Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Было дело:: - Скелет. (1)

Скелет. (1)

Автор: markin2wheels
   [ принято к публикации 18:11  11-03-2013 | Na | Просмотров: 501]










Жизнь вымысел.






Молодой человек ходил по спортивному магазину в районе станции Октябрьское поле. Был вечер шестого августа две тысячи восьмого года. Был он прост и типичен до безобразия. Уроженец относительно тёплой Ростовской области, работавший и живший на тот момент в Москве три месяца. Вроде покупки были совершены, и даже весьма удачные; но в груди было что-то неприятное. Это было чувство наподобие того, когда он заранее почувствовал пропажу телефона из раздевалки, несколькими годами ранее. Внутри было что-то неприятное; а не то, что чувствуешь, когда тебя облапошат. То есть предчувствие плохого. Но чего? Если бы он знал, предчувствие чего на этот раз не давало успокоиться – сошёл бы с ума мгновенно. А так это растянулось.

***


***

Папка оказалась много толще, нежели мне доводилось видеть ранее. Это самый долгоиграющий проект, и то что его доверили мне, говорит о изрядной доли доверия. Возможно вы(надеюсь никто этого не прочтёт, просто мне удобнее излагать предполагаемым читателям) видели подобное в фильмах: полицейский внедряется в банду, проходя перед этим школу, чтобы его не спалили. Научиться бы мне ещё объяснять то, что хочу выразить – цены б мне не было. Кто я и зачем расскажу в самом конце рассказа. Речь пойдёт не обо мне. Вся история будет конечно иметь налёт моего восприятия и способности передавать информацию. Объективности ждать не приходится, по крайней мере не от одного человека.
Объекту, когда он попал в моё распоряжение(а это ничуть не приуменьшено), было двадцать два года. До этого он был как бы заморожен для нас, и в то же время нет для самого себя. Но пришло время его активизировать. Тем более всем уже было любопытно, включая даже людей значимых. Закрутилось колесо, которое вряд ли кто-то будет в силах остановить. Он будет оружием того, чего увидеть сам не сможет. Печально, но это наша ему судьба. Мы хозяева своей судьбы и никто не вправе отобрать этого у нас.

Конечно двадцати двух летние парни не падают с неба. Где он был всё это время? — да с вами. Он и есть вы, взятый в единичном экземпляре. Правда, рождение его уже несло в себе какую-то частичку будущего. Он среди всех, он со всеми, но слегка впереди что ли. Была намечена дата: одиннадцатого июня. Он родился девятнадцатого мая. В день советской пионерии. Пионер, только не в пошлом советском смысле. Но мы не при чём, на самом деле его начали вести только с девяносто второго года. Когда ему было уже шесть лет. На тот момент он уже три раза чуть не погиб. Дважды утонул и один раз отравился. Последствия существенны: несколько секунд клинической смерти после первого утопления; областной ожоговый центр после отравления сухим марганцем; и нервный срыв после второго.
Вся уникальность объекта в его неприметности. Представьте лицо, увидев которое в метро, вы забываете уже к следующей станции. Внешность, на которой никак не зацепиться взгляду. Это был подарок, дарованный нам свыше. Когда я впервые столкнулся с ним в жизни, то был непомерно удивлён всей нашей интригой, которая должна была вокруг него закрутиться. Времени остаётся всё меньше, а может его уже и нет. Если всё сорвалось – мне конец; а если получилось – конец всем. Рассказ будет рван, так как я зажат во временные рамки. А вспоминать всё точно и перепроверять некогда. Не обессудьте.

***

-Ничего не понимаю… трудно всё так.
-Вот и не забивай голову. Лучше забей. И водный забей заодно. — Умрёт подал Жеке страницу, вырванную из какой-то книги, на которой приличной горочкой лежала анаша.
-И то верно. Хорошо, что Sex при всей своей никчёмности бывает полезен. Где вы взяли этот план?
-В Краснодаре, в соседнем с домом моей матери огороде; а ездили мы потому, что в то время был концерт In flames. Сколько раз тебе повторять? Он сиганул через забор и с корнем вырвал этот кустище, который вёз потом в своей спортивной сумке...
-Всегда удивлялся – зачем ему спортивная сумка? — перебил Евгений, — ты хоть раз видел, чтобы он спортом занимался?
-Только три года назад, когда он с армейки пришёл. Помнишь, он при нас ещё на брусьях около девятой школы повис?
-Сам тогда удивился! У него единственный до того времени тренажёр был – хер его. И всё.
Жека в это время отодрал крышку с самого дешёвого, что они умудрились найти картофельного пюре, которые больше похожи на опилки засохшего клея ПВА, и бессознательно замахнулся выкинуть всё остальное; за ненадобностью.
-Стой! — крикнул Умрёт. — Доем. Буржуище.

