что это значит? – не понял генерал Иванов.
— А то, что кого-то из наших бойцов боевики взяли в плен, — ошарашил всех своим выводом Николай. – Или эти кто-то перешли на сторону террористов сами.
— Час от часу не легче, — пробормотал генерал. – Это же означает провал нашего задания, ибо боевики теперь будут знать о нашем присутствии.
— Наоборот, это – удача, — в свою очередь обрадовался Жан. – Теперь, если нам ничего не помешает, мы непременно найдем логово бандитов.
Тем временем боевики провели пленных русских по узким коридорам подземелья. Они шли долго, и при всем желании никто из пленников не запомнил бы дороги, — так все было запутанно, словно в лабиринте на острове Крит с сидящим внутри него Минотавром. Тоннели едва подсвечивались искусственным светом, со стен капала и кое-где даже струилась ручейками вода. Следы запустения начали проникать даже сюда, в передовой научный объект мирового значения.
За всю дорогу удрученные пленники не проронили ни слова.
Однако любой долгий переход рано или поздно заканчивается. Пленники, ведомые конвоирами, через некоторое время вышли в просторный коридор, по обеим сторонам которого было несколько дверей.
- Проходите, — сказали конвоиры, открыв одну из дверей.
В отрывшейся глазам ребят комнате сидели несколько человек. Среди них был и Гарик Мартиросов. Бандиты, по всей видимости, завтракали, отламывая куски хлеба и накладывая на них горячее жареное мясо. У попавших в плен путников от голода потекли слюнки изо рта.
— Вот. Поймали в лесу с оружием, – сказал один из конвоиров и бросил связку автоматов на пол.
От удивления Мартиросов перестал жевать, пристально вглядываясь в лица людей, вошедших в комнату.
— А, кого я вижу, сколько лет, сколько зим, — узнав некоторых из них, обрадовано воскликнул Гарик, будто на самом деле был рад этой встрече.
— Ты их знаешь, брат? – спросил один из сидевших с Гариком за одним столом боевиков. Если бы здесь был Серега, он бы его сразу узнал. Это был Шамиль, самый опасный террорист, объявивший войну самой России. При упоминании этого имени содрогались души многих поколений россиян – с ним связана многовековая борьба кавказцев за свою независимость.
И хотя сейчас о независимости речи не шло, все равно эта борьба продолжалась. Она будет вестись до тех пор, пока существует хотя бы один ваххабит.
Гигант с черной густой бородой, Шамиль считал, что победа близка, как никогда. Они организовали сильный укрепленный район вокруг коллайдера, куда никто не смог бы беспрепятственно прорваться. Эти русские попали сюда только потому, что ему так захотелось, и их привели его боевики пред его светлые очи.
Кроме того, Шамилю до зарезу нужны были вести из России.
— Как вы здесь оказались? – спросил он у пленников. – Да еще с оружием в руках и в бронежилетах.
Сергей Цветиков уже собирался открыть рот, чтобы рассказать всю правду, как вдруг заметил знакомую ему гримасу на лице Гарика. Так тот иногда делал, когда нужно было соврать или пошутить.
Стоявший рядом «Бульдог» незаметно ткнул его в бок. Он тоже заметил условный знак, подаваемый Гариком.
Нужно было на что-то решаться. Если врать – то вдохновенно и не задумываясь надолго, чтобы бандиты ни в чем предосудительном его не заподозрили.
Сергей для виду немного помялся и выпалил:
- Мы сбежали из Москвы, чтобы подышать чистым воздухом. А оружие захватили собой на всякий непредвиденный случай, для самообороны.
По реакции боевиков Цветиков понял, что пущенный им снаряд попал точно в цель.
Шамиль удивленно посмотрел на Сергея. Он никак не ожидал повстречать здесь таких с виду далеких от военного дела людей. Ведь заставить себя врасплох в лесу могли только дилетанты или дураки.
— Что, в Москве воздух грязный? – насмешливо спросил главарь террористов, буравя взглядом своих пленников.
— Не только грязный, но и разреженный, — недовольно буркнул нестушевавшийся «Бульдог».
Шамиль посмотрел на Мартиросова. Тот довольно сказал:
— Видишь, брат, как все по-нашему идет. Скоро все сбегут из Москвы.
— Вы одни пришли? – спросил все еще колебавшийся Шамиль.
Подозрительно не походили эти русские на странствующих несколько дней людей. Никаких следов грязи на одежде не было, откормленные фигуры и необветренные лица говорили о том, что максимум сутки они провели в тяжелых погодных условиях.
— Конечно, — взял слово молчавший до сих пор Иван Уркан. – Нас только восемь человек.
— А как вы сюда добрались? – снова спросил Шамиль.
— Мы решили, что в Швейцарии воздух должен быть чистым, я сам здесь когда-то бывал, сели в микроавтобус и через пять суток приехали сюда, — ничтоже сумняшеся, соврал Иван. – А оружие мы нашли на дороге, сейчас этого добра везде хватает.
— Хорошо, пока я вам верю, — подумав, сказал главарь боевиков.
И приказал своим нукерам:
– Накормить их и посадить под арест, а потом решим, что с ними делать.
Пленным дали поесть, отвели в комнату и оставили одних.
— Да, вот влипли, — горестно сказал Чекало. – И все из-за каких-то двух дятлов, если не сказать хуже.
— Долбое…в, а не дятлов, не обижай полезную птичку! — поправил его Доля, глядя на Цветикова и «Бульдога». – Говорил же вам, чтобы не напивались.
— Ладно вам, выпили всего-то ничего, а уснули из-за усталости, — прохрипел «Бульдог». – Посмотрел бы я на вас на нашем месте.
