Все тексты

La Critica
(Третья книга казанской трилогии)

Что бы вы ни делали на сцене Карнеги-Холл,
в зале всегда найдётся несколько человек,
которые будут считать это искусством
В. Аллен

Предисловие (последняя зима)

Вы когда-нибудь стояли вблизи горящего дома?...

Неделя, братцы, началась говённо.
С утра сердечко стало барахлить,
И заводская медсестра Алёна
Дала рекомендацию: "Не пить."

Из проходной мы вышли в пол-седьмого,
И по снежку тропинкой до ларька
Шли, споря о достоинствах спиртного,
Как вдруг я брякнул: "Воздержусь пока"....

* * *
Мы тут на днях делили наш бюджет,
Но он опять сошёлся с дефицитом,
А тот, который в гараже,
А тот, который в гараже,
Вздохнув, сказал:
— Я вам не мотоцикл!
.
Опять сломали лифт на этаже,
У сыновей зачётная неделя,
А тот, который в гараже,
А тот, который в гараже,
Вздохнув, сказал:
— И бампер мне задели!...

Тихо-тихо ползи, улитка,
по склону Фудзи, вверх,
до самых высот
Кобаяси Исса


Рожденный ползать
Летать мечтает.
Тесно крыльям
В тюрьме-ракушке.

Рискуя жизнью,
Штурмует гору
Моллюск бесстрашный.

И только сверху
Гад какой-то
Бубнит в ракушку,
Саке напившись:
"Тихо-тихо ползи, улитка!...

Мы учились читать по заборам.
Уравнением трёх неизвестных,
Нам свои диктовало законы
Хулиганское жосткое детство.

Загоняли в тупик строчки улиц,
Где свои подгоняли предьявы,
Не те звёзды , к которым тянулись,
А стремленья к успехам халявным....

Смерть проведет по затылку легким пальчиком с френчем.
Проснешься и перекрестишься- пора выходить на бой.
Старые джинсы, свитер, две сигареты- больше спасаться нечем.
Остались слова, разбросанные как, в пахоту, перегной.

Марш- бросок через город осоловелых пьяниц,
Тусовщиков, двачеров, гомосексуалистов, кавайных баб....

Едва я сел посрать, как за дверью раздалось жалобное мяукание. Дотянувшись до двери я толкнул её, и впустил животное. Кот подозрительно на меня поглядывая, осторожно и плавно прошествовал к лотку, сунул жопу в опилки, опершись передними лапами на бортик лотка, и мы вместе начали тужиться....

Я вспыхну как свеча,
Сгорю дотла, и ветер
Подхватит пепел мой
И раскидает по планете…


Я хочу рассказать эту историю. Знаю, многие не поверят. Но и умолчать о ней я не имею права.


– Ты горишь – нет, ты светишься, – Костя посмотрел на женщину, лежавшую рядом с ним....

И когда сменяются краски
Неба в каждой секунде таясь
Новый миг нам дарует возможность
Улыбнуться совсем не скупясь
прокричать..
Прошептать нежно "здравстуй"
И отбросив оковы упасть
в рук твоих крепких объятья
В поцелуе с тобою пропасть,
а потом возродиться и снова
Воспарить
Да взлететь к небесам
И когда сменяются краски
Прошептать....

Иногда она подолгу молчит, а порой рассказывает мне какие-то женские, абсолютно бессмысленные истории. А я улыбаюсь, и рисую ее в потрепанном блокноте простым карандашом.

Это мой блокнот и мой набросок, поэтому я рисую так, как хочу: в моем мире ее волосы становятся в три раза длиннее и размашистыми ветвями тянутся во все углы листочка....

Мадам, Вы мне совсем не интересны,
Я срал на Вас, простите мне, мадам,
Вы трогательно спели свою песню,
Я Вам одной монетки не подам.

Чтоб Вам понять, что я не есть дурак,
Ума особого и тонкого не надо,
Мадам, на Вас я сделал пробный как
Из тесноты мирка поэта-гада....

Вернуться – повториться,
как заново родиться !?
Плацентную рубаху
На тело, одряхлевшее,
Ещё раз натянуть!?
Палач пусть матерится .
Пустой оставить плаху!?
По-новой выбрать путь!?

К своим вернуться бывшим,
Досель непрорубившим,
Что мужику положено нажраться и гульнуть !...

Поэт хороший, что боится повторений
На самом деле тряпка и тюфяк,
А тот, кто шьёт свои стихотворения
Без перебоя – графоман-мудак.
Я не люблю их, этих извращенцев,
Болезных язвами в надкушенной душе,
Для обывателей они все отщепенцы,
Как, например, военный атташе
В каком-нибудь уездном захолустном
Центрально-африканском городке....

Как ломти прошлогоднего мяса
В морозилке, оттаяли дни.
Скоро праздник, все будут смеяться,
Зажигать фейерверков огни.

Будут девушки навзничь валиться
На невинный, нетоптаный снег,
Бородатые, жадные лица
Станут драться за купленный смех....

Пятнадцатое июля 1913 года.

В Москве траур по погибшим в ДТП недалеко от города Подольск. Я много новостей нехороших вижу из России, но такие аварии за пределами моего воображения - убить восемнадцать человек и тут же засыпать их трупы и оставшихся в живых, мелкими камнями....

Пердисловие
Вгаду хдета дисятам (2010) был зокнокодь краем синива глазо
док. фильму некагда звйоззнава пиризтроичнава рипартизта нифзорава.
И,толи ад сваей адсталазти, толи ад моразма конефила-джурнолюги,
пачиснаку, был, внотури, прехуедь нах....

Я к другой от любимой ушел.
Темной ночью тропинкою топкой.
Было мне с ней потом хорошо,
С запотевшей до инея стопкой.

Проплывал там ледок по Амуру
И за сопками первый снежок,
И я рад что другая мне дура
Отдала свой тепла пирожок....

Жизнь твоя, как верёвка — длинна, проста, —
Расстояние, прожитое в котах.
В их окрасах и тонких усах,
Хвостах,
В покупных и подножных кормах,
В домах,
Где был каждый из них раскормлен и нагл, как шах.

В пух и прах разлетается память....

Огонь с конфетным привкусом прохлады.
Незавершенность позы от Тюссо.
Мазком пинонуаровой помады
винтажно рассеченное лицо.

Пластичность сфер и угловатость линий.
Печаль.
Расфокусированный взгляд.
Решительность, исполненная в глине
для лепки убегающих зайчат....

Бесстрашный Тузик грелку рвёт,
Ведь не боится,гад,он, взрыва!
Душа его давно ждала порыва,
И по сему его иное не ебёт.
Вот наиграется,устанет,
До пола высунет язык
И в сон глубокий ночь поманит,
Сосите хуй, а он к такому не привык....