Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Было дело:: - Ученик.

Ученик.

Автор: estlane
   [ принято к публикации 01:29  01-02-2008 | LoveWriter | Просмотров: 568]
Начало лета выдалось невыносимо жарким и сухим. Поэтому, когда нам объявили, что практика по шизофрении и аутентизму будет проходить в загородной больнице, мы обрадовались. Надоело дышать углеродной смесью из раскаленного асфальта и выхлопов из-под задниц автомобилей. По утрам народопоток из пригородов направляется в Москву. Мы же спокойненько разместились в пустом вагоне электрички и направились из Москвы. Разложив на скамейке бутеры, достав бутылочку холодненького лимонада, мы весело докатили до станции «Х». Вылезли из поезда, и пересели на автобус типа «ЛЬВIВ».
Авто пыхтело и стонало. Сиденья, словно стены в пещере доисторического человека, были исчерчены различными надписями. Самое приличное было:
«Надя+Миша=Любовь» Итак, спустившись со ступенек «Львiв» мы оказались перед огромным белым забором с лепниной и железными воротами. Передняя часть ворот представляла собой шедевр чугунного литья с различными вензелями и финтифлюшками, посередине на стыке двух половинок красовался герб со львом. За всей этой красотой на воротах висел щит с надписью «Мы наш, мы новый мир построим!». Тематично, если учитывать специфику заведения за щитом. Ворота оказались закрыты на большой замок и цепь, очень похожую на описанную в одном известном стихе про кота. Закрыты, судя по грязи и ржавчине, они были с 1917 или 1918, когда бывшие хозяева ушли, а новые привыкшие такие ворота брать штурмом, не открыли. Мы постучались. Потом ещё постучались. Потом ещё очень громко постучались и засобирались в Москву. Надо заметить, что дело было давно ещё до перестройки и до появления «Евросети» и «Связного», поэтому мобилы у нас не было, что бы связаться с училкой, которая нас сюда отправила. Но тут из-за ворот прозвучал скрипучий старушечий голос:
- Вы куда?
- Мы к вам.
- А зачем?
- Мы из МУ на практику.
- А коровник у нас дальше на три остановки.
- Да мы не в коровник, бабушка. Мы из Мед. Училища на практику к доктору М.
- Я не бабушка вам, - скрипучий голос стал злобным, - идите вдоль забора по часовой стрелке, через сто шагов будут другие ворота. Следуя инструкции «не нашей бабушки» мы пошли налево и через метров семьдесят увидели ворота и дверь, вмонтированные прямо в стену. Дверь открылась. Здоровый детина в белом халате указал на аллею, идущую от заросших чугунных ворот вглубь парка, который когда-то был таковым, а теперь превратился в густые заросли старых яблонь, вишен, кустов сирени и жасмина. Аллею обрамляли старые дубы, которые дарили нам, измученным жарой, тенистую прохладу. Дойдя до основного здания, мы получили культурный шок. Перед нами стоял особняк с витой лестницей огромной террасой. Величественная постройка была заботливо сохранена её новыми владельцами. Единственное, что омрачало внешний вид - на окнах решётки. Можно представить, что призраки бывших хозяев летают по ночным коридорам и пугают больных и персонал.
Добравшись до отделения, мы осведомились у перекрашенной перекисью водорода блондинки с бюстом шестого размера, где найти кабинет зав. отделения. Указав пальцем, на котором красовалось кольцом с крупным красным камнем на открытую дверь в конце коридора, блондинка неопределённого возраста плавно удалилась в процедурку.