-Дело твоё, — безразлично прозвучал Евгений. И начал формировать из плотной фольги крышечку. Это очень удобный материал, и если поплотнее сжать с боков, то будет подобие настоящей резьбы, а плотность фольги позволяет ей держать заданную форму. Сделал неглубокую ямку, дабы не обжечь пальцев и многократно проткнул запасённой иголкой дно ямки. Потом открутил её как заводскую крышку и отрезал дно у двухлитровой пивной бутылки.
-Так, ванну набирать мы не будем. А пятилитровую баклашку с под этого якобы пива я в гневе на мир выбросил в окно ещё в прошлый раз. Благо улица тут с плотным пешеходным движением, и её за пару часов отпнули из под моих окон в хуеву даль.
-Дальше.
-Есть ведро, которым мамка пол моет. Вот это.
-А ты не хлебнёшь? А то ты сосать горазд. Я помню как ты взрываешь, у тебя там наверно диафрагма до задницы опускается при затяге, как поршень шприца.
-Ты не хлебни. — И Умрёт набрал старое пошкорябанное ведро грязно-бордового цвета почти до краёв. Чтобы не спихнуть в порыве красноречия ведро со стула, его поставили на пол. Друзья сели на коленки на полу малюсенькой кухни по разные стороны от ведра с достоинством, соизмеримым с двумя самураями знатных семей, расположившихся для чайной церемонии. Забивал и поджигал Жека, он как приличный планокур, тем самым показывал своё уважению к хозяину квартиры. Первый пых Умрёт сделал очень аккуратно: приподняв бутылку на несколько сантиметров от воды, он бескомпромиссно втянул весь густой дым своими закалёнными лёгкими. Надо заметить, что вся троица не курила сигарет, и никогда не растабачивала, оно и понятно – ведь табак вреден для здоровья.
Дым оказался горький, и он его почти сразу выдохнул; с кислой миной и огромным фарчмаком в финале, который аккурат попал в центр ведра.
-Ну ты свинья! Срёшь где хаваешь!
-Похуй, — спокойно сказал Умрёт и немного покряхтел, — себе теперь.
-Без сопливых.

Жека втянул дым ещё аккуратнее, всё-таки пару лет тренировок. Выдохнув, он прокашлялся. Первый дым с этого куста просто раздирал горло, о чём они уже были уведомлены. Зато лёгкие чувствовались намного сильнее обычного, в этом была приятность.
Второй водный Умрёт оказался не таким безобидным. Он немного уже вошёл под покровительство первого, и мир ему казался уже не таким строгим и безжалостным, готовым разорвать на части за малейшую провинность, а по-отечески добрым и прощающим. Движения его поэтому стали плавнее и с большей амплитудой. В таком состоянии лучше не подходить к циркулярке или гильотине. И он изрядно хлебанул воды, вместе с двумя плевками(Жека тоже плюнул, после выдоха, уж больно она горчит по первой). Он закашлялся как пловец, который выныривает весь в судорогах и с громким кашлем, потому что забыл, что под водой нельзя дышать и смачно вдохнул хлорной воды. Слюни и вода начала брызгать у него изо рта. Тут уже и ведро не помогло: всё лилось прямо на линолеум, и оттолкнувшись от него, брызгало во все стороны. До седока напротив не долетало. Жека, увидев эту картину, начал сначала несильно хихикать; потом это начало перерастать в смех. А когда он понял, что Умрёт хлебнул и его фарчмак – перешёл на гогот.
Глаза слезились и были красны, они не выражали злорадства над горем друга. Просто трава уже ебашила, и ебашила хорошо. Не будь повода, вряд ли бы смех был хоть чуточку слабее. Умрёт подхватил рыготание как эстафетную палочку, правда предыдущий спортсмен забыл её отдать, так они и бежали по стадиону вдвоём держа её. Единственное, что нахлебавшийся иногда останавливался и отплёвывался, оглядывая трибуны, а потом опять внезапно оказывался в одной связке с партнёром. Ржали смачно, с чувством.

