Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Было дело:: - Рабочая версия

Рабочая версия

Автор: Голем
   [ принято к публикации 15:54  02-05-2014 | Na | Просмотров: 780]
(По мотивам фильма "Расёмон", реж. Акиро Куросава)

* * *
Участковый Лазутин, утерев пот с лица, осторожно повернул набок голову потерпевшего.
Громадный кровоподтек на виске тридцатилетнего водителя маршрутки Тебенадова наводил на мысль, что пострадавший надолго отключён от действительности. Надо бы врача, в чувство человека привести... но врач пока что не прибыл. Неотложка проходила ежесуточный квест «Пробейте пробки!».

– Никому из дома не выходить. Приготовить паспорта и документы! – по-военному отрубил Лазутин, не вдаваясь в точность формулировки, и жильцы семикомнатной коммуналки уныло разбрелись по пещерам.
Чего тут мудрить – бытовой конфликт, размышлял участковый, пробираясь по извилистому коридору, заставленному тазами, лыжами, корзинами и прочей бытовой дрянью. Сейчас доберёмся до сути, строго предупрежу или в отделение отправлю с объясниловкой – и в тридцать вторую, на задержание. Закрывать смутьяна придётся. Опять Нежигайло воду мутит, бороздя берега Фонтанки с плакатиком «Голосуй Против Всех!». Бог, что ли, поскорее прибрал бы старого звездуна... постучав, Лазутин распахнул дверь и вошёл в одну из комнатёнок, самое начало коммунального пандемониума, если считать от прихожей.

– Я, дяденька, нечаянно – дядю Веню! – раскололась, всхлипнув, восьмилетняя Галка, и Лазутин внутренне подобрался: вот он, момент истины!
Преступница продолжала:
– Дядя Веня, как напьётся, боком в туалет пробирается и мебель со стен по дороге сбрасывает. К фигам, это мама так говорит. И кричит по дороге всякое…
Поразмыслив, второклассница решила подробнее не цитировать Тебенадова.
Лазутин попросил девочку успокоиться, и Галка тут же выложила подробности:
– Я только за дверь, и – бах! Он, весь такой, головой в стенку – тресь! Баба-Ираида, такая – ой-й, Боженьки! Лампочку-то в коридоре Петрович вывинтил, не видать ни хрена! Ой, простите, это мама так говорит... Петрович у нас запасливый. Говорит, на вас, жильцов туевых, не напасёшься, у меня целее будет. Он лампочки в вату кладёт, как ёлочные игрушки. А меня арестуют? Я тогда мишку с собой возьму и куклу Катьку, а маме скажу, что в булочную! Чтоб она на вас не ругалась...
Посопев, Лазутин встал и закрыл блокнот:
– Посиди пока в комнате. Никому не открывай! Я с твоей мамой поговорю…

– Так-то он смирный, Венька! Дурной только, если выпьет. Свезло мне с соседушкой... помню, аккурат перед обедом сковородку с общей кладовой забирала. Иду на кухню, а он по стеночке навстречу шуршит. Да ясен пень, на стакане! Выходной у него, таксёр же – сутки через двое. Огреет свежую поллитру и гудит, как самовар! Прохожу мимо, чувствую – вместо стеночки меня за сиську хватает! Простите. Я и отмахнулась от него, сковородкой-то… машинально, прости Господи! Пьяный Венька вечно мне проходу не даёт. Потому что я ему не даю… ой, простите, это лишнее... то есть, личное. Вот. А потом, слышу: развернулся он от удара, грохнулся мордой в стремянку, и на пол – брык! Куда ему сковородкой-то прилетело? Да почём мне знать! Доигрались в дочки-матери... тут Галка моя чего-то ринулась в коридор. Двери в комнату приоткрыла, светлей в коридоре стало. Гляжу, а он не шевелится… ой, страху-то! Я и побежала вам звонить, Иван Никодимыч. Не знаете, за Веньку много дадут? Галку только-только на продлёнку пристроила. Работу поприличней нашла, недалеко от дома… аааа-ааа… ыыы-ыы...
– Не реви, Томка! Никто тебя не посадит, – с досадой сказал Лазутин.
Он убрал блокнот и зашагал по коридору к соседней двери.
На стук инспектора дверь мигом распахнулась, и в щель просунулась растрепанная старушка. Подслеповато стрельнув глазками в обе стороны, жиличка бойко втащила инспектора за рукав.

