АККУЛЬТИСТ-3

Автор: 158advocate Шмыгался наш Аккультист, шмыгался, и заторчал. А хули? Чудес не бывает. Год торчит, два торчит. Однако, чтоб там вещи какие из дому пиздить, или у друзей крысятничать, такого- ни-ни. Помню, что своего бывшего лучшего друга я дальше входной двери не пускал. Потому как знал - не искушай ближнего своего, а торчка – тем более. Деньги я ему давал, в бессрочный долг, потому как помнил, что он, хоть и бывший, но друг, и в своё время меня крепко выручал. А Аккультист дело другое - ему полное доверие было, этот и спички без спроса не возьмёт.
Только вот какое дело, героиновая зависимость прекрасно переносится организмом лишь в одном случае- если геры до хуя в любое время. А вот если геры нет, только тогда наступает эта самая ебучая ломка, о которой так долго и нудно бубнят врачи. Какая уже говорил, родители у Аккультиста были люди довольно состоятельные, сын он у них единственный и горячо любимый. Отказа он практически не знал ни в чём - бабки у него были всегда. Немного, потому что он отродясь не работал больше месяца на паре каких- то работ, и родители справедливо считали, что в 23 года, если мальчик не учится, то он должен найти себе работу. Однако на мелкие, как они думали, расходы деньги ему давали. Каждый день. Это давало Аккультисту возможность безболезненно встречать день грядущий с уверенностью в том, что он, скинувшись с ещё тремя соседями по дому возьмут грамм, а то и поболее, восхитительного небодяженого героина (в то время в Москве ещё так не бодяжили, как сейчас). Однако, время шло, и доза стала увеличиваться. Сами понимаете - дело такое. Карманных денег Аккультисту стало катастрофически не хватать. Его стали раскумаривать практически на халяву, или в обмен на то, что он предоставлял хату для того чтобы нормально, без стремаков культурно втереться, в чистой ванной комнате, пока родители на работе. Аккультистовы родители жили не бедно, и ушлые соседи- торчки смекнули, что могут поиметь на Аккультисте, в один прекрасный день, на его вопрос "Есть чё?" заявили, что "Есть, но тока на продажу. Ты же понимаешь." Когда он поделился с ними, что денег у него собственно особо нет ему сказали "Найди". Сначала он одалживался по знакомым, пытался урезать дозу (что, впрочем, не выходило), продавал свои диски, шмотки, книги. Пытался даже найти работу. Но торч и работа – очень редкое сочетание. Денег не хватало катастрофически. Оставалось только два выхода: воровать или выносить родительские вещи. Аккультист нашёл третий выход.
Аккультист всегда был застенчивым. Иногда его застенчивость граничила с патологией. Что, впрочем, не мешало ему быть остроумным и циничным. И лишь под наркотиками он превращался в развязанного, компанейского парня. Из-за этой самой патологичной застенчивости с девушками у него, прямо скажем было не густо. Самого Аккультиста это не очень беспокоило, т.к. с позднего детства был завзятым онанистом, и проблему отсутствия девушек решал просто. Тем паче, что героин не терпит конкурентов, в виде девушек, на которых надо тратить деньги и время. Однако это беспокоило его родителей: «Парень то взрослый совсем, а всё время один, или с ребятами. Не из «этих» ли он, не дай Бог?». Откуда родителям было знать, что сын их не из «этих», а совсем уже из «вот этих». Словом, существовала вялая обеспокоенность родителей отсутствием у Аккультиста постоянной, подруги(они, как люди своего времени непостоянство отвергали). И вот свершилось! Аккуультист, розовощёкий(после вмазки) и счастливый (ясное дело!) подошёл к папе и сказал:
- Папа, я познокомился с девушкой…
- ?
- …И пригласил её в кино…
- ???
- …А потом мы хотим пойти в кафе…
- !?!
- …Мне нужны деньги…
Вот так всё и было. На радостях папа выдал Аккультисту приличную сумму, которая была предусмотрительно растянута на несколько дней. Дальше папа спонсировал визиты сына и его спутницы на дискотеки, рестораны, дома отдыха. Единственное, что смущало родителей это то, что они никогда не видели избранницу сына. Более того, она никогда, почему- то не звонила по телефону. Аккультист смущённо пояснял, что она девушка робкая, и застенчивая. Так продолжалось несколько месяцев, пока Аккультист не бросил её, ради другой. Всё началось по новой. Затем ещё раз по новой.
С некоторого времени, здороваясь с мамой Аккультиста, я стал замечать, что мама стала о ч е н ь с т р а н н о на меня смотреть, и все разговоры неизменно сводила к тому, как у меня с работой, хватает ли мне зарплаты, потому как жизнь теперь о ч е н ь дорогая. Причину столь пристального внимания я узнал через лишь несколько лет, о ней мне рассказал сам Аккультист. Оказалось, что этот, вконец обнаглевший от вседозволенности, мерзавец начал рассказывать маме с папой, что теперь ему требуется значительно больше денег, так как у меня денег нет, по причине безработицы, и он, из сострадания и душевной щедрости всюду берёт меня с собой- в бары, рестораны, клубы. И ещё, часто с нами ходит моя девушка. Тоже, разумеется за его счёт. Когда я это услышал, то пришёл в состояния полного ступора. «Так вот оно что! Ах ты, сука, пидор, торчок ёбанный!… Да я тебя!.. Да я тебе!…» Словом, мне до сих пор стыдно смотреть его маме в глаза.