— Хватит трындеть, скажите лучше, как понимать поведение Гарика, его ужимки? – прошептал Цветиков, косясь по сторонам, явно боясь посторонних ушей.
— Как хочешь, так и понимай, — таинственно прошептал в ответ Вадик. – Все должно разрешиться в ближайшее время, поверьте моему опыту.
- Ты о чем? – интуитивно почувствовав неладное, спросил Иван.
Из своего опыта он знал, что от загнанного в угол Вадима, да и еще кое-кого, можно было ожидать чего угодно.
- Пока нас сюда вели, я незаметно рассыпал по дороге сорванную еще в лесу хвою. Она мелкая, «духи» даже не заметили ее. Теперь по хвоинкам нас можно легко вычислить, где мы находимся. – Вадик торжествующе смотрел на арестантов.
- Ты гений, — похвалил находчивого друга Жора и панибратски похлопал по плечу. – Я бы до такого не додумался.
Остальные ребята благоразумно не стали выражать своего бурного восхищения проделкой Вадима, однако и они многозначительно обменялись взглядами.
«Посмотрим еще, чья возьмет, мы крепкие орешки», — кричали друг другу их восторженные взгляды.
Только Чекало, как всегда, был спокоен и проронил сквозь зубы:
- Смотри, чтобы нам боком не вышла твоя изобретательность.
Однако и он в глубине души одобрил поступок Шалыгина.
Тем временем разведывательная группа пришла по следам на снегу к входу в цитадель.
Это была железная дверь в земле, закрывавшая доступ в логово террористов.
- Где твой хваленый специалист по открыванию замков Василий? — спросил генерал Иванов у Сереги.
Услышав свое имя, к генералу подошел Вася.
- Ну, Василий, смотри, будь осторожен, — напутствовал друга Серега. – Дверь может быть заминирована.
- Типун вам на язык, — мрачно пробормотал Вася, доставая свой инструмент.
Вася пыхтел над дверью всего-то полчаса.
— Пожалуйста, заходите, милости просим, — изысканно вежливо сказал он и открыл вход в подземелье.
Отряд по одному быстро просочился в зияющее в земле отверстие.
— Ну, теперь куда идти? – спросил генерал Иванов у Жана.
— Дайте сообразить, — попросил время на обдумывание Жан.
Он внимательно осмотрел площадку, на которой скопились все ребята. Это был своего рода вестибюль, от которого отпочковывались коридоры. После минутного раздумывания в его голове прояснилось.
— Все понятно. Теперь можете идти за мной, — весело сказал Жан.
И, держа включенный фонарик в руке, словно гигантский светлячок, двинулся по проходу.
Остальные гуськом, молча, пошли за ним, держа наготове оружие.
И все-таки генерал, как опытный вояка, не привыкший верить на слово, через несколько секунд не выдержал.
- Откуда ты знаешь, что нужно идти именно сюда? – как бы мимоходом спросил он у экстрасенса.
- Я иду туда, где посыпано хвоей. Видите иголки под ногами? – спокойно спросил у генерала Жан.
Генерал даже крякнул от негодования:
- Ну и экстрасенс! Напрасно мы тебя с собой взяли. Ты должен почувствовать, куда повели наших ребят, а не доверяться зрению. А вдруг это боевики таким способом нас нарочно заманивают в ловушку?
- Конечно, возможно все, но интуиция мне подсказывает, что мы сделали правильный выбор, следуя по указанной хвоей дороге, — настаивал на своей правоте Жан.
- А ты, Николай, как думаешь? – недоверчиво спросил генерал Иванов у опытного спецназовца, своей правой руки.
- Товарищ генерал, я сразу заметил иголки на земле, но подумал — зачем террористам что-то рассыпать и куда-то заманивать, если они нас могли и на поверхности прикончить? – Вывод, сделанный Николаем, был логичен, и опровергнуть его было нечем.
- Вы правы, наверху это было бы сделать значительно проще, — вслух сказал генерал Иванов.
А про себя отметил:
«А я этих иголок даже не заметил. Старею, наверное, если не разобрался в колбасных обрезках».
В это время боевики на сходе обсуждали сложившееся положение. Шамиль обрадовал своих сподвижников, сказав, что их план начал постепенно претворяться в жизнь.
Гарик прямо светился от счастья.
— Неплохую же мы создали в атмосфере дыру, что уже в Москве дышать стало нечем. Скоро побегут из России людишки рядами и колоннами. Тогда малый Шайтан будет побежден практически без боя. Останется большой Шайтан – Америка.
Боевики, однако, забеспокоились:
- А не начнем ли и мы задыхаться, как русские? Ведь много наших людей живет в Женеве.
Шамиль посмотрел на Мартиросова, будто бы говоря:
«Объясни ты им, чтобы они от страха не убили друг друга»
— Нет, что вы, у нас большие запасы кислорода в баллонах, да и высоко в горах, где мы как раз находимся, потери кислорода в атмосфере не так ощутимы. А вот на равнинах все гораздо опаснее, — успокоил всех Гарик.
— Ну, слышали, что говорит умный человек? Мы и наши люди, находящиеся в пещере Торо-Боро и в других укрытиях, вне опасности. Мы пошлем им весточку отсюда. Пусть порадуются вместе с нами.
Однако Шамиль, несмотря на удовлетворение от пусть небольшой, но победы, не забыл об осторожности.
— Русские уже бегут из России, и поэтому мы выставим дополнительные посты возле бункера, чтобы сдержать их натиск, если они здесь появятся. Это необходимо сделать немедленно. А пока – праздник.
И боевики начали готовиться к торжествам. Травка, шприцы для внутривенных инъекций, — все, что веселило душу боевика, и без чего тот не представлял своего существования, — все было приготовлено и ждало свое очереди пойти в ход и окунуть своих обладателей в только им одним известную нирвану.