– В Веньке Тебенадове бес сидит! – убеждённо сказала Ираида Афанасьевна, былая труженица вредного производства. – В ванной пол обоссыт, а не вытрет, как ни проси! И свет на кухне не гасит. Сегодня с ним опять поругались. Я свою стремянку от Семён-Петровичевых дверей назад хотела переставить, Петрович вечно норовит её уволочь. Гвозди в пол мне вколачивает, чтобы я ноги рвала... тут Веньке-то стремянка и помешала! В Семён-Петровиче? Не бес, а легион в нём бесов сидит! И тут я, старая, согрешила. В дверь выглядываю, что-то тёмное шевелится, и будто – с рогами... ну я, с молитовкой Ксении-избавительнице, возьми и стукни с перепугу! Чем стукнула-то... а-а, я ж бельё гладила! Утюжок чугунный, сестра на Рождество подарила. Им и поднесла Веньке, прости-Господи душу грешную! Ну, мне-то, старой, в тюрьме долгонько не усидеть. Сквозняки у вас. Сырость, небось. Постирать негде…
– Побудьте у себя, Ираида Афанасьевна! Я ещё зайду… если потребуется, – произнёс Лазутин с натугой. Перевёл дух и вышел на кухню, перекурить.
Пора было связать концы с концами… но на табурете возле окна сидел одетый в красную майку с надписью "Долги отдают только трусы!" и застиранные треники небритый, грузный старикан, отсалютовавший инспектору засаленной поварёшкой.

– Вы будете... э-э, Семён Петрович? – спросил Лазутин, заглядывая в блокнот.
– Дак, а что? Седьмой десяток – Семён Петрович! Но Веньке я и трезвому бы рёбра пересчитал. Регулярно, гад, суп отливает… мой, конечно, а чей ещё! Не Ираидины же помои. Я уже дважды на стене кастрюли рисочку помечал. Посижу-послушаю, выйду-проверю – нате, нет уже пол-тарелки! Вот Бог его и наказал. Я стремянку Ираидину выталкиваю из комнаты, а Венька мимо шарашится. Ну и хлобысь, пьяная харя, мордой-то своей – прямо в стремянку! Только мне, гражданин участковый, не прёт херачить в тюрьму… непредумышленное отсиживать, если Венька, гад, надумает кони двинуть! Чего в коридоре так темно? Так Ираида ж лампочки бьёт! Только вкручивать успеваю. У меня неприкосновенный запас, ага. На сорок метров одна лампочка – разве не достаточно? Сороковатка… слабовато? А экономить нас зачем призывают? Тамарка, лахудра белобрысая, на телефоне по часу треплется – а мне, может, дозвониться не могут! Кому надо? Да никому уже не надо, я на пенсии третий год… но всё-таки, дело принципа! Куда вы, гражданин инспектор? Мне что, в наручниках придётся идти? Так я другие брюки надену, попроще. Треники штопанные, но пару лет ещё простоят…
.
– Ну, что там с бытовым, Лазутин? Реальный трупешник? – участливо поинтересовался дежурный по отделению.
– Живой, слава Богу! – отмахнулся Лазутин. – Только бессознательный... бытовая травма. Отправили по скорой, Мариинка сегодня дежурит. Криминала никакого. По показаниям соседей, зацепился спьяну за половицу, да и хряпнулся виском о кухонный стол! Такая, понимаешь ли, рабочая версия…
– Да уж, по пьяни чего не бывает! – со знанием дела отозвался дежурный. – Рули теперь на Фонтанку! Нежигайло там с утра жжёт и рушит…


Теги:





-2


Комментарии

#0 16:48  02-05-2014Михал Мосальский    
Язык повествования весьма скуден. Не атмосферно совершенно. А первое предложение и вовсе непонятное для интерпретирования


Участковый Лазутин

Долго пот утирал.