Однако время шло, и рука дающего папы скудела. Он резонно объяснял Аккультисту, что в его возрасте на девушек пристало зарабатывать самому. Потом его пару раз застукали в полной невменяйке, потом пятое, потом десятое… Словом лафа кончилась. Наступили ломки. Соседи- торчки резко повысили цены на героин, на который и так не было денег. Ему предложили идти «работать»- «дёргать циферы» из машин. Он отказался. Ему предложили барыжить. Он отказался. Он сказал, что хочет слезть, и попросил продать ему трамал, что бы «слезть». Ему предложили идти на хуй. Он пришёл ко мне.
Описывать героиновую ломку Аккультиста я не стану- описаний таких сотни, это пошло и банально. Зрелище, разумеется, непристойное и отталкивающее. Однако, по запавшим глазам Аккультиста и зелёному цвету его лица я понял, что настроен он серьёзно. Наконец его стало крутить так сильно, что он сказал: «Всё, пиздец, не могу больше. Или трамал нужен, или обратно всё по новой. Я не выдержу». Трамал, как и герман, вырубался на Лубянке, у старух или барыг. Сам Аккультист сделать этого по ряду причин не мог. Я отказался наотрез, т. к. место было насквозь пропаленное, и меня совершенно не прельщала перспектива общения с операми в отделе. Я предложил раздобыть трамал максимально легальным путём - купить его в аптеке. «Слушай, ну неужели не продадут, если сказать, например «без сдачи»? Продадут, хули тут думать». И мы пошли.
Аккультиста я оставил перед аптекой, дабы его вид не компрометировал меня, а сам, нацепив для важности очки встал в очередь. На улице стояла лютая московская зима. Люди стояли в очереди в шубах и дублёнках. В аптеке было тепло. Можно даже сказать жарко. Очередь практически не двигалась. Люди стояли, и им было душно и жарко. Единственная аптекарша за стеклом бегала от окошечка к ящичкам, от ящичков к холодильнику с лекарствами, потом снова к ящичкам, потом снова к окошку. Очередь глухо роптала. В мыслях своих я уже представлял наш, с аптекаршей диалог:
- Здравствуйте, мне трамалу. Две пачки.
- Рецепт.
- Э… Видите ли…
- Без рецепта не отпускаем. Следующий!»
«Нда, хуйня полная… И народу до хуя - не предложишь ей сверху… Хуйня, короче»- думал я, ободрительно кивая умирающему от кумара и мороза Аккультисту. Очередь медленно, но неумолимо продвигалась вперёд. Передо мной осталась стоять розовощёкая тётка, в шубе из нутрии, за мной- человек тридцать потных, раздражённых долгим стоянием, возвращающихся с работы людей.
- Вам? – спросила аптекарша тётку в нутриевой шубе
Тётка назвала какое- то мудреное название, и аптекарша, поразмыслив скрылась в подсобке. Не было её долго. Настолько долго, что мне захотелось ссать, а люди в очереди стали громко возмущаться подобным обслуживанием. Наконец аптекарша вернулась, и на неё обрушился град упрёков, сто мол люди после работы, а она … И т. д. и т. п. Аптекарша тоже не осталась в долгу, и объяснила очереди, на весьма повышенных тонах, что ходила за этим лекарством на склад, и что мало приятного иметь в покупателях таких некультурных и не выдержанных людей как они. Тётка в шубе, тем временем расплачивалась и запихивала в сумку коробки с лекарствами.
- Вам?
В этот момент я понял, что это был вопрос ко мне, и неожиданно наглым голосом сказал:
- Трамалу, пожалуйста. Две пачки.
К моему несказанному удивлению аптекарша направилась к ящичкам, и начала в них рыться. Достав две упаковки она назвала мне сумму, которую я должен был уплатить. Я протянул купюру. В этот момент она вскинула на меня глаза и сказала:
- А рецепт ваш где? Чего то я рецепта не вижу.
Тошнота подкатила у меня к горлу, а яйца сжались в комок. Я почувствовал себя игроком в автомате «Весёлый подъёмный кран», где с помощью двух кнопок ты, управляя захватом пытаешься отправить в лоток мягкую игрушку. И тут, охуевая от звуков своего голоса, я спокойно сказал:
- Так я же вам его отдал.
Аптекарша принялась разглядывать рецепты, по очереди, лежащие густым слоем у неё на столе.
- Не вижу чего то… А вы точно мне его отдали? – с подозрением в голосе спросила она.
- Что значит точно, простите? Разумеется отдал. Вот, хоть у людей спросите… – всё тем же не своим, неестественно спокойным, голосом сказал я.
- Да в конце концов, долго это будет продолжатся? Вы работаете, или что? Что за безответственность такая? Ну- ка, позовите заведующую! - закричала очередь.
Аптекарша, красная от раздражения, пробила чек, и вручила мне две пачки трамала и сдачу.
- Знаете, я вот подумал, раз уж деньги остаются, пробейте мне ещё две пачки…

Когда я вышел на мороз, с четырьмя упаковками трамала, то чувствовал себя, по меньшей мере Вольфом Мессингом, совершившем мошенничество в особо крупных размеров.
Вместо эпилога скажу лишь, что Аккультист, благополучно снялся, и больше никогда не торчал.

P.S. Другие истории Аккультиста:

АККУЛЬТИСТ
AККУЛЬТИСТ - 2
ЕБАНУТЫЕ ЛЮДИ