Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

За жизнь:: - акромегалия жизни

акромегалия жизни

Автор: Роман Шиян
   [ принято к публикации 00:10  23-07-2018 | Лев Рыжков | Просмотров: 263]
Это место Земли перенасыщено временем – легко растеряться, от хронической нехватки пространства невозможно споткнуться: везде – невесомость жизни, в ограждении забора, покосившегося плитами, отражается, точно в зеркале, состояние людей по ту сторону…
В осколке бытия, где существует моё тело, событий мало, они кратковременны, но ярки, как взрыв питарды ранним первоянварским утром.
Лето. Жара. По пустынному двору идёт мне на встречу энергичным неряшливым шагом сухой низкорослый парень. Милка нервно курит сигарету, чванливо выпускает дым в небо, едва заметно покачивая головой. Он – отказник. В доме малюток прививают условный рефлекс: «укачай себе сам». Одет гражданин по алкогольному шаблону: заношенная футболка, треники в пузырях, шлёпанцы. Но пить ему опасно. У него пожизненное психическое отклонение есть, и ещё таблетки вкусные дают для воссоздания порядка в мире: как в микро- и так в макро-. А ежели к Милке прибавить водки, то случится временное преломление пространства стардома с последующей аннигиляцией психохроника в потусторонних застенках. Милка знает теорию да и практики вдоволь насмотрелся. Ему от колёс итак хорошо.
- Привет, милый, - привычно обращается он ко мне, как и ко всем другим окружающим, растянутым желейным голосом.
- Здоров, - отвечаю я сквозь отдышку.
- Как дела?
- Нормально, - в суровом ответе скрывается неприятие к слащавым любезностям. Но Милка, не замечает смысловых оттенков и идёт разгружать привезённую в стардом жратву. Психохронику полагается трудиться и днём и ночью, иначе жить Милке в дурке. Таковы суровые законы этой Земли. Психически неполноценные, но физически крепкие парни предпочитают «Бухенвальд» (много народных званий у данного заведения) психлечебнице: свободы, говорят, больше.
Часто, делая два круг вокруг стардома, я наблюдаю на крыльце заднего входа в столовую аутентичного, сосредоточенного на своих неведомых мыслях, курящего Петра. Внешне он напоминает Максима Горького, возвратившегося в будущее хиппстером: без усов, в джинсах и кедах. Заядлый игрок в бильярд – почти всегда выигрывает у всех. Он – самый немногословный из своих собратьев, белых негров. Наблюдая за ним, создаётся мысленный мираж, что этот человек знает о мире всё. Иногда Пётр тихо и мелко смеётся, и сумасшествие стирает его мнимую мудрость.
Я сижу в сортире, созерцая совершеннолетнюю весну сквозь приоткрытое окно. Небо в пушистых облаках, несущихся невероятно быстро. Из открытого пространства дует свежий ветер. В голове срабатывает фотовспышка: воспоминание под названием «Хорошо!» успешно запечатлелось в памяти на будущее. Спокойствие крошится под знакомым лязгом сконструированной на века тачки. Гулко распахивается дверь туалета. Слышится отдышка и сопение, будто недюжинный зверь явился за мной. Вся нечисть от воображения. Это просто собиратель и перевозчик всяческого мусора обходит в очередной раз избитый маршрут отвращённых мест. Вечно недовольный Бубу – индустриальный Харон мелкого разлива – входит тяжеловесной прихрамывающий поступью. Коренастый разбухший телом пузатый мужик в телогрейке, на ногах – валенки, на голове – изодранная шапка-ушанка. Человек – живая карикатура на бомжа в дебрях необъятной периферии. Лицо его круглое, опухшее от природы – отдельная ипостась юродства, врождённого и атипичного. Широкий лоб, раскосые огромные глаза, приплюснутый нос картошкой, жирные губы и вываливающийся изо рта язык, напоминающий кусок сырого непрожёванного мяса. Бубу в праздные моменты жизни – злой даун. В его редком нечленораздельном мычании и жестах угадываются нравоучительные вразумления: «Эх, все не так - не умеете вы жить». Но как надо – остаётся неведомым нечлераздельным. Мощная кисть сжимает в комок немногочисленные обрывки использованной туалетной бумаги. Упавшее Бубу ворчливо подбирает и несёт к тачке, где находятся вёдра с объедками. Затем тактично закрывает дверь. «Зря вы так, - сожалею я, заглянув в пустое ведро. – Руку придётся мыть долго».