Осторожно в согнутьи

На паласе насрал.

Было дело, конешно,

И секир-голова,

И теперь он неспешно

Очень ходит едва.
#2 19:58  02-05-2014Голем    
Мосальский, будьте логичны: атмосферность коммуналки как раз и не предполагает развёрнутой языковой стилистики.. за языком - в другие мои креосы..

Ив Ив, Вам далеко до Файки - надеюсь, заглянет Файки и разгромит Ваши жидкие постулаты..
#3 20:14  02-05-2014Михал Мосальский    
#2

Милый друг, "атмосферность коммуналки как раз и не предполагает развёрнутой языковой стилистики.." - лучше бы ты этого не писал. Надеюсь, понимаешь почему..
#4 20:20  02-05-2014Голем    
Михал, я ещё с тобой в догонялки смысловые буду играть, урло ты беспомощное..
#5 20:30  02-05-2014Михал Мосальский    
Выебываться - ума не надо, а толково написать не каждый может
#6 20:32  02-05-2014Михал Мосальский    
Надеюсь, понимаешь почему..
#7 21:25  02-05-2014Голем    
многозначительно сказано.. видно, не для средних умов.
#2 Полагаю, тут добавить будет нечего. Сие есть аксиома.
#9 03:12  03-05-2014Лев Рыжков    
Хуета лубочная.

Вот как не стыдно?
#10 05:50  03-05-2014Владимир Павлов    
Кто все эти Маринки, Семены Семенычи, пробегающие перед глазами без всяких отличительных характеристик? Настоящий писатель всегда внимателен к деталям
#11 12:55  03-05-2014Гриша Рубероид    
а кто его пизданул-то?
#12 18:08  03-05-2014Голем    
раскас старый, Лёва.. самому показалось любопытным вернуться к нему.

Гриша, это же очевидно - его пиздячила коммуналка..
#13 18:26  03-05-2014Гриша Рубероид    
блять не допер. восточный экспресс.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
11:14  29-11-2016
: [24] [Было дело]
Был со мной такой случай.. в аптекоуправлении, где я работал старшим фармацевтом-инспектором, нам выдавали металлические печати, которыми мы опломбировали аптеку, когда заканчивали рабочий день.. печатку по пьянке я терял часто, отсутствие у меня которой грозило мне увольнением....
18:50  27-11-2016
: [17] [Было дело]
С мертвыми уже ни о чем не поговоришь...
Когда "черные вороны" начали забрасывать стылыми комьями земли могилу, сочувствующие, словно грибники, разбрелись по новому кладбищу. Еще бы, пятое кладбище для двадцатитысячного городишки- это совсем не мало....
Так, с кондачка, и по старой гиббонской традиции прямо в приемник.

Сейчас многие рассуждают о повсеместной потере дуъовности, особенно среди молодежи. Будто бы была она у них, у многих. Так рассуждают велиречиво. Даже сам патриарх Кирилл...

Я вот тоже захотел....
Я как обычно взял вина к обеду,
решил отпить глоток за гаражами,
а похмеляющийся рядом горожанин,
неторопливую завёл со мной беседу.

Мой собеседник был совсем не глуп,
ведь за его плечами "восьмилетка."
Он разбирался в винных этикетках,
имел "Cartier" и из металла зуб....
09:26  18-11-2016
: [47] [Было дело]
Выползая на ветхо-стабильный причал,
Окуная конечности в мутные волны,
Кто-то ржал, кто-то плакал, а кто-то молчал,
За щекой буратиня пять рваных оболов.

Отстегнув за проезд, разогнувши поклон;
От услышанных слов жмёт земельная тяжесть....