Путь самурая

Автор: игорь к. Путь самурая

Мы валялись в прохладном зале, смотрели «Конвой». С первыми титрами вышли на улицу, в летний теплый вечер. Поп сказал:
- Я бы тоже кино хотел снять. Чтобы главный герой бился, ну хуй знает, с пустотой. В чистом поле мечом махал бы.
- Зачем?
- Ну так... Красиво. Образ такой.
Он сел на пыльный тротуар, и, закурив, вытянул ноги. Мимо ехал синий «Москвич»; легкий ветер мешал дым из выхлопной трубы с табачным фоном «Примы». Саша мял пустоту в ладонях, отчего тело его приходило в движение: cкользили мышцы, менялся рельеф. Кинотеатр «Новгород», похожий на коробку бездарных польских штиблет, светил фасадом с надписью «Кассы». Тем летом кто-то выломал первые две буквы, и двое суток после жители района ходили любоваться на возмутительный неон.

В ноябре я вновь приехал в этот город. Случился праздник, осенние каникулы; на жесткую землю падал незаметный снег, флаги бились на колючем ветру. Под конусом лампы Саша колол паяльником чрево уродливой радиолы. Сквозь радиопену красиво трендел импортный голос – прекрасный фон для дружеской встречи.
- Как учеба?
– Нормально. Я сам по себе.

Мы выползли на улицу и пошли куда-то, морщась от злой сыпи, падавшей сверху. Сашины брюки истошно трепыхались над шнуровкой бот. Он слишком быстро рос, а денег всегда не хватало, чтобы вовремя менять гардероб. Его штаны вечно были короче, чем надо. По этой причине Саша выглядел немного нелепо, что было странно - худые торчащие икры диссонировали с его мизантропическим message. А еще Поп был невозможно, блядь, упрямый парень.
- Смотрел «Этот безумный, безумный мир»?
- «Это».
- Что?
- «ЭТО безумный, безумный, безумный, безумный мир».
- Ты невнимателен, Поп. "Этот".
- Со мной как раз все нормально. А вот ты ошибся.
- Ни хуя.
Саша поморщился. При этом выражение лица не изменилось вовсе. Как такое возможно?
Ну, вот как-то возможно.
- Пошли к афише.
Афиша кинотеатра обнимала пузатую тумбу на углу двух проспектов, между детской и зубной поликлиниками. Ходу туда пять минут.
Прячась от непогоды, мы стояли под козырьком газетного ларька. Редкий прохожий смотрел на нас с удивлением. Прохожего можно было понять.
- А пойдем. Будешь должен.
- Два лимона. Наварю и отдам.
- Отлично. Куплю себе Sony и новое пальто.
Не отрываясь от спасительных стен домов, мы держались курса, пряча носы в дохлые воротники. Иногда Саша уходил вперед и со спины был похож на Дон Кихота и мельницу в одном лице. Герой, твою мать. Упрямый баран.
Разумеется, он проиграл. Мы подошли к тумбе с отрывом: он первый, я – второй. Зрение минус пять, Саша узнал правду позже меня. Я не стал кричать ему – «ты обосрался». Я замерз и желал вернуться домой.
Пауза.
- С меня два лимона.
- Один себе оставь. Снимешь кино, что хотел – про Чапая и пустоту.
Я замерз и желал вернуться домой. Однако мы почему-то сели в автобус номер 4 и поехали на другой конец города. Когда мы вышли среди белых низких домов, пошел настоящий – первый – снег. Скукоженный день выдохнул жесть, и сразу стало легко.
Мы курили, пуская дым вверх, табак мешался с небесным пухом, блестевшим от фонарного света.

Через год Саша поехал на Кавказ со своим курсом на практику, что ли. И упал с веревочного мостика на камни в горную реку. Оступился, близорукий нелепец, и рухнул с десятиметровой высоты. Когда мне об этом сказали, я первым делом подумал – надо было Попову хвататься за эти блядские веревки и висеть-висеть-висеть. Руки длинные, веса в нем мало. А потом подумал, что если есть где-то иная жизнь, то в этой иной жизни Поп теперь воин, который в чистом поле в полной тишине машет мечом. Изо всех сил. И ни капельки не устает. И так вечно.
Он мне потом снился. Приходил - руки за спиной - криво улыбался и молчал. Я ему – Саш, ты чего пришел? А как же махач? А он мне – да надоело. Вздыхал и обратно сваливал. Я ему вдогонку – с кем бьешься, понял? «Нет пока».
Я искал бойца в новых фильмах; рыскал по чужим дворам. Везде мне казался воин с мечом, одиноко режущий воздух.
Когда я чуть подрос и кое-что узнал, то решил, что Поп – настоящий Самурай. И кино его – про путь воина. Бессмысленно и красиво. Ну, чтобы хоть как-то оправдать эту смерть. Потому что в его жизни ничего и не было. Характер и радиоволны. Плюс - друзья. Минус девушки (не успел).

Бога – нет.

Этот парень должен мне два лимона. Я бы простил ему долг, да нельзя. Он бы не понял.