Полковник Беляев, а под этим вымышленным именем в Швейцарию попал «Бурый», появился на улицах Женевы поздно вечером. Вертолет французских ВВС, на котором он прилетел, доставил его на глухую окраину города, поэтому появление нового истребителя террористов осталось незамеченным для боевиков.
Они патрулировали город небольшими группами. Местные жители их уже не боялись, но особого сопротивления захватчикам оказать пока не могли.
А что было делать, если органов государственной власти в городе попросту не было. Они были уничтожены катастрофой. Не появилось здесь жесткой руки в лице городского самоуправления, которая могла бы восстановить разрушенный катастрофой порядок в городе. Этим и воспользовались боевики, установив здесь свою власть, точнее, свое беззаконие.
«Бурый» медленно, обходя кордоны и блокпосты, приближался к ЦЕРНу.
Вскоре он заметил нескольких боевиков, патрулирующих этот район. Одного из них он узнал. Это был Махмуд, старый знакомый по тем временам, когда они вместе сражались с правительственными войсками в Москве. Он был главарь одного из бандформирований и подчинялся непосредственно Шамилю, был его правой рукой. Теперь он отвечал за порядок в городе.
«Бурому», пока его не обнаружили боевики, нужно было обдумать план дальнейших действий. Сейчас он был, что называется, словно ежик в тумане. Как пробраться в логово бандитов он не знал, контактов с группой генерала Иванова он пока не имел.
Его попросило руководство подстраховать эту группу, и действовать «Бурый» должен был самостоятельно, как посчитает нужным. У него была только радиостанция для связи с генералом Ивановым, которой он должен был воспользоваться в экстренном случае, чтобы не выдать боевикам себя и группу.
Но пока он размышлял, его заметили боевики. Ввязываться в перестрелку «Бурому» не хотелось, чтобы не привлечь внимание других боевиков. Поэтому он первым подошел к ним и поздоровался по-арабски. Рука Махмуда машинально потянулась к рации.
— Дай, я сам доложу Шамилю, — резко сказал «Бурый».
Махмуд опешил от такой наглости. Он узнал русского, однако его нужно было взять живым.
- Ты предатель, мы доставим тебя Шамилю. Пусть он решает, что с тобой делать.
И нажал кнопку на рации, вызывая своего начальника. Но на запрос никто не ответил.
Шамилю в это время было не до своих подчиненных, патрулирующих город. Он отложил свою рацию в сторону и готовился к тому, чтобы отпраздновать свою, как он считал, великую победу.
Это была непростительная оплошность с его стороны. В его оправдание можно было сказать только то, что несколько месяцев, проведенных в относительном спокойствии, притупили его бдительность. А тут еще эти русские «беглецы» подлили масла в огонь и начали «сдаваться».
Поэтому боевики во главе со своим атаманом беззаботно веселились и жарили мясо, готовя праздничный стол.
Махмуд был осведомлен обо всем, что касается пленных, но все же не был таким беспечным. Его люди продолжали нести службу, как и раньше. Они жили в брошенных швейцарцами домах, создав в них что-то вроде своих блокпостов. Это было очень удобно – из их жилищ просматривался и простреливался весь город, и никто не мог бы по земле подобраться к ЦЕРНу незамеченным. А на господствующих высотах были установлены зенитно-ракетные комплексы, которые они похитили из местных арсеналов. Поэтому с воздуха подобраться к боевикам было тоже проблематично.
Со стороны леса проникнуть было легче, но и там боевики периодически прочесывали местность, из-за чего и попало в плен отделение Павла Доли.
И теперь Махмуду сопутствовала удача — он захватил опасного русского разведчика, пролившего много крови боевиков.
Они повели «Бурого» к парадному входу в ЦЕРН.