Упорно льёт осенний дождь. Упёршись руками в подоконник, Коровин смотрит на протравленный лужами двор. Мы с выдержанным во всех смыслах безногим Кирсановым раскладываем шахматную партию. Коровин вдруг начинает озвучивать невероятные события в мнимом заскорузлом запустении. Вдалеке из первого корпуса Милка несёт во второй на кухню говяжью ногу, взвалив её на плечо. Сила есть – лишнего не надо. Точнее злость то ли на ногу, то ли на весь мир. Бедняга подсказывается, но удерживает только равновесие, а мясо нет. Нога плюхается в лужу. Милка отчаянно матерится, пинает говядину. Сбив, как оскомину, ярость, пытается поднять продукт питания. Тщетно. Однако настырность Милки рассмешит даже небеса. Промокший и негодующий рабочий за еду волочит часть разделанной туши двумя руками сквозь густую непогоду на кухню. Благо полкилометра – не расстояние.
- Да… А мы его едим, - задумчиво подытоживает Кирсанов сюрреастический репортаж Коровина.
- Кого?! – с лёгким недоумением восклицает Коровин.
- Мясо. Не Милку же, - объясняется с ухмылкой.
- Э, слишком хороша говядина для нас. Ты в какой каше её видел? Там же жилы да плева перекрученные. Я ветеринаром работал – знаю, как мясо выглядит. Повора эту ногу разделают, и домой утащат или на медикаменты с фельдшерами поменяются. А всякое отребье нам заранее припасено – у них на воле связи есть: говно найдётся.
- Всё верно ты говоришь. Всё верно, - со вздохом отвечает Кирсанов и делает мне вилку с шахом. Король уходит, а я остаюсь с убитым слоном.
Моё присутствие на праздниках в доме престарелых – нелепое навязанное событие. Иногда меня приглашают в кинозал, чтобы вручить грамоту за активное участие в жизни дома-интерната. «Рома, будь завтра в кинозале, чтобы испытать bad-trip», перевожу я приказную фразу организатора мероприятия. Меня среди прочих объявят народу и вручат грамоту под шум ладоней. Фальшивая вежливость – отчётная торжественность.
Я в людях. На сцене местный хор насильственно громко исполняет народные песни. Участники пытаются пританцовывать. Зал хлопает, превращая самодеятельность в языческое гуляние малышей. Стоящий неподалёку от сцены Милка проворно вскакивает на подмостки и начинает самовлюблённо выплясывать. Получается затейливо, даровито, в такт. Наблюдая за лихим танцором, мне становится ясно, откуда ноги растут: кто-то из его родителей обладал весьма недурными артистическими способностями. Но, наверняка, зачали Милку, ни разу не отмерив, по пьянке, в атмосфере веселья и алкогольного азарта, когда от переизбытка дофамина нервы искрят, как звёзды. И капризные родители снова отказываются от поломанных детей. И вот ещё один «праздничный ребёнок» в казённом доме покоряет убогий мир. Моя история создания намного прозаичней: на трезвую голову, из рациональных побуждений, с примесью почти отыгравшей любви. Второй ребёнок де факто – гарантия скорейшего получения двухкомнатной квартире в только что отстроенной советской 14-этажке воздвигающегося города. Дело житейское – обыденное, как оказалось. А недуг мой – следствие плебейского отношения к жизни работников роддома. Достойно проникнуть в мир согласно социалистическим тенденциям не положено: надобно выстоять очередь. Пришлось проникать недостойно – в виде трупа. Мать «отдавала концы». Мёртвый человек в роддоме вселял по тем временам страх от вероятности получить срок. Учитывая обстоятельства, двойной… Засуетились, оживили всех, но не полностью. Мне повезло: возможно, я увижу, как звёзды падут на Землю. Детское язычество тоже иногда полезно застать, держа за пазухой афоризм «Осторожно, аплодисменты», точно финку в кармане, проходя тёмный переулок.
Злой даун азартно играет с танцором в бильярд. Бубу, проигрывая, невнятно-громко матерится, и снова играет. Милка в образе – подзадоривает, насмехается. В какой-то момент Бубу швыряет кий в оппонента с утробным рыком. Милка уворачивается и нескромно выражает недоумение с последующим посланием Бубу в дивную бездну. Злой даун неспешно бредёт к выходу. Пётр, хихикнув, неспешно походит к столу начинает мстить. Смена декораций.
Я выхожу на улицу и наблюдаю деградацию Бубу. Опёршись руками на ручку «вездехода», точно повиснув спящей курицей на жёрдочке, он утомлённо курит. Слышно его болезненно частое дыхание. Говорят, что Бубу стал чифирить. «Недолго осталось», вспыхнула чужая мысль – снимок из будущего. Так и случилось – Харон умер.
Говорят, дуракам негоже употреблять наркотики, водку и разврат. В жизни всё складывается упрямо наперекосяк, ибо глупые не ведают меры. А клинически идентифицированные тем паче. Вот и Милка, завсегдатай одной содомской палаты, под смех и улюлюканья андеграудной молодёжи стардома пристрастился к порно. Сначала прирождённый танцор удовлетворялся рукой, а потом в ход пошли прохожие: кто послабей да с одной пядью во лбу. Дела уголовные заводить не стали, а в застенки отправили от свободы подальше.
21.07.2018


