|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
За жизнь:: - Не входить
Не входитьАвтор: Серафим Введенский Начну вот так: лежу в больнице.Анамнез на второй странице, по факту мне неведом и форзац. Кругом страдание и стоны, как скрип из жерла патефона. В окне маячит летняя гроза. В дверях сестра с тарелкой супа, назвать едой довольно глупо, в стакане жижа, говорят компот. Бездушный кафель, холод красок. Медперсонал в объятье масок, не различим в движенье рот. Все потолки наводят смуту, санузел чествует Малюту, иначе объяснить я не берусь. В просторных, длинных коридорах обрывки жизни, смерти, споров; в глазах больных – святая Русь. Так оторопь берет под руку судьбу и с ней наводит скуку и получается в итоге холодок, что по спине бежит как скорый, огромный мир течёт за шторой, и прячется от страха между строк. Но вот меня зовут на выход, есть шанс на вдох, есть шанс на выдох, а, значит, есть возможность жить. Какое небо голубое, и жизнь понятно – что такое. Без масок и перчаток не входить. Теги: ![]() 8
Комментарии
#0 02:17 12-08-2020дядяКоля
"в объятье" - ??? Выздоравливай, Виталик. + День Пациента на Литпром + День Пациента на Литпром + какое небо голубое, мы не сторонники разбоя выздоравливай. Хорошо. Выздороветь и забыть. Хорошо. Выздороветь и забыть. Спасибо. Еше свежачок Там, где еще (плачь, капитан, плачь…)
Не о ком будет плакать. (Варя Нау. 2013 г.) таскаю каштаны из детства твоего алиса моя с чёрным мраморным сердцем (Авось. 10.10.26 г.) *** А первый снег, что прошлых неудач мгновения, — бессилен, безнадёжен.... Не приближай последнее сиянье, -
за ним — простая серая зола. Искрящийся рассвет существованья, после заката будет только мгла. За горизонтом гулкой тишины, где нет ни слёз, ни празднеств, ни признаний всё станет белым айсбергом волны безбрежных сфер космических скитаний....
Гудил Иванович входил в учебную комнату так, как входит запах в запертый погреб — не постучавшись, не спросясь, заполняя собою всякую щель, всякую пустоту, всякую детскую надежду на урок арифметики вместо урока войны. Обоняние, самое древнее из чувств человеческих, минующее рассудок и падающее сразу в подвалы памяти, безошибочно докладывало классу: недавно, совсем недавно, варил этот человек нечто, чему нет названия ни в одном кулинарном трактате мира, — варево, замешанное на дегте, лавровом листе, ...
Часть-1
Гудил Иванович, сей любомудрый муж, кахетинец чистокровный, из тех, про кого в наших краях молвят: «человек с головой, а шапка сама найдётся», — был фронтовиком Великой Отечественной. В школе он учил детей русскому языку вовсе не оттого, что кончал какой-нибудь педагогический или самоучкой глотал филологические науки.... Весь мир вокруг казался ненастоящим. Придуманным. Как будто его нарисовал Дали, или, даже хуже, Малевич. А потом ещё плюнул и растер рукавом. Так рождаются шедевры. Когда мимо шли люди, спотыкаясь о широко вытянутые ноги спящего на скамейке человека, ноги эти самопроизвольно дёргались, а тело при этом оставалось статичным.... |