Охраны возле входа не оказалось.
- Когда-нибудь поплатимся за такую беспечность, — сказал Махмуд двум своим подчиненным, охранявшим пленного.
И был как никогда близок к истине — за ними наблюдали две пары любопытных глаз.
Оказывается, всю дорогу их «вели» двое молодых и отчаянных парней, ожидая благоприятного момента для нападения.
Их было двое, и пленный, значит, уже трое. Если напасть внезапно, можно отобрать оружие и расправиться с ненавистными завоевателями. Пленный, судя по всему, был русский опытный диверсант, и при благоприятном стечении обстоятельств им может улыбнуться удача.
Мысли о расправе над чужеземцами давно зрели в головах не только этих, но и других молодых швейцарцев. Боевики загнали их, как крыс, в угол. Днем – больше двух не собираться, вечером – комендантский час. Никакой самостоятельности, любая деятельность была возможна только с разрешения террористов. Вот ребята и решили отомстить пришельцам прямо сейчас.
Первым в здание вошел Махмуд, следом за ним, под прицелами автоматов – «Бурый», за ним двое боевиков. И, когда дверь уже закрывалась, в здание вдруг вбежали двое молодых парней и напали на замыкающих процессию террористов.
Все произошло так неожиданно, что «Бурый» не сразу сообразил, что ему делать. Он уже готовился к встрече с Шамилем, хотя эта встреча ничего хорошего ему не сулила, потом, в зависимости от обстоятельств, можно было решить, что делать дальше. Эти местные парни спутали ему все карты.
Пока незнакомцы боролись с боевиками, «Бурый» выбил у Махмуда из рук рацию. Боевик схватил автомат, но за него успел ухватиться и «Бурый» и после недолгой борьбы выхватил автомат из рук Махмуда.
Но обернувшись назад, «Бурый» заметил, что боевики повалили на землю незнакомцев.
Нужно было помочь им, пока боевики их не прикончили. «Бурый» быстро заехал прикладом одному боевику по голове, другому – по спине. Когда он оглянулся, чтобы заняться Махмудом, того уже и след простыл.
На полу осталась лежать рация. Точно такая же была у одного из бандитов. В голову «Бурого» пришла идея – не использовать ли эти радиостанции в своих целях?
Но сначала нужно было прощупать этих двух парней. В смелости им, конечно, не откажешь, но каковы они в деле?
— Будем знакомы – меня зовут Сергей, — сказал по-французски «Бурый».
Незнакомцы тоже представились. Один из них, блондин, назвался Эженом, а брюнет – Полем.
— Вот что, ребята, я дам вам одну из раций, будем связываться между собой вот на этом канале, — сказал «Бурый» и показал на рации связной канал. – Заберите с собой оружие и ждите моего сигнала.
— А мы за это время попытаемся собрать добровольцев, — сказал Поль. – Только нужно еще оружие, двух автоматов будет мало.
— Замечательно, — довольно произнес «Бурый».
Инициатива ребят ему пришлась по душе.
– Оружие мы для вас найдем.
«Ну что же, лишние кулаки в драке не помешают, а драка, по всей видимости, намечается кровопролитной», — решил Беспальцев.
Когда швейцарцы ушли, он по своей личной рации вызвал генерала Иванова.
— Я здесь, возле восточного входа в ЦЕРН, — коротко сказал «Бурый», чтобы враги не засекли их разговор. – Нужно много оружия для местного населения.
— Мы уже в бункере, оружие будет, конец связи, — ответил генерал.
А Сереге сказал:
— Объявился твой напарник.
Серега вопросительно посмотрел на Иванова. Его и обрадовало, и одновременно удивило это сообщение.
— «Бурый» прибыл для подкрепления? — спросил «Серый» у генерала.
— Как я понимаю, для открытия второго фронта, — ответил генерал Иванов. – Он уже что-то придумал. Потребовал достать оружие, а для кого – я пока не знаю. Ну что же, начнем и мы действовать?
Все согласно кивнули. Словно застоявшиеся в стойле кони, люди рвались в бой.


