БАЛЛАДА О ВОИНЕ СТРУКТУРЫ

Автор: Барыбино Я – тот, кому доверено “конец”
Писать спокойно в книге чьей-то жизни,
Я – воин, я – невидимый боец,
На площади палач и жрец на тризне.

Я – воплощенье актов, а не слов;
Я распинаю молча и умело
Безумных человеческих сынов
На темном перекрестии прицела.

Меня не умолить, не обойти,
Бессмысленны затраты и боренья,
Когда встаю на чьём-нибудь пути
Последним, страшным камнем преткновенья.

Я – ясный, яркий истины момент,
Я – кнопка пуска всей аппаратуры,
Я – коготь, клык, последний аргумент,
Я – собственность невидимой Структуры.

И – новое задание, когда
Сверкнула ярким блеском близкой смерти
Кого-то несчастливая звезда
В дешевом и без надписей конверте.

Конверту брюхо ножиком порю,
И чувствую, как рая или ада
Чуть скрипнули врата, когда смотрю
Я на того, кого убить мне надо.

Седой. Немолод. Пристально глядит,
Не светит взгляд ни злом, ни добротою,
И тень от вспышки на лице лежит
Кинематографической змеею.

Чуть тормозит машина на витке...
Ведет автомобиль он в одиночку.
И взрыв гремит, на улице-строке
Поставив ярко-огненную точку.

Он жив еще, но знает – к рубежу,
К последнему судьба подходит часу,
Когда курок я медленно взвожу,
Приблизившись к горящему каркасу.

Осколок взрыва мне скулу рассек...
Я со щеки ладонью кровь стираю
И с нулевой дистанции, в висок
Три пули друг за другом посылаю.

В своей судьбе мы, люди, не вольны, –
И как попал я, сам того не знаю,
На гребешок невидимой волны –
И я теперь Структуру возглавляю.

Почти что бог, почти на небесах
Живу спокойной, строгою частицей,
Той, что баланс сдвигает на весах,
Безвестный властелин Всея Столицы...

Под узким небом теплым городским,
Чуть поддавая газу "Ягуару",
Осенним днем,безветренным, сухим
Я еду по московскому бульвару.

И вскрылась, обнажилась связь времен,
Когда притормозил чуть-чуть машину,
И наложился прошлого шаблон
На нынешнего смутную картину.

Вон там – я помню – я тогда стоял,
Без трепета предчувствуя победу,
И он машину по бульвару гнал –
Как раз тому, гда сам сейчас я еду.

Чуть дернувшись и в сторону взглянув,
Я понимаю все, я вижу Бога,
Когда, внезапно мир перевернув,
Меня швыряет что-то на дорогу.

Горю я в адском, райском ли огне...
Я умираю, мне уже не больно,
И Смерть подходит медленно ко мне,
Меня добить чтоб выстрелом контрольным.

Лицо узнав убийцы моего,
Пытаюсь я последними словами
О будущем предупредить его
Обугленными, черными губами.

Но я не смог – как он не смог тогда...
И этот мир – и этот миг – всё тот же –
Никто, никак, нигде и никогда
Ни изменить, ни отменить не сможет.

И перед тем, как жизнь совсем ушла,
Я понял мыслью, мозг мой опалившей,
Что тень на фотографии была –
Совсем не тень. А шрам, давно заживший