Роман с вином

Автор: Иоанн Пыхов Люди, я влюбился! В вино! Нет, не в смысле, что стал алкоголиком; пью я давно, да еще профессия обязывает делать это ударными дозами. Просто внезапно я научился пить вино. Почему я раньше не знал, что от этого можно получать такое удовольствие?! Это похоже на роман: вы встречаетесь на какой-то вечеринке, но не придаёте этому значения, потом еще пару раз пересекаетесь в общей компании, через какое-то время начинаете общаться приватно, и... вдруг вас осеняет, что вы влюблены!

Книжка Майка Гейла «Скоро 30» начинается с мысли, что тридцать – это когда у тебя стоит несколько бутылок вина, и ты можешь не выпить их в течение вечера. Невероятно точно подмечено! Мне уже 30, и в моей стойке хранится 12 бутылок вина. Причем еще три месяца назад такого чуда не наблюдалось. Была стойка с одной бутылкой, я специально купил аргентинскую бормотуху, чтобы не было соблазна её выпить.

А всё началось как раз с этой замечательной стойки (отношения всегда переходят в роман с какой-то необычной детали). Мне ее год назад подарил Дед Мороз. Честно говоря, я надеялся, что ассистировала Деду Морозу в её покупке как раз та женщина, с которой накануне случилась любофф.

Итак, стойка периодически заполнялась бухлом разного статуса – от дешевого испанского винища до гиперпафосных бордюксов. Я написал «бухлом» потому, что «вино» – это когда стоишь в магазине и выбираешь его. Выпивалось всё, естественно, за вечер. Ну, мне же еще не было 30!..

Вообще дело, думаю, не в 30-летии. Хотя, возможно, именно в этом. Первый раз в жизни я напился в довольно позднем возрасте, на 1-м курсе института. Попал в общагу, где меня накачали портвейном «в муку». До сих пор помню то ощущение: иду домой ровно по прямой, напролом, с трудом обходя деревья. До 3-го курса мы пили популярный тогда спирт «Рояль», а потом я внезапно открыл для себя пиво и стал законченным пивняком. (могу с завязанными глазами отличать сорта пива). В общем, вино практически не пил. По вкусу мне нравилось пиво, чтобы захмелеть я жрал вотку, а вино было каким-то «праздничным» напитком: дни рождения, новый год...

И вот настоящий праздник – первая поездка за границу. Тунис. Отель довольно высокого (по тем временам) класса. Вечер, только приехали, сидим всей группой в ресторане. Подают розовое вино. Подавляющее большинство тоже впервые за границей, эмоции переполняют нас; вдогонку ко всему это был all-inclusive! Коммунизм! Халява! Вино лилось рекой, официанты были в шоке: мы вели себя как на типичном русском застолье, когда мужчины наливают вино сидящим рядом дамам (столы, ессно, сдвинули). Ухрюкались прилично... Дикари, одним словом. Зато сейчас у меня стойкая ассоциация: Розовое вино = Тунис.

Следующее серьезное рандеву с вином у меня состоялась в Турции. Тоже праздник, так как тогда это было очень дорого (или я мало зарабатывал?). Со своей (теперь уже бывшей) женой мы нашли чудесный ресторанчик в Анталии с видом на море. Да, поход в ресторан в те времена тоже был событием. Заказал кебабов. Официант спрашивает, принести ли Vine Card. Я прям растерялся: что такое винная карта? Типа турция нарисована, и откуда какое вино? Естественно неси! Принесли нифига никакую не карту, а прайс на вина. Что выбрать – совершенно не понятно. Поэтому выбрал что-то со знакомым названием и среднее по цене.
Сидим, чувствуем лёгкий неудобняк, так как место слишком пафосное для нас. Любуемся на море, на заход солнца, друг другом естественно. У меня была невероятно красивая жена! Официант принёс вино, открыл, налил в мой бокал немного. И стоит, гад, пялится. А я не знаю, что делать... Ну что, взял и залпом двинул, как вотку. Официант всё стоит над душой. Good wine, говорю. Только тогда он разлил вино по бокалам и, наконец, оставил нас наедине.