-А где Пол?
-На работе! Два часа дня; вторник.
-Ха-ха-ха. На ра-аа-боте! Ха! Вот повезло то! Как, завидовать, не? Не знаю даже; ха-ха. Добавляйся. Не хитри чувак. У меня там фильм заготовлен – “Книга подмастерьев”. Или около того.
Жека вдохнул-выдохнул второй и оба плавно перешли в комнату. Там был включен дивиди-плеер. Фильм был запущен. Про него трубили в то время, что это прорыв в российском кино. Пять миллионов долларов бюджета. Актёры первой величины. Смотрите и наслаждайтесь.
-Пять миллионов ведь, — неестественно серьёзно произнёс Умрёт.
-Чего? — спросил Жека тоном человека, который не уверен, что фраза была обращена именно к нему.
-Пять миллионов баксов потратили на эту шляпу.
-Это денег что ли? — спросил Жека повернув на товарища краснючие глаза. — Мы уже смотрим минут двадцать, да? Пока выглядит, что фильм снимали за бутеры к чаю. Вот бы бутер щас, я конечно люблю кукурузные палочки, но с них сушняк злой. Да; точно: щас бы колбаски с хлебушком и кетчупом.
-И майонезиком.
-Ага. В точку. Бля, ну и шляпа! Кто это снял? Давай выключим? Пожалуйста.
-Да погоди, я сам жду интересного. Ты сам слышал: у Бабы Яги внучка и вся шняга. Американцы дали бабос на эту сказку. Интересно, сценарий тоже они дали?
-Ну по поводу этого, извиняюсь, фильма у меня возникает в мозгу только одно слово: залупа!
-Совершенно верно.
-Точно! Ты смотри – он сидит, а за окном времена года меняются. Неплохая задумка. А сколько на фильм пошло на самом деле? Ты как подразумеваешь? — спросил Жека, смяв упаковку от палочек, и бросив её в направлении кухни.
-Тыщ десять. Потолок.
-Да ну! меньше.

Друзья часто залипали каждый сам по себе. Поэтому о слежении за сюжетом не могло быть и речи. Жека скорее всего вспомнил, что он сидит накуренный в доме почти напротив своего университета, а на носу двадцать восьмое декабря. Умрёт по всему вспомнил какую-то песню, дёргал беззвучно губами и играл на воображаемой гитаре(на его настоящей, лежащей на шифоньере, был слой пыли в сантиметр), при всём этом штаны его оттопырились, выдав эрекцию. Но вместе они как будто проснулись, когда герой фильма пошёл спасать свою невесту. Он летел вверх, схватившись за шерстяную нить, и не долетев до любимой, повис на скале и начал звать её на помощь.
-Ты видел?! Я впервые вижу, чтобы в конце тот, кто спасает просил бы о помощи спасаемого. Круто!
Жека только согласно ржал. Более менее им удалось успокоиться только к началу титров. Увидев, что сценарий писала женщина, они только заржали глядя друг на друга. Что мол ещё ожидать.
-Sex бы наказал её за такой сценарий.
-Грубо причём, — согласился Жека, пережёвывая подушечки с начинкой какао.

***

-Прошло уже почти три года. Мы с тобой сейчас сидим тут, у китайца, на Роне. Через дорогу Вава. И мы уже другие, нежели тогда; ну я точно. А тогда был момент, который я был не в силах вынести тогда, и не в состоянии описать сейчас. Помню ходил по Спортмастеру и покупал шмотку. Вроде и выбрал нормальную, купил, но было неприятное ощущение. В груди обычно такое бывает, если произошло что-то плохое. Ну хуй знает: двойку по контрольной получил, на автобус опоздал. Примерно такое же было у меня в семнадцать лет, когда у меня спиздили телефон из раздевалки на работе, а состояние такое было часа за два-три до того. Заранее почувствовал, поэтому и на этот раз придал значение происходящему. Мало ли что там будет: может в общаге кипишь какой, или пойду через проспект Жукова, а меня и сшибёт пьяный водила какой. Вечером подумал, что тревога ложная – ничего в тот день я и не узнал. Зато на следующий день, зайдя в комнату после работы, бросил телефон на подушку и ушёл купаться. Когда вернулся, на трубе было пять пропущенных от мамки. Она мне в Москву обычно не звонила. Я напрягся. И тут телефон зазвонил снова. После этого звонка моя жизнь поменялась навсегда, причём кардинальным способом. Подняв трубку, я стал свидетелем плача, через который прорывались еле понятные слова. Смысл был прост и одновременно беспощаден – Дима погиб! ничего уже не изменишь. Много лет я слышу теперь тот тон и интонацию сказанного; в тот момент существовал только телефон, и я схватившийся за него как за поручень, чтобы не упасть; весь остальной мир размылся как при быстрой езде на машине. Помню только как выбежал в коридор, как будто там могло стать легче. Впервые слёзы брызнули из меня, они не потекли, они хлестанули как бутафорские у клоуна.

