к одной богатой вдове посватался рыбак...

Автор: отец Онаний Написано Ложной Лисичкой по моей просьбе, я лишь идейный вдохновитель.

К одной богатой вдове посватался рыбак.
Звали его Эстебан и был он хорош собой. Как у всех моряков, за исключением Бледного Мануэля, кожа его была коричневой и задубевшей от многолетнего загара и соли. Такой, что татуировки , покрывавшие все его тело, были едва различимы. Пышногрудые русалки, якоря, корабли и лодки, сундуки с несметными богатствами и беззубые черепа сплетались в чёрную вязь на сильных руках. И только глаза выделялись на этом красивом лице, серебристые, как дохлые рыбки, оставшиеся на берегу после отлива.
Эстебан появился в селении из ниоткуда. Ни один корабль, ни одна лодка не причалили в тот вечер к берегу. Чуть прихрамывая, дошел он до заведения доньи Соледад. Селение было небольшим, потому «Nina del demonio” процветало. Здесь нельзя было встретить почтенную матрону с дочерьми, зашедшую выпить прохладного лимонада. Приличным женщинам и в голову бы не пришло зайти сюда. А уж дочери были бы биты мокрым полотенцем по ногам за один взгляд в сторону « Чертовой куклы». Однако, для мужчин здесь был рай. Девчушки, тощие, как драные кошки, готовы были подняться наверх с любым стариком, лишь бы получить свои 5 песо. Старики были даже лучше, им хватало поцелуя в заметную лысину и посидеть на коленках. Алкоголь лился рекой, плотный сигарный дым оседал на вечно закрытых шторах, впитываясь в них тяжелым зловонием. Небольшой оркестрик играл, если не было в тот день свадьбы или похорон. На заднем дворе по средам проводились петушиные бои. Девицы « Чертовой куклы» любили среды, почти как выходной.
Донья Соледад была приличной женщиной, хоть и управляла всем этим безобразием. Ее муж, Хорхе, светлая ему память, умер на одной из девчушек заведения, нанимая ее на работу. Похороны были пышные, с оркестром. На четвертый день траура Соледад вошла в «Куклу» и взялась за работу. Для спасения души и репутации жертвовала церкви и исповедовалась каждую неделю.
Взгляд вдовы скользнул по выцветшим на солнце , промокшим волосам гостя, встретился с холодным взглядом серебряных рыбок.
-Можно ли у Вас остановиться, донья?
Сердце Соледад дрогнуло и пока девицы вцеплялись друг другу в волосы, кому достанется такой красавчик, твердой рукой дала ему ключ от своей комнаты.
Что уж там было- неизвестно, только вскорости веселая вдовица готовилась к свадьбе.
В день свадьбы весь поселок был в предвкушении. Наряжались и собирались все, нечасто такое событие бывает. Девицы страдали что такой молодой и красивый рыбак, достается несомненно достойной, но все же взрослой женщине. « Жабе»- добавляли они про себя завистливо.
Во время церемонии шепоток пошел по толпе: «Русалку поймали». Все ринулись к берегу, где Бледный Мануэль и Габриэль, разводя руки на ширине плеч и рисуя перед шерстяными торсами полусферы, хвастались уловом, поглядывая за спину, где стояла лодка.
-Вот такая. В сети попалась. Еле вытащили.
-Смотрим , сиськи. Думали утопленница, а она Габи хрясь хвостом по морде.
-И поет... А морда что, пройдет морда. Что я хвостами по морде не получал? От Сары чуть не каждый день получаю- оправдывался Габриэль.
В лодке лежала русалка, красивая, немного пахнущая рыбой, поблескивала серебристой чешуей. Русалка задыхалась, но добытчикам некогда было наблюдать за ней, они мечтали.
-Отвезем на ярмарку, там цыгане сейчас. У них и бородатая женщина есть , и мужчина-змея, и предсказательница погоды. За русалку нам столько денег отвалят, что сразу и дом побелить можно будет, и лодку побольше купить.
-И Саре платье... и аккордеон.
Только молодой жених видел мучения русалки. Бросился он из толпы к лодке, оттолкнулся и погреб подальше от берега.
Орали незадачливые рыбаки, охала толпа, невеста металась по берегу. Только чужеземец уплывал с дивом- дивным все дальше. Выпустил Эстебан русалку, как глубина пошла. Все же девушка, хоть и рыба. А она плюх! и не уплывает. Виснет на лодке, посвежела в воде, серебром блестит, глазками играет, поет.
До вечера сидел Эстебан в лодке. Уж и народ разошелся, чего там смотреть, сидит и сидит, как пень. Соледад с проклятьями ушла в «Чертову куклу». А эти двое все сидят и смотрят друг на друга. То она ему песенку споет, то он ей протяжную береговую песню заведет. И никак друг от друга не оторваться.
Решился Эстебан и бултых в воду, только круги по воде, как и не было его.
Про него вспоминают иногда, девушки в основном. Но донья Соледад их за это штрафует.