В кабинете за дубовым столом с зелёным сукном, оставшимся после графьёв, сидел интеллигентного вида мужчина лет шестидесяти. Перед ним были разложены исписанные листы бумаги.
- А-а. Девочки! Добро пожаловать! Проходите.
- Спасибо! У вас тут так красиво, такой чудесный парк.
- У нас и народ чудесный здесь лежит! Вот, к примеру, я тут разбираю последние сочинительские работы наших пациентов. Прилюбопытно пишут, знаете ли. Вот послушайте.
Мы расселись в уютные кресла, конца XIX века, вокруг стола и углубились в удивительный рассказ о любви. Иногда, правда, он перекликался с рассказами Куприна или Бунина, но было так обворожительно сидеть в графском кабинете и слушать читающего. Его прервал грубый мужской голос:
- Профессор! А ты чё это тута расселся? Тя там с собаками ищут, а ты тута сидишь, малолеткам книжки читаешь.
В дверях стоял грузный мужик неопределённого возраста в засаленном халате, грязными всклокоченными полуседыми волосами и такой же нечесаной бородой.
- Да я забежал на минуточку свои наброски оставить, а тут девушки. Не оставлять же их одних в тоске.
«Профессор» свалил из кабинета, оставив писательские труды на столе. От подобной метаморфозы у нас отвисли челюсти. Мужик, который теперь являлся для нас настоящим зав. отделения, подошёл к умывальнику и начал мыть огромные ручища, обильно поливая их душистым жидким мылом из баночки.
- Руки всегда должны быть чистыми, - приговаривал он, - вот подойдёте вы к пациенту, а руки грязные, под ногтями чернота, нехорошо.
Пригладив копну на голове, проверив наличие во рту оставшихся зубов, улыбнувшись зеркалу, эта масса тела села в то же самое кресло, в котором пару минут назад нежился «профессор».
- Ну-с. О чём Иван Николаевич с вами беседовал?
- А, он, правда, профессор?
- Ну да. То ли философии, то ли истории. Иван Николаевич Понырёв.
- А рассказы эти, что на столе, они чьи?
- Ну, так его и рассказы. Он же у нас ещё и писатель. А-а, понял, это он из скромности при первой встрече не признаётся. Стеснительный он у нас.
- А как он сюда попал? – не унимались мы. Интерес к заведению в целом, и к его обитателям в частности, рос с каждой минутой.
- Да как все. Сначала не печатали, он писал в стол. Потом начал роман какой-то, отнёс его в редакцию, а оттуда его уже к нам.
- А что за роман то?
- Да не знаю. В редакции рукопись у него отобрали. А здесь он ещё раз её навоял, только прячет где-то, боится отберём.
- А какие ещё интересные больные у вас есть?
- Ну, если не считать полоумных стариков, то пару художников, одна певица, потерявшая голос. Физик-ядерщик, который исписывает своими формулами стены. В основном контингент у нас не буйный.
- А что про певицу?
- А от неё молодой муж ушёл, она хотела повеситься. Снять успели соседи. Они почуяли неладное, когда та запела последнюю арию из «Травиаты». Жизнь спасли, а голос пропал. Верёвка на шею надавила, связки и спазмировались. Теперь вот сидит тут, ждёт, когда вернётся.
- Кто муж или голос?
Но наш вопрос остался без ответа. Приятную беседу опять нагло прервали.
- Михалыч! Ты чего это тут расселся в моём кресле? Каталку на место не поставил. Трупешник без бирки и истории в морг притащил. Иди, разбирайся. А то Петрович, если до обеда не успеет вскрытие сделать, пиши пропало, до утра уйдёт в запой.
На пороге всё того же кабинета стоял молодой человек лет тридцати. Подтянутый, загорелый, просто мачо.
- Да, я тут зашёл руки помыть. Смотрю, а у вас гостьи. Вот и поболтал немного. Не серчайте доктор!