Несколько минут прошло в бессмысленном блуждании по комнате и по коридору общаги, слёзы стали слабее, но уже без промежутков. В недоумении я обул купленные вчера дасовские кроссовки и пошёл к метро за водкой и курями-гриль. Мне тогда было двадцать два; ему двадцать один. Двадцать один! Я в том году работал в Москве только по одной причине, не получилось уехать в Питер с другом брата и я забил. Ещё подвернулся бывший одногруппник, который меня и подтянул в Москву. Всю дорогу мне хотелось кого-нибудь ударить, жёстко отпиздить. Так; от обиды. Тем более, что он бы всё увидел. Теперь нельзя было быть трусом ещё и потому, что брат мог всегда меня видеть, что бы он подумал? Осознание на тот момент так и не дошло. Была толстая стена неверия.
Оно пришло позже того же дня, когда была выпита бутылка водки на кухне общаги – в память о рабе божием Димитрии. Я стоял и ревел, глядя в окно кухни; за окном были трубы Краснопресненского завода ЖБК. Всхлипывания были громкими и надрывистыми, но никто меня не трогал, все понимали. Ахуеть! Да?
-Да-а.


***

-Где этот половинчатый?
-А я почём знаю? Щас припрётся. Купит в Магните говна дешёвого и придёт. Сколько осталось?
-Один пакет. В нём короба три, не больше.
-Плодотворно же я в Краснодар скатался. Ещё неделю посидел бы там – и вообще ничего не застал бы! Ну вы паровозы.
-А что нам? Sex тут вообще чуть не загнулся: дунули как-то у школы, ну там, рядом с брусьями, на коих он хотел свои бицаки в форме держать. Потусили и по домам; маршруты противоположные. Я домой худо-бедно, но доковылял. Он же, собака бешеный, начал вокруг школы слоняться, до парка добрёл, представляешь? Так вот эта морда, которая нас когда-нибудь за пизду продаст...
-Продаст!
-Бегал по району и хвосты терял. Как он потом сам признался, за ним детективы частные ходили, вызванивали, проверяли. Крепко вы рассердили владельцев того куста. Однозначно. Это мы ещё с ним до этого сколько времени провели, меня попустило даже немного. Но ты же его знаешь: пока не обсерится, не перестанет курить. Сам еле понимает где, а всё кричит – давай ещё!

-А вот и он.
-Половинка, мы как раз тебя вспоминали. Про говно говорили.
-Нормально, чё. Где курить будем? Тут или в подъезде?
-Вот. Деловой человек; не то что ты! Ходишь чушь мне втираешь. Знаешь про что он тут распылялся?
-Мне похуй. Ты же знаешь.
-Всё равно скажу: он говорил, что в Сочи будут строить трассу для Формулы 1. Это значит, что Россия уже не такая отсталая. Радуется стало быть, хотя терпеть её не может. Пол, а ты любишь Россию?
-Какая мне разница. Были б бабы. Работа есть. Интернет качает. Музу слушаю. Чего ещё?
-Вот видишь: ему срать; я ненавижу. И успокойся на том. Патриот. Всё чёто крутится вокруг этой России. Хер бы с ней. Какая тебе разница, где бухло дешёвое в глотку заливать, да курить по верандам детсадов? Жил бы в Словакии и так же бы жил. Ничего б не поменялось!
-А мне иногда кажется, что я люблю Россию. Только бы законы попроще насчёт травы, а так...
-Пока эстеты говорят, рабочие руками двигают; и двигают родину вперёд. Это я к тому, что уже успел ракету сделать из бутылки Буратины местного разлива; ну и отрава же была. В подъезд?
-В подъезд.

