Свет в тучах

Автор: отец Онаний Старый, даже, я бы сказал, самозабвенный, бывший купеческий дом. Покосившийся забор, с выпавшими кольями-зубьями. И вид этого впалого, шамкающего в непогоду рта наводит уныние и тоску. Бурьян по пояс. Остатки некогда пригодных для земледелия железяк. Вот и всё, на что можно было рассчитывать сегодня по адресу: переулок Осенний дом 11. А ведь было же время...
Кто теперь вспомнит былые торжества лихие празднества; благородных отроков сего имения. Это не то чтобы странно или лихо, нет. Это скорее закономерно в наше-то время. Мы сумели развалить всё, всё вокруг; изгадить, сжечь. разломать и облапать самое святое, так что нечего теперь горевать о «бесцельно прожитом».
Люди здесь редки. Название переулка помнят немногие трезвенники, да и те живут за сотни километров от сюда. Местные обитатели обмякли в ежовых рукавицах истории, спились, да, и растворились как вода в пустыне. Редкие бомжи, снующие в брошенных домах, не блистали благородством или идейной духовностью. Так что о восстановлении былого речи быть не может. Спасибо, что не спалили последнего.
С воткнутого, как попало, в землю кривого дерева сорвалась ворона и обматерила округу своим скрипучим «кар». «А может я уже умер ?»- спросил я сам у себя.- «Если остался, то скорее всего да».
Найти бы калитку, чтобы войти незамеченным. Но время стерло многое. Время- суровая вещь и оно явно не из песка. Никто не смел говорить вслух того, что думает. Только не здесь и только не об этом месте. Можно было заново родиться, но соблюдать это табу было архиважно, просто для того, чтобы выжить.
Я попал сюда совершенно случайно. Просто с детства мне снится один и тот же сон, что я отодвигаю занавеску и вижу верблюда. Это при том, что живу я в средней полосе России, а не в Средней Азии и речи ни о каких кораблях пустыни здесь быть не может. И вот однажды, я осознал, или если хотите расширил свой сон: я как заколдованный помчался в незнакомую мне среду, к черту на кулички, в поисках «самозабвенного» дома; как стяжатель или корсар-авантюрист. и всё бы ничего, да только этот дом жил во мне, он дышал каждым моим вздохом, он задыхался если я задерживал дыхание.Мой взор упал на разруху и я почувствовал дыхание смерти у себя на плече. Я как-будто стал его ровесником, немощным деревянным стариком, беззубым, сутулым, ретро аляповатым в современном гротескном мире.
Я стал одним целым с этим адресом: Осенний переулок дом 11. Но что я мог. Я не знал не его истории. не живы ли хозяева или наследники. То, что дом исторический, было видно не вооруженным взглядом. Мне бы только не умереть от переизбытка чувств. Я просто не хотел, чтобы всё было зря. «Кто был никем, тот станет всем». Мне предстояла грандиозная работа. Я даже представил себя пластическим хирургом, столкнувшимся со сложным случаем. Быть или не быть… естественно быть, по крайней мере для меня. Это сон, возможно, божье проведение, а возможно свет среди туч и обыденности. По крайней мере стоило рискнуть и попробовать себя в новом качестве- строителя-реставратора живого организма, дома с душой, дома с историей, с язвами и оплеухами тяжелого двадцатого века. Я должен был дать ему еще один шанс, надеяться никогда не поздно, ведь «надежда умирает последней».