Подборка Эротической Поэзии.
Автор:
[ принято к публикации
15:57 07-01-2013 |
Лидия Раевская | Просмотров: 1720]
Пупиду пу.
Глупа. Глупа. Все говорят — глупа.
Или молчат. Но думают: глупа.
Такая бука. Сыплешь из кулька.
Ну, я пошел. Да. Я пошел туда.
Без гама посижу у тихого пруда.
Нет. Так нельзя: безвылазно глупа.
Сказать не хочешь ты: пупиду пу.
Ну, а тем более: о, да, майн гот, о, да.
Еще сказать могла б: о, мой малыш,
иди сюда, ну что ты там сидишь?
Крупа. Крупа. Со всех сторон — крупа.
Со всех сторон к ней тянется рука.
И взгляд тяжел. Не менее пуда.
Шестнадцать килограммов взгляда в никуда.
Как можно так: кругом крупа,
а ты не смотришь на крупу,
ты смотришь в никуда?
Насупилась над супницей. Молчишь.
А раньше думал я, что ты простая мышь.
Чертога дочь.
свернуться в трубочку лежать
листом таинственно-прозрачным
у ног твоих неоднозначных
всегда готовых убежать
пластом лежать в тени баржи
подглядывать под платья волны
и вспоминать о правде голой
что лучше разодетой лжи
губой надтреснуто ловить
соленые живые капли
в пределах нахожденья тапок
в хожденьях в сторону любви
в чертоги дочери порока
направить стопы беглых глаз
проникнуть в вожделенный лаз
и там уже свернуться в кокон
Во чах твоих.
Во чах твоих туман,
во кне твоем темно,
во снах твоих не я,
а в яви только сны.
Ты знаешь все сама
и чуешь о дно но.
Со всем не смыслишь в а,
не ждешь во льдах весны.
Натянуты слова
двужильною струной.
В жилище твоем мрак.
Капканы тут и сям.
Во многом ты права:
я писаю струей.
Мне без струи никак.
Я знаю это сам.
Дистрой в душе и трэш.
Но, не впадая в раж,
открою тайну тайн,
до селе знал я лишь:
вкуснее рыбы лечь —
- одна есть рыба — ляж
скорее на диван..
Ну, что же ты стоишь?
Девочки Арктики.
Мальчики Арктики
вскормлены, вспоены,
вымыты льдами,
впаяны в льды.
Белые бантики
девочек Арктики
мальчикам Арктики
еле видны.
Белые рученьки,
белые ноженьки,
белые личики
просят весны:
льды что бы вспучило -
- белые лифчики,
белые трусики
станут тесны.
Даме дам дам.
Хотел бы знать я,
кто из нас знатней:
она ли — дама знатная,
иль я — знатнейший господин.
Когда узнаю,
непременно дам знать ей...
И знати дам я знать.
И даме дам я знать.
И даме дам я дам.
А даст ли дама мне?
Плачут ночные лисицы.
Слезы их мне знакомы.
Канула колесница
В груду металлолома.
Ты не доехал до Царства.
Топливо не в величестве.
Где же ты так прое...ался?
Качество или количество?
Ночь - интересный период.
Нету ни сна, ни яви....
Тихо на кладбище с утра, тихо и спокойно. Прохладно, пахнет росой и умиротворением. Да, да, умиротворение тоже пахнет, пылью, старой масляной краской и дешёвыми конфетами на помин об усопших.
Можно ходить по аллеям и считать кресты или сравнивать надгробия, удивляясь зачем мёртвым такое богатство....
Я слышал звон в ушах — там замирают слова. О чём тебя спросили, тогда никто не узнал. Ты думал, гуру — умный, но оказался — глупец. Надеялся, что странный, но он был точно — подлец.
В культах обычно заведено надеяться на второе пришествие или на сверхсилу, которой тебя одарят божьи творения, стоит тебе только попробовать и продать квартиру, чтобы расстаться не только с денежкой, но и с якорем, который держит тебя в деградации и не даёт в духовного прогресса....
Резкий звук дверного звонка буром всверлился в голову, и Шурик, проснувшись, вскочил с кресла.
— Чё разлёгся? — крикнула из кухни жена Лидочка. — Люди уже пришли, открой, а!
Инженер Шурик взглянул на часы — в Москве было четырнадцать ноль-ноль, но в их семье новый год традиционно встречали по колымскому времени....
Странная, дикая,
двусторонняя.
У неё Маяковский,
бухой Есенин.
Небо превращается
в цвет хавроньи
мёртвой. И снег
не в щи́колотку,
а в колени
поколений. Шум,
мертвечина, па́йки
мёртвых обочин
в узле рябин
ещё не опавших
ягод....