Дело было у Умрёт дома. Жил он в подъезде, где уровень контенгента был противоположен, за который с экранов бьются политики. Запросто можно было в этом подъезде словить паровоза от незнакомых совершенно людей на третьем этаже, пока допустим, поднимался на шестой. Лифт работал редко, вернее сказать даже никогда. Пол нёс готовую к запуску ракету. Он всегда первую выкуривал сам, обосновывая это сильным, будь он неладен, организмом. Туша под метр девяносто и весом в сто килограмм. Пакет нёс Жека, как самый ответственный. Умрёт вышел в разорванных на жопе(от резинки и ниже колена) трико. Он никогда не страдал изнуряющим простофиль чувством стыда. Эта была свободная и открытая личность. Когда он курил в этот раз, то отвернулся в окно. Мимо проходила женщина лет за пятьдесят, взору которой пристала его худая жопа(ему было влом таскать трусы, когда в хате жарко). Жека, заметив это, прыснул от смеха. Sex безучастно стоял, отрыгивая остатки дыма. Глаза его начинали краснеть и слезиться. Сделав по два напаса, молодые люди отправились в квартиру продолжать свой досуг.
-Если хочешь пиво – щас пей! Потом будет не до него.
-Это почему ещё?
-Потому что ты ещё не пробовал, а мы его как облупленного! Вкус будет полным гавном. Да тебе и не захочется.
Выпили дешёвого пива. Закапали носы Цикломедом. Ждали...
Компьютер был включен; никто его не замечал. Играла какая-то музыка. Жека попытался встать чтобы пойти поссать, но не смог. Как будто он был пристёгнут к тренажёру, и вес, который нужно было преодолеть, чтобы встать составлял килограмм пятьдесят. Он плюхнулся обратно на диван.
-Вот ты говорил, что любишь с Полом курить. С ним интересно. С ним интересно. Он такие темы задвигает! А ведь час уже тут сидим; он хоть бы слово сказал, а ты уссыкаешься сидишь. Хихикаешь тут!
-Да это я представляю, что он бы мог сказать. Думаю.
В этот момент Sex сказал самую главную фразу своей простой жизни. Вряд ли ему уже перебить самого себя по красноречию и глубине.
-Думать… не надо! — еле-еле внятно смог он прожевать.
Комната залилась громким смехом. Умрёт ржал дёргая мышкой, даже чуть не оторвал у неё хвост. Жека просто рыготал и дёргая ногами, бился пятками об диван. Виновник заржал позже, больше радостный радостью друзей, нежели своей шуткой. В этот момент мыслители, подобные Шопенгауэру, Ницше, Хайдеггеру были навсегда отправлены на скамью запасных. Двадцать первый век выгнал их за отсталость и ущербность суждений. Кант же был просто послан в небытие этой фразой сварщика из Волгодонска. Помните господа, с высоты падать больнее.

Позже курить начали уже в комнате. Пришедшая сестра Умрёт только успевала возмущаться и обзывать Пола, который пошёл ей показывать фотки своего члена на мобиле. Он искренне не понимал, почему Катька отворачивалась и кричала: “Уйди, ебанат!”. Ему вправду казалось, что у него красивый хер и не показать он его просто не мог, не имел никакого права скрывать его от людей. Те в свою очередь считали его психом и дебилом. Жека ржал уже на самом деле с друга, а не со своих представлений о нём. Все уже в зале смотрели, вернее пытались смотреть какой-то фильм: Жеке на хватало внимания и усидчивости для усвоения сюжета; постоянно он ронял нить повествования на пол, а там, в грязи и катышках от паласа хрен что было отыскать. Поэтому фильм он смотрел как ряд множества видеороликов, идущих друг за другом без титров и реклам. Видимо они связаны одной темой – подозревал Жека, но и в этом уверен не был.
В соседней комнате под “War territory” группы Stpultura изголялся Sex. Слух у него не ахти, но это его волновало меньше всего. Его радовало, что сложив ладоши вместе и крича в них, ему удавалось орать громче и грубее Макса Кавалеры. В три часа он ушёл домой, вскользь бросив “счастливо, увидимся.” За это время в дверь раза три ломились соседи с криком, что люди просто физически не в состоянии так орать. Потом шутливо просили хотя бы показать крикуна. Умрёт как заправский дипломат извинялся тихим голосом и обещал, как такой же приличный человек, что это сию же минуту прекратится. Садясь каждый раз за фильм он даже ни слова не произносил в комнату, и снова начинал впитывать фильм, от которого его отрывали наглые соседи. Который всё равно не было слышно из-за певца. После третьего раза соседи забили.

