|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
За жизнь:: - Оранжевый солдатикОранжевый солдатикАвтор: черсков
[ принято к публикации 00:17 13-04-2015 | Юля Лукьянова | Просмотров: 1703]Оранжевый солдатик в старой будке, А с ней дежурит сутки через сутки Железная дорожная звезда. Опять она с темна и до темна Внимательно следит, забыв про чайник, Как мчится вдаль, её не замечая, Огромная товарная страна. Опять она сигналит на сигнал... Опять она передвигает рельсы... «Ах, боже мой... да что же я... а если Уйти по ним отсюда навсегда?» ...Опять она садится у окна И греет чай на линиях ладоней, Пока звезда, сорвавшись, не утонет В холодной чаше, выпитой до дна. Теги:  10 
Комментарии
#0 01:19 13-04-2015Стерто Имя
хорошо.... но не понял кто это "железная дорожная звезда", и последний куплет графоманский больно... но + Очень. Хорошо выверенный минор. Очень хорошо. Несколько запоминающихся сток-образов "Оранжевый солдатик в старой будке", "И греет чай на линиях ладоней" - вообще посленее четверостишие прекрасное. Правильно сказал Самоса - "Хорошо выверенный минор." - Плюс До слез! плюс Хорошо про путевую обходчицу + хуйня но не очень Мощное так-то стихотворение. Про этих тётенек еще никто, наверное, не писал. И это не путевые обходчицы. Они сидят в своих хорошеньких домиках с полисадничками (замечали?), сторожат шлагбаумы и машут флажками проходящим поездам. Хорошее посвящение. это гуд Еше свежачок Там, где еще (плачь, капитан, плачь…)
Не о ком будет плакать. (Варя Нау. 2013 г.) таскаю каштаны из детства твоего алиса моя с чёрным мраморным сердцем (Авось. 10.10.26 г.) *** А первый снег, что прошлых неудач мгновения, — бессилен, безнадёжен.... Не приближай последнее сиянье, -
за ним — простая серая зола. Искрящийся рассвет существованья, после заката будет только мгла. За горизонтом гулкой тишины, где нет ни слёз, ни празднеств, ни признаний всё станет белым айсбергом волны безбрежных сфер космических скитаний....
Гудил Иванович входил в учебную комнату так, как входит запах в запертый погреб — не постучавшись, не спросясь, заполняя собою всякую щель, всякую пустоту, всякую детскую надежду на урок арифметики вместо урока войны. Обоняние, самое древнее из чувств человеческих, минующее рассудок и падающее сразу в подвалы памяти, безошибочно докладывало классу: недавно, совсем недавно, варил этот человек нечто, чему нет названия ни в одном кулинарном трактате мира, — варево, замешанное на дегте, лавровом листе, ...
Часть-1
Гудил Иванович, сей любомудрый муж, кахетинец чистокровный, из тех, про кого в наших краях молвят: «человек с головой, а шапка сама найдётся», — был фронтовиком Великой Отечественной. В школе он учил детей русскому языку вовсе не оттого, что кончал какой-нибудь педагогический или самоучкой глотал филологические науки.... Весь мир вокруг казался ненастоящим. Придуманным. Как будто его нарисовал Дали, или, даже хуже, Малевич. А потом ещё плюнул и растер рукавом. Так рождаются шедевры. Когда мимо шли люди, спотыкаясь о широко вытянутые ноги спящего на скамейке человека, ноги эти самопроизвольно дёргались, а тело при этом оставалось статичным.... |
