|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Литература:: - червоточиначервоточинаАвтор: отец Онаний Может это за злость мою, за то, что на отца руку поднять хотел, он и умер от болезни внезапной?!А теперь вот всю жизнь черноту под сердцем ношу. В зеркало гляну- его черты. Хочется зеркало расколоть и осколками лицо себе все располосовать. Характер тоже несносный. Эгоист. Вчера на кладбище был. Не по зову совести, а так, случайно. Брат двоюродный мимо кладбища проезжал, видит могилки наших отцов сильно бурьяном заросшие. Вот вечером за мной заехал и мы поехали марафет навести. Так я на фото на кресте даже не взглянул. Злоба одна. И не проходит ведь. Маленький был, помню, от ругани родительской уши заткну и под стол свой залезу. Сижу как в убежище. Сейчас также порой под стол залажу. Только я вырос, а стол всё тот же. С трудом помещаюсь. Бежать чуть остановлюсь- чернота. Память дурацкая. Только плохое выуживает. Хорошего будто и не было в жизни. Бичую себя, работой гружу до потери сознания. Тогда еще ничего. А как только просвет какой, отдых- всё,караул. Мысли как тараканы лезут из всех щелей, сколько их не трави, сколько тапком не бей. Я на себя много чего примерить пытался- всё одно, не моё. И с другими людьми всё больше отдаляюсь. Им же не понять ничего. Причем, чем человек ближе, родней, тем мне гаже, когда в глаза ему смотрю. Кажется, что он во мне всю червоточину видит,весь мой смрад душевный чует. Придумано всё. Да нет иного. Езжу, езжу, бегу от себя к себе. Держу всех на расстоянии вытянутой руки,а то и сотен километров. Не отвечаю на звонки и сообщения. Шишки набиваю об стол. Низенький он стал, всю мою сущность не вмещает уже. А я сгорбился, ладонями голову сдавил, мысли глушу, воспоминания. Давлюсь. И понять никто не может от чего у меня характер дрянной такой. Да и не надо понимать. Не нужно мне ваше понимание. Я сам себе не очень то нужен. Хочу без понимания жить. Остекленел. В пол уставился и застыл. Вроде бы поток памяти остановил. Кровь белая по венам. А потом опять выключатель щелк- снова всё вижу,но уже всё испортить успел. Когда, как- не знаю. Плевать. Люди не меняются. Буду дальше себя жалеть и шишки об стол набивать. Теги: ![]() -7
Комментарии
#0 12:17 26-08-2018Лев Рыжков
Прямо Достоевский, покусанный Мамлеевым. сублимация Хорошо! Короткометражки бы снимать по твоим рассказам. Ералаш. Спасибо, Шаня На нерве. Плюс + спасибо + Купи новый стол из Икеи. 24 бакса с металлическими ножками. Таки дорого Пронзительно задвинул + /сестра таланта/(с) Спасибо отличные рассказики. этот монолог вполне в духе того театра, директор которого в сизо щас ну, который режиссер фильма Лето. фильм, кстати, отличный. только немного затянутый и нудноватый Отлично да не, писать в такой сжатой, анекдотоподобной манере - это офигительно и правильно. помню, Арлекин что-то подобное делал, лет 60 назад, под псевдонимом белорусский энергофашист Еше свежачок Белым-бело. Не видно ни фига.
Ушёл в себя. Из внутренней берлоги Смотрю, как распоясались снега, Пишу пустым надеждам эпилоги. Смакую горечь сладостной мечты, Гадаю на кофейно-чайной гуще Под буги внеземной феличиты Под возгласы метели всемогущей....
Отмщение Вспоминая то утро, я всегда начинаю с росы. Она накрыла шпалеру спелых пионов у нашего крыльца, накинув на них блеклый покров, пригасивший чудные соцветия. Но стоило солнцу коснуться этого мутного покрывала – и роса вспыхнула поддельными брильянтами....
Шел 1998 год. Та самая смутная, нервная пора, когда из кошельков людей вытравливались лишние нули. Слово, деноминация не сходило с газетных полос и телеэкранов, висело везде, в очередях у банков и в прокуренных трактирах. Тысяча старых рублей за один новый, твердый, «отяжелевший» рубль.... Кружись под ветра попурри,
Кленовый лист на ветхой крыше! /Бог с Духом вышли покурить В парадный грёз, пролётом ниже. Две точки в нервной темноте Меняют яркость состояний: — Послушай, сын, а где отец? — Неуловим. Непостоянен.../ Сожги в последнем танце сна Воспоминания о лете, Вспорхни направо, где весна Кромсает вены в туалете....
Только остывши, жирна и рыхла,
Первого Бога Земля родила. Там, где, поверхность пробив напролом, Встанут Тибетские горы потом, – Там он стоял средь камней и следов – Оттисков многих коленей и лбов. Свет от востока отбрасывал тьму.... |