После ухода крикуна, трое посмотрели ещё один фильм, но тот Жека уже даже не досмотрел, уйдя спать в комнату Умрёт. Это был далеко не первый раз, когда события развивались именно этим образом; никто и слова не сказал. Мать друга уже несколько лет жила в Краснодаре, поэтому хата Умрёт часто становилась полем действий. Один кореш как-то привёз ему сильной шмали из Москвы. После чего они с хозяином провели костюмированный бал. Гость не задумываясь облачился в халат Катьки и невозмутимо танцевал вальс промеж кресла и дивана. После они вместе вылавливали огромных тараканов из шкафа, аргументируя это тем, что тараканы пришли на бал хоть и в костюмах, но без приглашения. А это не принято в приличных домах Европы, а в Ростовской области и тем паче.
Следующим утром Пол пошёл на работу как и половина других работяг с его шараги, которые каждое утро мерились степенью опьянения в маленьком автобусе предприятия. Sex – получил это прозвище из-за узкой направленности всех его помыслов в генитальную зону человеческого(и слава богу) тела. Перевод этого слова, как вы знаете “пол”. Друзья разнообразно варьировали это погоняло. “Ну не потолком же его звать” — говорил Жека. “Половинка” — добавлял Умрёт. Они любили подшучивать над другом. Не зло.
В тот день Жека пошёл в институт к третьей паре. Перемена перед ней была в полчаса, поэтому он пришёл к её началу, чтобы как можно больше пообщаться перед парой. Нужно отметить, что в институт он ходил больше поболтать с разными людьми. Человек он был весьма коммуникабельный, вступал в сношения запросто. Знакомых у него были сотни, как часто бывает в ВУЗе. Больше половины он не знал даже по именам.


Теги:





0


Комментарии

#0 13:49  12-03-2013Гусар    
Нудно.
#1 14:35  12-03-2013Качирга    
Некисло. Пеши исчо.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
15:53  17-08-2017
: [3] [Было дело]
Столкнулись в магазине. Не узнал её. Сильно изменилась, и только взгляд прежний. До пределов вкрадчивый. Льющий холодный свет глубоко в душу. Как-то даже обыденно всё вышло. Здравствуй! Привет! Как дела? - А разве могло быть по-другому?
Прошло много времени, но вот коснулся её ладони и дрожь по телу - как тогда, в первый раз....
В диадеме эмблемою лира.
Взгляд скользит, задержавшись на мне.
Ты ж была прошмандовкою, Ира.
Ты сосала хуи при луне.

За сараем в том дворике старом,
Где росла вековая ветла,
Как любая рублевая шмара,
Ты с проглотом по яйца брала....
11:48  13-08-2017
: [20] [Было дело]
Николай с сыном ходили по поселку в поисках работы. Не брезговали ни чем. Кому яму под туалет выроют да кирпичом обложат, кому огород вскопают, не суть важно. Главное, что пили всегда на свои. Когда пьют работяги, лодыри должны стоять в сторонке и ни пиздеть....
16:02  10-08-2017
: [8] [Было дело]
При ходьбе бубенчики позвякивали. Это было очень неприятно, но ничего с ними поделать не получалось. Прохожие возмущённо оборачивались, бросали недобрые взгляды, а некоторые даже норовили припугнуть, или прогнать. Хотя что он им сделал плохого? Ровным счётом ничего, кроме одного: он был....
17:22  08-08-2017
: [6] [Было дело]
Сеня с глупым видом. На берегу. В окружении берёз. В руках та часть удочки, на которую точно ничего не поймаешь. Просто толстая бамбуковая палка. Всё остальное в воду улетело. Кануло. Качается на волнах. В солнечных бликах.

И дядя Миша тут как тут....