Святой великомученик - Николай Кровавый

Автор: вионор меретуков


…Король Самсон Второй ограничен в своих действиях, будто он не король, а какой-нибудь бесправный портовый грузчик. Да что грузчик, как самый последний нищий в королевстве!


Все, все, все решают министры и парламент...


Правда, на каждом серьезном государственном документе должна стоять подпись короля, без этого документ не действителен, но король этим своим правом – правом вето – почти никогда не пользовался, и всегда, немного поворчав, подписывал всё, что ему подсовывали.


Этим, кстати, он освобождал себя от необходимости что-то решать... Ах, как это прельстительно – ничего не делать, не задумываться и не отягощать себя заботами о благе государства!


И как это по-русски! Ведь по линии матери, королевы Виктории, Самсон Второй находится в родстве с российскими царями...


Те хоть и были изрядными немцами, но русской лени за столетия сидения на российском престоле накопили предостаточно.


До поры до времени русским царям это сходило с рук, выручали удачно складывавшиеся обстоятельства и умные советники. Но при царе Николае Кровавом, слабом, бесцветном правителе, совершенно равнодушном к судьбам своих подданных, фортуна, наконец-то, повернулась к монархии задницей.


И придурковатого императора, верившего, подобно дремучей деревенской бабе, всяким колдунам, безграмотным прорицателям и прочим проходимцам, расторопные большевички предали суровой казни, и от помазанника Божьего не осталось ни рожек, ни ножек. Правда, в конце концов, после многолетних поисков, чьи-то косточки всё же нашли. Русские, радуясь и ликуя, признали их царскими и торжественно предали земле...


Король Самсон вспоминает, что читал в какой-то газете сообщение о причислении императора Николая Второго к лику святых... Непонятно, чем руководствовалась Русская православная церковь, когда принимала столь ответственное – перед памятью других нормальных святых – решение...


Причислить к лику святых полуидиота, руки которого по локоть в людской крови... Недаром после января 1905 года его в народе прозвали Кровавым.


Признать святым великомучеником негодяя, бестрепетно положившего на полях сражений миллионы своих сограждан и бездарно проигравшего войну, а потом и вообще к чертям собачьим просравшего великое государство, это, конечно, смелое решение. Тут надо иметь известное псевдорелигиозное мужество... Либо, что кажется более вероятным, быть таким же бессмысленным и беспринципным идиотом, каким был покойный император...


У них там, в России, вообще всегда царил страшный бардак. И сейчас там не лучше. С одной стороны покойного императора и всю его семью стали боготворить чуть ли не на государственном уровне. А с другой - имена тех, кто был виновником его смерти и кто отдал распоряжение о зверском расстреле его жены, юных прекрасных дочерей и неизлечимо больного сына, и по сей день носят российские города, области, улицы и проспекты.


Странные, право же, люди, эти русские…




(Фрагмент романа «Лента Мёбиуса»)