Легенда (быль)

Автор: Шева Не знаю.
Не знаю, - может кому-то и нравится, когда по нему херачат минами и снарядами, мне - нет.
И дело даже не в том, с чьей стороны они летят.
Да похуй. Глубоко.
Если тебя йобнет - насрать, какая маркировка будет на этой хуйовине.
Да, так вот.
Зайобывает это, скажу я вам.
Когда вместо нормальной жизни только и думаешь - как во всём этом выжить, как не попасть под обстрел, как раздобыть чего-то пожевать, как ненароком не оказаться брошенным в подвал.
Опять же - денег ни хера нет.
Вернее - они как бы есть, но на самом деле - ни хера.
Вы спрашиваете, как такое может быть? На карточку-то они падают, а снять негде - ни один банкомат не работает.
Такие вот дела.
Кисло, одним словом.
Выехать туда, где деньгами можно отовариться - целая история.
Эти не выпускают, те не впускают.
Причин более, чем до хера. Даже при наличии всех документов и справок можешь попасть на железобетонный аргумент - рожей не вышел.
Иди, жалуйся. Да.

Одним словом, если бы не дружбаны, то и загнуться можно было бы.
Короче, есть у меня один кореш - Колян. А у него, в свою очередь, есть дружбан Толян.
Вот Колян мне и говорит, - Есть вариант метнуться в Харьков. На шару. Сможешь там бабки в банкомате снять. Да и вообще - проветришься. А то совсем на человека уже не похож.
- А как же, - спрашиваю, - блокпосты и прочая байда?
- Смотри, какая тут тема, - объясняет мне Колян, - Толян работает в фирме, которая оказывает ритуальные услуги. Берётся «Газель», на борту которой написано - «Ритуальные услуги». Набирается толпа народу, ну, толпа громко сказано - человек пять-шесть, кто за энную сумму хочет выехать в тот же Харьков. Едем с понтом забрать в Харькове старенькую бабушку, которая два дня назад Богу душу отдала. Но завещала, чтобы похоронили её непременно на родине. А мы - типа родственники.
А для придания убедительности искренности намерений в «Газель» загружается гроб. Пустой.
Пустой - типа, чтобы в Харькове загрузиться.
Когда Колян сказал за гроб, мне почему-то незабвенный Михаил Михалыч вспомнился с его знаменитым - А без покойника?
Ну, это так, к слову. Да.
Короче, подписался я на это дело.

Ранним утром следующего дня выехали мы.
Погода как раз чудная, солнышко с утра хорошенько так припекает.
Один человек рядом с Толяном спереди сидит, остальные - на лавках в кузове «Газели».
А перед нами, посредине салона - гроб. Мужикам Толян раздал чёрные повязки на руку, тётушкам - чёрные косынки на голову.
Чувство такое - будто ты в художественной самодеятельности участвуешь. В любительском спектакле.
И предупредил Толян строго-настрого, - Вы же на блок-постах не вздумайте хихикнуть или засмеяться. Попалитесь!
Два блок-поста проехали тихо. Как мыши.
На втором блок-посту нас даже без очереди пропустили.
А всё-равно я вам скажу - стрёмно.
И сцыкливо.
Так-то уговариваешь себя, а в душе неспокойно.

И тут я вспомнил удостоверение, пустую корочку которого мне Колян подарил.
Ну, я, ясное дело, фотку вклеил, размытую печать изобразил.
Долго думал над должностью. Потом придумал - разведчик.
А хули?
Прикольно. Да и круто.
Не, ну в поездку я удостоверение не взял.
Что я, дурачок, что ли? Заметут - хрен объяснишь, что пошутил.
Да, так вот.
Местами в «Газели» мы периодически менялись, чтобы не так нудно было.
В одну и ту же точку гроба смотреть.
И вот выпало мне впереди, возле Толяна сесть.
И вспомнил я своё удостоверение, и говорю ему, - Слушай, я думаю, это неправильно, что мы без легенды едем.
- Какая еще, нахер, легенда? - спрашивает Толян.
- Ну, как, - говорю, - у разведчиков всегда есть легенда. Где, что, почём. Вот спросят на очередном блок-посту, - А как бабушку-покойницу звали? И всё - кранты. Не зря есть поговорка - дьявол кроется в мелочах.
Смотрю - задумался Толян. А потом согласился, - прав, я мол.
Придумали - Прасковья Ивановна.
Всех «родственников» возле гроба заставили выучить.
Подъезжаем к очередному посту. И что вы думаете?
Как в воду я глядел. Нет, не зря в удостоверении так и написал - разведчик.
Посмотрели ребята с автоматами в руках на гроб, на платочки наши, повязки, а потом один и спрашивает, - А кого хоронить будете?
Смотрю - у всех наших губы будто шевелятся, - прасковьяванна, прасковьяванна.
А Толян, видно от мандража, возьми да ляпни, - Дедушку!
Второй боец и спрашивает, - А звали его как?
Посмотрели мы с Толиком друг на друга, успел я ещё подумать, что на переправе коней не меняют, и ответили.
Почти одновременно - Прасковья Ивановна!
А боец-то этот уже к следующей машине пошёл.
Не расслышал, слава Богу.
А может, просто похуй ему было.
Но нам-то - не похуй.
Когда отъехали, я лыбу давлю и говорю Толяну, - Ну что, Прасковья из Подмосковья?
А он мне, в ответку - Сам ты…Штирлиц херов!
И поехали мы.
И доехали мы.

А легенда для разведчика, скажу я вам - первейшее дело.
По себе знаю.