Алекс

Автор: Сказочник Емеля «Алекс» был контрактником из Москвы. Когда я с ним познакомился, его контракт уже закончился 4 месяца назад. Однако, в силу каких-то причин домой он не возвращался. Спрашиваю: ««Алекс», а как ты живешь?». «А, – машет рукой, – Армия прокормит!» – и смеётся! Он из того полка, который размотали под Кременной. «Алекс» – водитель у батовских медиков. Хотя как водитель? Дежурит на нуле по графику вместе со всеми. Плюс водитель. Медики на фронте как-то быстро заканчиваются, вот и приходится делать всё.
Он спокойный, с юморком и, по-моему, ничего не боится. За свой характер прирождённого командира его постоянно хотят сделать старшим, а он не хочет. Я думаю, что ему и так хватает ответственности за других, к чему ему ещё отвечать за дураков. В штабе, где мы сидим и ждём вызова на эвакуацию, он со всеми на равных. Каждого из них он регулярно возит на позиции, это риск, но пока все живы. Борода и назревающая залысина, если его побрить, он, наверное, гораздо моложе меня.
Мне он начал доверять после того, как я поехал с ним туда, где очень опасно. Он долго не хотел меня брать, но я сказал, что нельзя туда отпускать человека одного – это подло. Медики – это ещё и машина по вызову. Блин, а кого ещё послать? Все же так заняты!
Был случай. «Алекс» с ещё одним медиком дежурили на «Сирени», и тут обстрел, всё грохочет и шатается. Парень давай метаться по блиндажу как загнанная крыса, истерит. «Алекс» его поймал за грудки и говорит: «Смотри мне в глаза, смотри мне в глаза. Вот когда ты в них увидишь страх, вот тогда нам пипец». Парень сразу успокоился. Я долго ржал над этой историей и время от времени подкалывал «Алекса».
Я прихожу к нему на хозяйство в 18.45. У нас эвакуация с 19.00 до 7.00, но я по занудной привычке прихожу заранее. «Алекс» спит, я понимаю, что он промотался весь день и устал, понимаю, потому что тоже не сидел без дела. И именно поэтому мне его и жалко будить. Остальные боятся и предлагают мне чай. Ставлю автомат и 10 минут пью чай и слушаю новости. Медики мобильны и знают кучу всего. В 18.55 иду будить «Алекса». Спит он крепко и никогда не понимает, где он сейчас. Объясняю. Встаёт и одевается. Мы едем в штаб, чтобы начать дежурство.
Он научил меня всегда договариваться заранее о том, кто и что делает. Кто открывает дверь и выбегает наружу, кто открывает задние двери и принимает внутри. Чаще всего нас ждут ребята и помогают грузить раненых, но каждая секунда дорога, а люди и обстоятельства всегда разные, и лучше всё обсудить заранее. Едем молча, водителю во время движения не мешать. Можно в эти минуты хорошенько помолиться, что я всегда и делаю. Едем как в последний раз, никто не знает, да и что об этом говорить? И водитель всегда, всегда должен быть в машине. Поэтому эвакуация и производится втроём.
«Алекс» никогда не бросит и не уедет один. Но лучше ему не выходить, а то были случаи, когда мы работали двое, но лучше мне их не вспоминать. «Алекс» всегда скажет, когда можно зажигать красные лампочки в салоне. Сразу свет зажигать нельзя, и я привык работать наощупь. Но как я должен на ходу в темноте набирать шприц, ёкрн? Или если он недавно ранен и весь в крови? А «Алекс» ещё меня ругает, что я работаю без медицинских перчаток, я же в них не чувствую кровь! Тут много всего, на целую методичку.
Ладно, всё нормально, выехали, осмотрелись. ««Алекс», их надо сразу в Лисик, тяжёлые, не довезём». В Лисик дальше и дольше, а там могут быть и ещё раненые, но нужно спасти тех, кому повезло. Война.
Нужно понимать работу водителя. Он всегда должен быть готов. Он слушает выходы и прилёты и их оценивает. Он замечает всё, что летает и, соответственно, несёт нам угрозу. Во время миномётного обстрела, когда берут в «коробочку», нужно вовремя притормозить или разогнаться на «буханке». Да чёрт его знает, что ещё нужно. И помнить, что ты везёшь людей, а не один. И главное не забывать бояться! Мой друг «Золотой» перестал боятся, и он 200. Где эта грань? Через чёртову пропасть времени где грань между страхом и не страхом? У «Алекса» она есть, и он крут. А ещё у него есть сигареты и часто российские. ««Алекс», дай закурить, я опять все свои выкурил.»
Когда он меня вёз в госпиталь, он мне сказал: ««Умка», чтобы я тебя больше не видел!»
Спасибо, «Алекс», лучшего пожелания и придумать нельзя!
Прощаться не будем.