Круг

Автор: Дмитрий Полосков Сегодня прошёл ещё один рабочий день. Этот день получился весьма удачным. Всё сложилось, дела были сделаны, и Митра возвращался с работы домой. Пару недель назад в это время было темно, а сейчас он надел солнцезащитные очки, потому что солнце ярко светило в лобовое стекло. Дорога была сухая, а по краям возвышались горы снега, напоминающие о прошедшей снежной зиме. Через приоткрытое водительское окно пахло весной. И окружающий вокруг мир, подсвеченный весенним вечерним солнцем, вызывал чувство любви. Не зря говорят про весну — время любви. Митра наслаждался сейчас этой любовью.

Казалось бы, откуда ему взяться, чувству любви? В круговороте дней: дом — работа — дом. Улицы, высокие дома, тротуары в сугробах. Люди. Машины. Асфальт. Но… Вот он, запах весны, и всё преображается. И вот ты уже увидел небо. Солнце. И всё оживает, просыпается. Это магия. Это чувство любви.

Дома, как обычно, его встречала хаски, что-то рассказывая на своём собачьем языке, виляя хвостом. В этой породе все говорливые… Как и две предыдущие прогулки назад, Митра взял лыжи, и поспешил в поле, которое хранило огромное количество снега рядом с домом. До того, как солнце сядет, оставалось меньше часа, нужно было не упустить этот шанс: сегодня — вновь катить, катить, катить по снегу.

Собака искала мышей в центре поля, а Митра катал по километровому кругу, не торопясь выкатывая в мягкой, сырой лыжне. Над ним — две параллели ЛЭП, на которые опускалось солнце, заливая горизонт красно-оранжевым, что рисовало потрясающую картину. Сочетание неподходящих по сути вещей, где с одной стороны красивый закат, а с другой стороны размашистые металлические опоры ЛЭП, упирающиеся в этот яркий закат, — создавали неповторимый образ, какую-то философию жизни. Природа и технологии. Или так: могущество природы и изобретения человека.

В этом ярком, как вспышка, образе, в этом настроении весны, Митра размышлял, что есть настоящая любовь? Окунувшись в разбор отношений со своей любимой девушкой, где было всё: и взаимная любовь, и предательство с обеих сторон, и взрывы эмоций, и столкновения характеров, расставание и примирение, вновь расставание и вновь примирение: «Где здесь любовь? Это ли та самая любовь?» В одном он был уверен точно, что всё это было по-настоящему.

«Если это настоящая любовь, то, может и не нужна она, такая любовь? Получается какой-то замкнутый круг: без любви плохо, тебя разрывает на части от душевных страданий, и с ней тоже — то падаешь, то поднимаешься, собирая в кучу остатки разума». В этот момент Митра сделал сильный толчок палками на эмоциях, и подтаявший за день наст не удержал их на поверхности: палки провалились до середины, вглубь снега, чуть не уронив лыжника. «Ох ты… Да, как в омут с головой. И всё равно не могу я без неё. Аааа!» — на минуту остановился прокричаться Митра.

Выпустив пар, Митра продолжил методично шелестеть по мокрому, снежному фирну. «Нужна, конечно, нужна. Нужна любовь во всех её проявлениях. Сегодня мы радуемся, завтра мы грустим — в этом тоже есть смысл. Мы привязываемся, ревнуем, восхищаемся. Это и есть любовь. Но как же быть с предательством? Всё сложно и одновременно просто. Простить. Не на словах. По-настоящему простить, и тогда, возможно, уцелеешь. Я сделал это». Солнце незаметно село.

Стемнело. Все воспоминания стихли, и образы погасли вместе с заходом солнца. И лишь километровый лыжный круг, аккуратно накатанный в поле, напоминал о сильной любви. О сильной любви к лыжам. Такая любовь никогда не предаст. Никогда не сделает больно. Если только снег не исчезнет навсегда.