Борз

Автор: Сказочник Емеля Солдатом быть непросто, а командовать людьми на войне – и того хуже. С этой ротой на позиции мы заходили вместе, и поэтому всё, что на нас пришлось в тот момент, нам всем было одинаково понятно. Я к чему. В тот первый, нехороший оборот, мы попали вместе, но их командир решил для себя, что он не вправе положить своих людей, и отвёл свою роту в тыл. Я видел его глаза в тот момент, они проходили через нас, в них не было страха, была просто беспредельная усталость. Они ушли, а мы остались. Конечно, его сняли, отправили в «шторма», но к его роте мы не испытывали какой-то ненависти. Всякое бывает. Нам самим тогда было очень страшно, мы все были ещё очень не обстрелянные. Не простил их, наверное, только «Старый», он был очень прямой человек. Да и он очень хорошо понимал, чем это грозило нам, его роте. Всё это плохо подействовало на ту роту, и еще фельдшер у них куда-то делся. Короче, люди сломались.
«Борз» был простым старшиной. Чтобы вы понимали, его дело хозяйственное: БК, провиант, снаряжение, снабжение – вот сфера его деятельности. Да и возраст у «Борза» был невеликий. Но ему пришлось стать и ротным, и старшиной в одном лице. Добавьте к этому должность замполя. Первый раз, когда я его увидел в штабе, мне стало смешно. «Борз» был без головного убора, в чёрной безрукавке (мне тогда казалось это таким важным), и позывной у него такой борзый – «Борз». Короче, вылитый понторез. На совещании он говорил уверенно, со знанием местности и обстановки. Да и обязательства он на своих брал нехилые. Хотя никто не возражал, позор нужно было смывать.
На тот момент его люди погрузились в пьянство, и кто был на позициях, кто где – непонятно. Он собрал всех в одном месте, все хозяйства. Так было правильно, все на глазах. Жили они рядом с нами, и всё, что происходило, мы наблюдали воочию. «Старый», мне, как фельдшеру, запретил у них даже появляться. Но «Багира», тайком, просила меня за ними приглядывать, что я и делал. Наверное, правильно, нельзя бросать своих в беде. Хотя поначалу ребята не очень-то мне доверяли. Тяжело им было, большинство опасных заданий выпадало на их плечи. Но со временем они бросили пить, да и воевать начали нехило. Все дни рождения у них отмечались. «Борз» всегда старался добыть по такому случаю какие-нибудь ништяки. К тому времени «Борз» с нашим «Старым» уже сдружились, да и мы с «Белкой» часто к ним заходили. А как иначе: полк один, позиции и работа тоже общие. Так что «Борз» поднял свою роту и был там на всех должностях. Даже по поводу оформления всяких там бумаг мы бегали к ним списывать и делать по образцу.
Конечно, «Борз» был выпендрёжник, но мы с ним нормально так общались. Даже голос у него в такие моменты менялся. Мечтали вернуться домой и попить нормально пива в баре. Толковый и грамотный командир, он потом и под Бахмутом был таким, и под Соледаром. Вечно на приколе. Никогда не унывал. Столько всего о нём хотелось сказать тёплого, хорошего...
Снесло ему нижнюю часть лица. Остались лоб и глаза. Думали, выживет, но умер в госпитале. А я ему вот только написал, но уже поздно…