Последняя роль Вулканова

Автор: Эдуард Жопов Осмотрев 3 «Г» взглядом игривой лани, красивая учительница сказала:

- Дети, принесете на следующий урок любимую игрушку. Вы о ней расскажете классу.

Оживился 3 «Г». В просторной классной комнате посветлело от детских улыбок. Только Петька Мормонов не улыбался…

Без энтузиазма перепрыгнув лужу, Петька вошел во двор родной коммуналки. У подъезда на трухлявом пеньке примостился седовласый дворник Иван Карлович Вулканов: с улыбкой мартовского кота судорожно менял прутья в метле. Когда-то Иван Карлович был главным актером Михайловского театра, но с приходом власти большевиков занялся куда более полезным трудом.

- Петька! Почему темнее тучи? – спросил Вулканов.

- В школе сказали игрушку принеси, а у меня нет игрушек. Вся игра – бить палкой крапиву. Бедно живем, - сказал насупившись Петька.

- Не бедно, а честно, - сказал с улыбкой Вулканов. – Я тебе, Петенька, помогу. Слышал ли ты о кибернетике?

***

На следующий день учащиеся 3 «Г» принесли в школу игрушки. Кто-то разноцветную юлу, другой – коричневого плюшевого мишку, а кто-то и гипсовый бюстик товарища Ежова. Последним в кабинет пробрался Петька: вел на тоненькой веревочке одетого в черный фрак Вулканова. Лицо дворника было каменным, словно он спит в холодной кровати, а движения были резанными, фрагментарными.

Увидев Вулканова, дети рассмеялись. Петька же был серьезен.

- Мормонов, это что такое? – спросила с негодованием учительница.

- Кибернетический организм. Отцу с колчаковский фронтов достался, - ответил уверенно Петька.

Вулканов стал фрагментарно двигаться, обрывисто корчить смешные рожицы, впрочем увидев испуганные учительские глаза, успокоился, даже покрылся легкой красной дымкой.

Школьники смеялись. А учительница отвела взгляд в сторону, выдержала паузу и сдерживая слезы сказала:

- Вот так, дети, и растет в пионерских рядах жгучее предательство. У тебя, Мормонов, недостатки в классовой борьбе. Выйди из класса и больше не приводи этот организм.

Петька раскраснелся, спешно вывел Вулканова, который пристально смотрел в изможденное юношеское учительское лицо. Еще секунду и оно стало уверенным, коммунистическим, беспощадным. Настоящая комсомолка. Строгость и дело партии.

- Вы чего плачете? – спросил Петька в коридоре у Вулканова, но тот отмахнулся, сказал, что время мести улицу.

А учительница продолжила вести урок. Ее движения и слова отдавали заветами Ильича. И только двое могли знать, что в Вулканове она узнала врага народа и приговоренного к высшей мере наказания своего отца-белогвардейца…

Капри, 1932 г.