Ага, значит это доктор, уже хорошо. Недоумение сменялось нездоровым весельем.
- Извините, девчонки. Работы много. Все в отпусках, на мне три отделения висит.
- Да ничего. Нам тут весело было. А кто это был бородатый?
- Наш санитар. Он здесь уже лет двадцать работает. Тоже со своими патологиями. Например, каждые пол часа моет руки. У него внутри как будто будильник заведён. Можно время проверять. Как стукнет половина часа, он может носилки бросить и бежит к ближайшему рукомойнику.
- А ночью?
- Ну, ночью спит, конечно.
- Мы ещё с одним старичком-писателем познакомились.
- А-а, Иван Николаевич. Чудный пациент. Он моей дочке детские сказки пишет, не хуже Андерсена. Вы только у него никаких рукописей не берите, а то у него пунктик. Если одну бумажку отдаст, то три должен написать. А бумага то казённая, на него не напасёшься.
- А художники? Про них санитар говорил.
- Есть такие. Интересные ребята. Они близнецы. Им лет двести. Говорят, что знали прежних хозяев этой усадьбы и разговаривают с ними по ночам. Ну, обычный случай при шизофрении. Кстати, пока рассказываю, доставайте зачётки. Я вам сразу пятёрки проставлю. Раз столько часов в моём кабинете выдержали, значит достойны. Так вот, они друг друга рисуют. Смотрят и рисуют. У них в анамнезе суицид был. Причина банальная. У одного прыщик вскочил, другой нарисовал, а первый не увидел прыщика на лице второго. Расстроились и напились димедрола. Так к нам и попали. А вообще народ спокойный. Буйных мало.
- А с белой горячкой есть?
- В пятом боксе. Проходить мимо будете, загляните. Он там литровые банки с крышками вокруг себя расставил. Говорит, в банках чёртики живут. Его так с банками и привезли. Без них отказывался ехать, впадал в ступор.
Мачо проводил нас до двери, пожелал счастливо добраться до Москвы. Около пятого бокса, мы остановились. Мужчина сидел на полу, а вокруг банки с открытыми крышками.
- Это он своих чёртиков выгуливает, - неожиданно мягко, прямо с нежностью в голосе произнесла ангелоподобное существо с перстнем и шестым бюстом за нашими спинами, - потом он засунет их обратно и закроет крышечками.
Выходя из особняка, на лужайке, залитой солнцем, мы заметили двух старичков со школьными тетрадками. Они сидели друг против друга и с поразительной синхронностью рисовали в своих тетрадках. Под ветвями старой яблони в кресле сидела пожилая женщина, сохранившая следы былой красоты. На ней был розовый полупрозрачный халат и мохеровый шарф на шее. Взгляд был устремлён на дубовую аллею, словно она ждала кого-то. На асфальте какой-то мужчина, похожий на Эйнштейна рисовал непонятные формулы. Мы брели по аллее и жалели, что не увидели ещё раз Профессора. Вдруг, как чёртик из бутылки, он выскочил из кустов.
- Нас нагло прервали. Но я не в обиде. Вот возьмите. Вы мне понравились. Вы ещё не испорчены. Возьмите. Передайте это в мир. Только не открывайте сейчас. Они могут увидеть и отобрать.
Иван Николаевич сунул в руки пачку исписанных скрученных в трубочку листов бумаги и прыгнул обратно в кусты. Если вспомнить предупреждения нашего Мачо, то казна государства попала на две пачки бумаги.
Обратную дорогу мы проделали молча. Лишь подъезжая к Москве, решились развернуть рукопись:
«- В белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой, ранним утром четырнадцатого числа весеннего месяца нисана в крытую колоннаду между двумя крыльями дворца ирода великого вышел прокуратор Иудеи Понтий Пилат.»


