Х (cenzored)

Лишь безумие одной капли крови,
Контуры резкие могучих стрел
И не кричать от гнетущей боли
Убогими позами мертвых тел.
Видеть не первые звезды погасшие,
Видеть последнее небо угрюмое,
Мерзкими ликами из тени восставшими,
Тишиною забытою желтизною олуненой....

Тебя я помню постоянно
И вспоминаю я твой взгляд,
Твой взор широкий и лучистый
И бездну светлых твоих глаз.
Я часто думаю о нас.
В своих мечтах стою с тобою
На гребне радужной волны..
В эти моменты понимаю,
Что рядом быть не могли

Я научился не бояться
Не думать, не мечтать, не ждать
Лишь вспоминаю те моменты,
Где радость посетила нас
И вспоминаю те мгновенья,
Которые провел с тобой
Я берегу их в своем сердце
И думаю порой о нас....

девачко в проводах
па улицы идёд
она не слышит — бах!!
падает сверху лёд

она не слышишт как
трескается земля
в нежных ушах иё
тра ля ля ля ля ля

девачко в проводах
по городу идёт
она не слышит как
серце моё поёт

она не слышит как
я ей кричу Привет!...

Я так и не сумел принять урок,
Урок не первый, ведь давно в пути.
Солнце с запада приплыло на восток,
А я последний раз мечтаю о любви.

Я пережил дождливую погоду,
А как бы мне еще ускорить время?
Чтоб слезы обратились в воду,
И проросло любви не брошенное семя....

Плевал я на вашу трагедию
И вонь одураченных масс,
Довольно ломать комедию,
Будто жизнь обманула вас!
Вы сами во всём виноваты,
От жизни не брали сполна,
Слепой неудачи солдаты
И серости нищей волна!
Я вас ненавижу до жути,
До колик и пены у рта,
И всей вашей пакостной сути
Давно проржавели борта!...

Я не сплю. Темнота в моей комнате.
Тишина, только тикают ходики,
Замедляя сознанье; по капельке
Доят время из вымени вечности.

Под закрытыми веками прыгают
Капли света и чертик на ниточке.
Я смотрю, как вплетаются бусинки
В несуразный узор повседневности....

Не обустроить жизни днище, семи ветров открыт приют,
Здесь постояльцем – каждый лишний, здесь лишних куры не клюют.
И кормчий спросит «лютеране?», а завтра двух небитых даст
За неизгнание в обмане с пометкой «зол, небрит, крикаст».
Своим краям невозвращенцы, и не отцы, и не сыны,
Потерянные недоверцы без ощущения вины....

Ты слышишь как падают листья? От этого можно оглохнуть.
Беруши навряд ли помогут: звучание здесь не при чём.
Как будто под рёбра уткнулся щемяще восторженный локоть,
И я задыхаюсь и плачу, твоё потеряв плечо.

Конечно же ты понимаешь. Не думай, что это так плохо,
Ведь ты в своё время много заумных книжек прочёл....

Вася жил в двух этажном коттедже. Комната его была на первом этаже. На втором этаже обитали его родители и сестра. Все необходимые для существования помещения кухня, туалет и ванная находились на первом этаже.
И из за того что второй этаж был для него как бы не нужен, он не задумывался, да и не горел желанием туда подниматься....

Распласталась
ровненько,
крики здесь нечаянны,
вся лихая вольница –
принимать
изволь.
Примеряли
саваны
спешно,
непокаянно –
так с асфальта лицами
забирали
боль.
Позапястно
считаны
взглядами таёжными,
в ночь бросались
раннюю –
больше не зови....

Один раз я стояла в своем подъезде и ждала лифт, рядом стоял какой-то щупловатого вида мужчина лет 50-ти, видимо, сосед с какого-то этажа. Я тогда мало знала жильцов нашего подъезда. Мужчина, чтобы завязать разговор сказал: «Какая хорошая погода, не правда ли»....

Властительные стражи облаков
Вечерним таяньем заката,
Ворвутся в дом очередного арестанта,
Уволокут без всяких слов…

С последней капелькой росы
Рассвет последний настает,
А арестант златые кудри рвет
С усталой, буйной головы…

Он мученик теперь — не пленник,
С ним гадко обойдутся на рассвете:
Извилистые, яростные плети
Вонзятся в тело и раздастся крик....

Окутал жемчугом окрестности, мороз
Деревья ветками звенят свои рассказы
И ты, любимая до колик и до слёз
Одетая лишь в часики и стразы

Я посвятил тебе свой искренний сонет
Я был с тобою, словно в состоянье грогги
Ты обещала сделать, восхитительный минет
Но сделала, увы, всего лишь ноги

И я разбит, унижен и разъят
Стакан спиртного не добавит оптимизма
Берёзы в инее, как в жемчуге стоят
А я, привычно занимаюсь онанизмом…
....

«Размышляя о времени, когда я был ребёнком, я неизменно вспоминаю маленьких пластмассовых солдатиков, которые были участниками моих детских войн».

Марш яростного боя пропели трубачи.
Смертельная атака снарядами звучит.
Игрушечные битвы, кому они нужны?...

— Вообще-то, меня зовут Ириной… — сказал Она.
- Прости, я не… — начал было оправдываться я.
- …но мои близкие друзья действительно называют меня Ириской. А ты, надеюсь, станешь мне таким! – Она чуть смущенно улыбнулась.
- А почему Ириска? Сладкая на вкус?...

…Ну, да с Ленкой, да, которая жирная немного. Вощем купили билеты на трибуну, в портере очень дорого… Стадион огромедный конечно. Вот я на Спартак ходила с Шуриком, в Лужники, здоровый стадион, а этот, мне показалось, раза в два больше. Ну вот, народу значит… Все места заняты, я тут сразу подумала – скока ж они гриней подымают, не шуточная походу цифирь....

я вывожу и выезжаю,
в трамвае
с травмами
по рельсам психики и за окном
вечерний город освещённый фонарём
горящий огонёк надежды в нём,
он тлеет озаряя,
трамвая двери, исчезая
и я уже не верю!
звери!
заплевали душу
теперь его с похмелья сушит
а я его жалею
и огонёк всё тлеет

и я в трамвае
понимаю
что не дано спасти
прости
но так хочу
отдаться сильному плечу
его огню
ведь я люблю

ну что теперь?...

Когда так скучно в настоящем,
От завтра ничего не ждешь,
Ты отключи на время «ящик»-
Без Петросяна не умрешь.

Зайди к соседу по площадке,
Бутылку, полную на треть,
От бабы дай ему украдкой,
И попроси войти с ним в Сеть.

Пусть он найдет там сайт «В контакте»,
Зарегистрирует тебя,
А ты спроси:«А поиск как тут?...

Девушки строгие секс аналитики,
Супер эксперты души.
Самые нежные добрые критики
Умные чтят типажи.

Тает минута, девчата шикарные
Планы построить спеша
На соблазнителя может коварного,
С ним убежать норовят.

Он преподносит простые решения
Нет за минуту других....

бесконечный спектакль ушёл на антракт
вечный бродяжка на крыльях стальных
качающих в такт, двадцать таких
и сотню других. слышит как псих
пораженческий стих прочёл и затих
заныло плечо и солнце в закате
вянет огурчик в старом салате
пахнет травой, в сундуке нафталин
и тут меня будит плачущий сын
занавес пал и остался лишь сплин

на сцену тут-же вышел Александр
и молвил, осушив стакан кефира
вы забодали батенька уже пол мира
своим глубоким восприятием вселенной
вы...