|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Здоровье дороже:: - выше всехвыше всехАвтор: дядяКоля
[ принято к публикации 05:32 24-12-2014 | Саша Штирлиц | Просмотров: 2699]Пара метров мороженой глины, Надо мной. И вернуться назад Мне теперь не придется с вершины. Мне приснилась опять тишина, На окошке моем она грелась. Тишину я сжигаю во снах Только утром во мне угорелость. Волосатая мощная грудь, И с Землею роднит пуповина, Как же мне это все возвернуть, И людей не калечить невинных? Под ногами – сплошная печаль, В голове червяки роют норки, Разрывает мой череп моча, Сам же сохну, как хлебная корка. Теги:  6 
Комментарии
#0 08:43 24-12-2014Гриша Рубероид
про закопанного по голову богатыря. про богатыря у которого из земли торчит только жопа да да. так вернее. голова снизу как раз. название напомнило "марш авиаторов".... бгг все выше, и выше, и выше взлетает тугая моча лечу под землею, и вижу как жопа торчит из плеча трам-ча-ча-ча.... Это очень грустное произведение. Лирика, бля. Ностальгия Нравится мне подобное...Близко это мне. Созвучно так сказать..+ мерси всем Что-то психоделическое)) Жгу во сне тишину и просыпаюсь угорелый - понравилось. תוֹדָה רַבָּה, ima Еше свежачок
Вышел ветер с солнцем побороться В самом центре мартовского дня. Защитить решила Таня солнце, Чтоб его как мячик не гонял. Ветра вкус лишь только ощутила, Сразу съесть решила невзначай. И себе помочь так сможет мило- Хоть сейчас мужчину привечай.... Перепил вчера Синицын
Перепил вчера подлец А ему-то ведь не тридцать И не сорок наконец Пил он водку вместе с пивом 3аедая всё хамсой Вот теперь сидит пугливо - Неопрятный и босой Жизнь вся сделалась убогой Дышит тленом в самый пуп Замелькала одноного На Тик-Ток и на Ютуб Пять романов, три новеллы Написал он за свой век, Отплясалась тарантелла В духоте библиотек Встал Синицын, взял шнурочек И немножечко мыльца Дальше в тексте много точек...
В затерянном среди горных складок Кавказа селе, где река мчалась, опережая сами слухи, а сплетни, в свой черёд, обгоняли стремительные воды, жила была девушка Амине. Дом её отца врос башней в склон у самого подножия надтреснутой горы - той самой, что хранила молчание весь годичный временной круг, но порой испускала из расщелины такой тяжкий и рокочущий выдох, что туры на склонах замирали, переставая жевать полынь, и поднимали в тревоге влажные морды к недвижным снегам....
Скачу домой, как будто съел аршин,
прыг-скок, прыг-скок…нога в снегу промокла… Твои глаза - не зеркало души, они, как занавешенные окна. Там голоса, и кто-то гасит свет - теперь торшер не вытечет сквозь щели, лишь стряхивает пепел силуэт в цветочные горшочки у камелий.... |
