[ принято к публикации 07:46 27-06-2023 | Гудвин | Просмотров: 581]
...когда ядерно ебануло по матушке-Земле, было настолько весело, что попередохли все позвоночные. насекомые, раки, и пауки выжили, и, потирая лапки и скрипя хилицерами, радовались жизни, занимая опустошённые ниши, и яростно росли. теперь красавцы-монстры были везде. я один из них. и был когда-то человеком.
теперь я паукообразное. и я сознательно переделал своё тело в угоду спятившей природе-матушке. но вот только уйти ли мне за ними? с ними? нихуя не уйду.
я решил это давно - нет. кем бы я не стал. считайте это предательством в отношении приобретённого мною вида, но могу смертельно соперничать с теми, кто дал мне жизнь.
люди стали столь мягки, столь уязвимы, что даже не нужно усилий с нашей стороны, чтобы их истребить. будучи когда-то человеком, я искренне старался развить это сообщество, и у меня получалось. прекрасные результаты: бесконечная энергия, атомарная репликация, варп-движители, и многое другое полезное..
где это всё теперь? да в пизде!
люди ютятся в пещерах, изобретают рычаги и колёса, бродя по останкам зданий, и выкапывая ценные предметы, не находя в них ценности. много веков минует с той поры,пока люди додумаются до двигателей внутреннего сгорания.до атома. до нейтрино.
так было раньше, так станет сейчас, и так будет снова.
бог, либо ты идиот, либо ты ссыкло позорное.
отпусти людей, пусть дрочат как хотят. а я сейчас спарюсь, и во время копуляции, моя дама сердца откусит мне голову, и я буду счастлив, что не увижу своих зловредных спиногрызов, которые съедят свою собственную мать.
слава эволюции!
В сентябре позвоночник лета всё ещё не трухляв. Забинтован паутинками, мимикой солнца, о́сами, что ломтик арбуза жва́лами на столе распяв, заплетают время последними сенокосами. Ветер тёплый, но к вечеру серп луны вскроет вены реки - потекут туманы....
1. Жил старик со своею старухой у серозеленого моря, старик коптил местные шпроты, старуха писала доносы Хоннеккеру на соседей, но Эрих сменился на Коля, Шрёдер послал её нафиг, а старый отправился к Тору, и только сигналы на пирсах - издревле зелёный и красный - вспыхивают, как стемнеет, для всех кораблей в Варнемюнде....
В том сражении, когда лазурь небесная почернела до тона воронова крыла, а перья стрел затмили солнце, ядовитое жало, смазанное черным соком белены и дурмана, коснулось его правого ока. Смерть, стоявшая рядом в ливрее из умбры и тени, уже простирала костлявую длань, но эта упрямая акварелистка –жизнь, не отпустила кисть....