На самом деле он сделал не совсем все правильно. Сначала нужно дать заценить пробку. Пробка не должна быть лоховская (пресованая из крошки), а также не должна быть глубоко пропитана вином. Последнее будет означать, что в бутылку попал воздух и вино необходимо заменить. Good wine – то же в корне неправильная фраза. Мы пробуем не на вкус, а на соответствие вкуса и этикетки. То есть если поскупились и заказали мерзкое бухло – оно должно быть мерзким бухлом, а не Шабли прошлого века.

Следующее яркое рандеву – опять же Турция, только спустя 5 лет. Конкурс красоты. Как-то утром, точнее, днем, я проснулся и пошел обедать. Налив себе бокальчик из бочки, поймал себя на мысли, что одолела меня невыносимая, просто-таки вселенская печаль. То ли кризис 30-летнего возраста начинался, то ли банальный бодун... Я налил себе еще стаканчик и начал думать. Думать на самые разнообразные темы. Думалось легко и свободно, а мысли бежали настолько быстро, что я не успевал их до конца додумывать. Где-то на 6-м бокале ко мне подсела PR-щица Юля. Она что-то спросила, а я ей что-то ответил. Видимо, ей понравилось, и она сразу же обеспечила PR. С небольшими интервалами ко мне стали подходить журналисты, модели, продюсеры, бандиты, и начинали задавать насущные вопросы. Я, выпив очередной бокальчик, рассудительно отвечал. Всё раскладывал по полочкам, доказывал тщетность многих наших устремлений, отделял зёрна от этих, как их...

- Вот тебе интересно было то, что я сейчас наговорил?
- Да...
- А ведь это – ахинея. Абсолютная ахинея. Древние мылители тоже пили вино и несли всякую чушь и вздор, а за ними записывали...
- Но ведь это интересно читать!
- Я об этом и говорю. Интересно, но не более того. Это просто энтертаймент, как это будет по-русски... развлечение. И никакой практической информации, никакого руководства к действию.

Последним был светский репортёр Бродзкий. Он спросил, в чём истина. Ответ вы знаете.

Итак, моя стойка для вина упорно не заполнялась. А как же, варварские набеги друзей, романтичные визиты дам, грустные одинокие вечера никак не могли способствовать этому. Я хотел было проявить волевое решение и заполнить её к 30-летию, подсчитав, что если задаться целью разом выпить все 12 бутылок, то это приведет к 4-дневному запою. А поскольку такую роскошь я себе позволить не могу, в стойке всегда будет оставаться порядочное количество бутылок. Однако накануне «часа Х» я находился в жестком финансовом коллапсе, и в стойке покоилась покрытая пылью всё та же бутылка аргентинского Toso.

В День 30-летия, в промежутке между окончанием рабочего дня и моментом, когда я отключу телефон, чтобы побыть в одиночестве, меня выцепила одна из бывших, поздравила, подарила большую цветную глянцевую книжку про вино, и засим испарилась. Книжку я стал читать одинокими осенними вечерами, предварительно купив в супермаркете бутылочку вина. Если оно оказывалось правильным и нравилось мне, в следующий раз я покупал такое же плюс бутылку нового. Так стойка начала вдумчиво заполнятся.

Итак, финал. В один из вечеров я решаю выпить за здоровье одной женщины, у которой день рождения. Каберне-Совиньон урожая 1987 (!) года она подарила мне на Новый год, прознав, что я заполняю стойку. К слову, я долгое время считал, что тогда, давно, именно она помогла Деду Морозу купить эту стойку, но выяснилось, что это не так. Ощущение от этого вина невозможно передать словами. Да и не нужно. Я был всецело поглощен эмоциями. И даже забыл, у кого день рождения.

P.S. Ну как обидно даже в хороших ресторанах встречать в винной карте «домашнее вино». Ведь House Vine – это далеко не домашнее вино...