пися хочет в домик

Автор: в.зеленогрский Мой товарищ позвал меня в Прагу на выходные попить, погулять в компании двух девушек — символов целой эпохи в российской традиции обольщения. Мы их звали «шпилевые» (от нем. «играть»). Они были яркие, выразительные, повидавшие жизнь, у них были лучшие кадры Москвы, Нью-Йорка и Монако. Начинали они в советское время в компании первого советского плейбоя — его звали Бабек, фигура легендарная, сын высокопоставленного иранского политэмигранта, зажигавшего в Москве так, что и сегодня его истории не меркнут в памяти поколения. Личности в этой компании были выдающиеся: палестинский посол Рами, почетный консул Гондураса (забыл его имя), Рома Ф. и другие персонажи, проводившие в Совинцентре дни и ночи. Совинцентр был тогда оазисом цивилизации; там был весь набор интертеймента — бассейн, казино, варьете, лучшие кабаки и девушки, не чета сегодняшним. Они были красивы, образованны, говорили на нескольких языках — настоящие леди! Наши звезды были из той плеяды. Многие уже давно живут за границей, замужем за достойными людьми, воспитывают детей и внуков.
Вот таких два бриллианта достались в корону нашего товарища и его скромного попутчика. «Фалькон» прибыл в Прагу утром, президентский номер в «Хилтоне» стадионного размера сиял золотом и зеркалами, управляющий лично поправлял подушки в спальне и пятился задом с улыбкой, от которой у него сводило рожу. Обедали на берегу Влтавы в ресторане, пили, ели, веселились, девушки пили рюмку за рюмкой, стакан за стаканом, не сходя с дистанции ни на минуту. Вечером в национальном ресторане был накрыт ужин с фольклорным уклоном. Музыканты, седовласые мастера, игравшие еще при кайзере, извлекали из своих скрипок аккорды, выворачивающие души слушателей. Для русских они сыграли «Подмосковные вечера» и «Таганку» — видимо, их уже научили бывавшие здесь наши люди. Ужин закончился, и наступило время игры в казино в VIP-зале. Все было готово: фишки, виски и много-много камер для видеонаблюдения за игрой моего нервного друга, который любил требовать посмотреть результат предыдущих спинов. Все играли с азартом, «шпилевые» тоже были не промах. Слоганом вечера стала фраза одной из них: «Пися хочет в домик». Смысл в ней был, конечно, эротический. Это было ее фирменным обращением к любимому мужчине, который был ярким, она прожила с ним самые счастливые дни, пока прежняя жена не убила его на ее глазах. Это был их птичий язык: услышав это, он бросался на нее, и они были счастливы.
За игорным столом эта фраза имела другой, более высокий смысл: после этого заклинания шарик падал ровно в ту цифру, где стояла самая большая ставка. Хозяин казино, израильтянин, стоял в зале и умирал от того, как эти русалки выносят казино. Ставки были повышены, горы фишек росли, фразу «Пися хочет в домик» уже можно было написать золотыми буквами на могиле хозяина казино. Он попросил русскую уборщицу перевести эту фразу, чтобы понять, что это значит. Уборщица покраснела и сказала, что это она перевести не может, язык не поворачивается. Он настаивал, и тогда она, заикаясь, сказала, что это все дословно значит: «Член в квартире». Перевод был неточным, но хозяин понял, что член в его домик уже пришел и выкинуть его уже нельзя. Поняв степень своего падения, он лично принес гостям водки с клофелином, и вскоре группа победителей почувствовала себя плохо и закончила игру в туалете, где все блевали синхронно в «М» и «Ж». Улов был совсем неплох! Пакет с деньгами я нес, не приходя в сознание. Перед выходом в холл президентского номера ко мне подошел человек и тоном, не терпящим возражения, сказал: «Деньги сюда!» Я посмотрел ему в лицо и увидел маску Рейгана; голос показался мне знакомым. «Рейган» забрал пакет и вошел в люкс, я, обосравшись, не зная, что делать, пошел в свою комнату, примыкающую к апартаментам, где собирался повеситься, — звонить другу я не решился. Пока я искал веревку, зазвонил телефон и мой друг пригласил меня в свою гостиную для совместного лечения отравленной компании. Ноги мои не шли, но я пошел и увидел опять «Рейгана» и подружек. Весь стол был усеян купюрами, «Рейган» снял маску, и все заорали в один голос: «Пися хочет в домик!»
Утром на завтраке все пили ромашковый чай, девушки были свежи, как розы, — они уже сделали шопинг, поплавали, блистали макияжем и благоухали. Мастерство не пропьешь! После второго чайника ромашки заказали литр «Столичной», тарелку огурцов, вареной колбасы и майонеза — лучшее средство от отравления. Рецепт оказался верным — вечером вся компания уже была в Москве и в казино «Рояль» под пекинскую утку и свиные ушки весело провела остаток вечера и ночь, восклицая каждую минуту слоган, принесший столько радости.
Велик и могуч русский язык!