Классики (обращение к умершим поэтам)

Автор: Барыбино Справа к потоку мы, строем неравносложным,
Шествуем, обратив взгляд на восточный свет,
Слева, на берегу на противуположном,
Молча стоите вы, классики прошлых лет.

Сотней меридиан, каждый – неотчуждаем,
К точке собора все наши ведут следы:
Мы из десятков стран, сотен времен шагаем,
Чтобы увидеть вас, ждущих у той воды.

Нам естества не скрыть и не подделать ловко,
Коль ты одним из нас стал, так другим не стать:
Нам обжигает лоб, словно татуировка,
Та же, что и у вас, Каинова печать.

Днем поджидают нас вроде иные беды,
Ночью ласкают нас губы иных сирен,
То, что вам снилось в снах Младшей и Старшей Эдды,
Мы, подавив зевок, смотрим на CNN.

Собрано сзади в хвост наших волос обилье,
Профилем птицы мы, хищники мы анфас.
Слабость у нас в руках, в наших словах – всесилье,
Горечь под языком. И осеняют нас

Музы новейших лет на музыкальном ряде,
В мраморе, на холсте, на посвященьях книг:
Младшие сестры Вайн, дочки Марины Влади,
Внучки святой Галы, правнучки Лили Брик.

Кто перевозчик наш? Где, у каких причалов?
Держим в руках ему жалкие платежи:
Медные пятаки мертвых давно журналов,
Все еще слышных тем «Радио Ностальжи».

Пусть мы к самим себе меньше намного строги,
Пусть за собою мы толпы не водим, но
Нам и размер, и ритм те же диктуют боги,
Что диктовали вам строчки давным-давно.

То, что черкнет перо, то не разрушат кайла,
Чуть по-другому, но ту же ведем игру.
Разница наша спит лишь в расширеньи файла:
Классики вы, а мы – классики точка ру.

Кто-то, кто в высший свет верить уже не смеет,
От берегов, от нас, прокляв свою судьбу,
Тихо уходит прочь. И по пути тускнеет,
Гаснет и тает знак цеха у них на лбу.

Кто-то наоборот: сладостно о запрете
Вмиг позабыв, шепча строчки своих поэм,
Делает шаг вперед – и исчезает в Лете,
Вырублен топором сразу и насовсем.

Смотрит через окно солнце земных зенитов,
Стол. И внизу, на нем, стелятся порожки
Клавиатуры двух спаренных алфавитов
И подаются под весом моей руки.

Кружится голова от быстроты смещенья.
Стены по сторонам. Сзади меня – диван.
Медленною рекой из моего виденья
Светится белизной передо мной экран.

Голову очертя, я не ныряю в Лету,
Я не иду назад. Не оставляю пост:
Эту строку, строфу, стихотворенье это
Я навожу, тяну через поток, как мост.

Вознаградится мне – верю – за все сторицей,
Я до блаженных рощ, края того, до вас,
И до святой земли за водяной границей
Шаг за шажком дойду – точно на этот раз.

Или же – нет… Опять не разомкнутся створы:
Вон, поглядите, там – сотни, от сих до сих,
Слепо чернеют вверх в белой реке опоры
Рухнувших и гнилых, прежних стихов моих.