Теги:





-4


Комментарии

#0 00:10  23-07-2018Лев Рыжков    
Отлично, дорогой Роман. Но концовка меня голодным оставила. Не насытила.
#1 20:45  23-07-2018Роман Шиян    
Лев Рыжков

Согласен. Концовку закруглить не получилось. хочется оправдаться, что так и в жизни, но, по сути, это драматургический косяк.
#2 20:51  23-07-2018Лев Рыжков    
Но типажи отличные, чего там.
#3 18:22  25-07-2018Mavlon    
Со знанием дела +. Тяжеловато шло

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
01:13  10-12-2018
: [9] [За жизнь]
Окурки мятых водосточных труб
давил ноябрь в пепельницы люков,
щетину щек туманами баюкал,
как будто у него разнылся зуб.
Царапал из скорлупок фонарей
таблетки света желтым анальгином,
и ел горстями, просыпая мимо
на мокрую брусчатку площадей....
16:05  08-12-2018
: [16] [За жизнь]
Грёзы щенками во мгле утонули,
Плещет тоска за края..
Звёзды в почётном своём карауле
Стойко на вышках стоят.

Переливается лунная лужа -
Слепит прожектор глаза.
Жутко. Но верю - на воле не хуже.
Маюсь. До звёзд, и назад..
....
22:56  03-12-2018
: [11] [За жизнь]
Брат двоюродный Саня в то время в лесничестве работал. Зарплата никакая, гектаров за горизонт, но зато сам себя бай. Ездил он на старенькой Волге-3310, давно уже списанной, но еще вполне пригожей чтобы месить грязь по лесным массивам. На правой водительской дверце была надпись "ЛЕСПРОМХОЗ"....
17:03  02-12-2018
: [9] [За жизнь]
То ли двор весь в туманном, седом молоке.
То ли мне, как всегда, не понять,
потерять в перепаханной грустью тоске,
то, чего не хотелось терять.

Ах, бездарное небо конца ноября!
Мне бы горло тебе перерезать.
Но ты сукой беременной в свет фонаря
подлезаешь, а тут на протезах

Месяц, в кровь расцарапав о сучья ебло,
лезет в окна, совсем не стесняясь....
16:47  02-12-2018
: [9] [За жизнь]
Мать появилась в окне. Перекрестила меня. С богом, сынок! Знает, что могу и вернуться.
Мне 42 и я иду в магазин.
Магазин в двухстах метрах от дома. Кричит ещё чего шапку не надел, минингит заработаешь. Ничего, мать, не поминай лихом.
В магазине толчея....