Теги:





2


Комментарии


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
11:14  29-11-2016
: [25] [Было дело]
Был со мной такой случай.. в аптекоуправлении, где я работал старшим фармацевтом-инспектором, нам выдавали металлические печати, которыми мы опломбировали аптеку, когда заканчивали рабочий день.. печатку по пьянке я терял часто, отсутствие у меня которой грозило мне увольнением....
18:50  27-11-2016
: [17] [Было дело]
С мертвыми уже ни о чем не поговоришь...
Когда "черные вороны" начали забрасывать стылыми комьями земли могилу, сочувствующие, словно грибники, разбрелись по новому кладбищу. Еще бы, пятое кладбище для двадцатитысячного городишки- это совсем не мало....
Так, с кондачка, и по старой гиббонской традиции прямо в приемник.

Сейчас многие рассуждают о повсеместной потере дуъовности, особенно среди молодежи. Будто бы была она у них, у многих. Так рассуждают велиречиво. Даже сам патриарх Кирилл...

Я вот тоже захотел....
Я как обычно взял вина к обеду,
решил отпить глоток за гаражами,
а похмеляющийся рядом горожанин,
неторопливую завёл со мной беседу.

Мой собеседник был совсем не глуп,
ведь за его плечами "восьмилетка."
Он разбирался в винных этикетках,
имел "Cartier" и из металла зуб....
09:26  18-11-2016
: [47] [Было дело]
Выползая на ветхо-стабильный причал,
Окуная конечности в мутные волны,
Кто-то ржал, кто-то плакал, а кто-то молчал,
За щекой буратиня пять рваных оболов.

Отстегнув за проезд, разогнувши поклон;
От услышанных слов жмёт земельная тяжесть....