Теги:





0


Комментарии

#0 09:14  01-02-2008Лев Рыжков    
Местами неплохо. Но текст - не целостный. Рассыпается.
#1 09:16  01-02-2008прo зaeк    
нет, всё-таки появление ЛР в редакции - сугубо положительная тенденция. таки начинаешь иногда фспоминать, што это кагбы литературный клуб бля, а не насрано.
#2 09:25  01-02-2008Барсук    
ничетак.
#3 09:35  01-02-2008прo зaeк    
и по тексту:

четало позёвывая. НО КАНЦОФФКА - ЗАЧООООООООООООООТ!

#4 09:54  01-02-2008ВАЛЬДЕМААР    
master? master, master of master and margarita...
#5 10:21  01-02-2008Докторъ Ливсин    
байки студиозусов -медикусов, нелепо и неровно скроеные в один кафтан, сиречь -врачебный халат

зы а Булгаков -это хорошо, его никакой "рамочкой" не испортить

#6 10:23  01-02-2008Докторъ Ливсин    
"В белом плаще с кровавым подбоем......"-музыка
#7 10:34  01-02-2008estlane    
Текст не понят читателями. Всё вытекает одно из другого. Ответ ищите в последней главе Булгакова.
#8 10:41  01-02-2008Докторъ Ливсин    
на хуя хуярить ткгзд, если ответы - у Булгакова?
#9 10:43  01-02-2008Докторъ Ливсин    
"Текст не понят читателями" хули, ну тупы читатели, только Булгакова и понимают
#10 11:03  01-02-2008YDD    
Больше не пиши.
#11 11:28  01-02-2008Арчибальд Мохнаткин    
Хотел зачитать,но после 10:34 не буду.
#12 12:49  01-02-2008АЛУ ЗЕФ    
Неоднозначное впечатление от текста. С одной стороны неплохо, а с другой, какая-то муть никчемушная, лучше бы ты афффтор концовку не смазывал.
#13 13:15  01-02-2008estlane    
Матом крыть и хуями обкладывать автора каждый может. А сообразить про какого-такого писателя-профессора, живущего в дурке, рассказ написан, мозгов не хватает.
#14 13:25  01-02-2008Элизабет    
А какие ответы? По-моему, всё понятно. Типа , история повторяется, реинкарнация и т.д. Написано, кстати, легко и с грустной смешинкой.
#15 15:57  01-02-2008Розка    
estlane 13:15 01-02-2008

я сообразила, что это про Бездомного. можно начинать хуями обкладывать?

текст похож на мясной пирог, который с какого-то креатива облили сверху глазурью и украсили сливками.

начала писать в жанре "медицинские байки", а концовку зачем-то вдруг перенесла не то в притчи, не то в мистику.

основную часть пирога трогать не буду -я не в теме.

а концовка - при всей её неуместности - еще и слегка не продумана у тебя.

если профессор - это Бездомныq (его реинкарнация, просnо чокнутый, вообразивший себя Бездомным и т.п.), то какого хуя он пишет роман Мастера?

во-первых, он обещал Мастеру больше не писать.

во-вторых, если уж пишет - то почему роман учителя переписывает? ученик, блять.

-----------------------------------

и если уж делать "тонкую" концовку с глубоким знанием последней главы "Мастера и Маргариты", то Бездомый должен был писать СВОЙ роман, и начинаться он должен был как-нибудь так: "- Боги, боги! Какая пошлая казнь! Но ты мне, пожалуйста, скажи, её ведь не было? - так говорил человек в белом плаще с кровавым подбоем, что шел по лунной дороге, обращаясь к ..."

ну, или как-нибудь покрасивши.

#16 16:03  01-02-2008estlane    
Спасибо Розке и Элизабет вразумительный ответ. А по поводу реинкарнации, то в начале рассказа есть пояснение, что время далёкое описывается, поэтому сам Бездомный там живёт только старый.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
15:53  17-08-2017
: [0] [Было дело]
Столкнулись в магазине. Не узнал её. Сильно изменилась, и только взгляд прежний. До пределов вкрадчивый. Льющий холодный свет глубоко в душу. Как-то даже обыденно всё вышло. Здравствуй! Привет! Как дела? - А разве могло быть по-другому?
Прошло много времени, но вот коснулся её ладони и дрожь по телу - как тогда, в первый раз....
В диадеме эмблемою лира.
Взгляд скользит, задержавшись на мне.
Ты ж была прошмандовкою, Ира.
Ты сосала хуи при луне.

За сараем в том дворике старом,
Где росла вековая ветла,
Как любая рублевая шмара,
Ты с проглотом по яйца брала....
11:48  13-08-2017
: [19] [Было дело]
Николай с сыном ходили по поселку в поисках работы. Не брезговали ни чем. Кому яму под туалет выроют да кирпичом обложат, кому огород вскопают, не суть важно. Главное, что пили всегда на свои. Когда пьют работяги, лодыри должны стоять в сторонке и ни пиздеть....
16:02  10-08-2017
: [8] [Было дело]
При ходьбе бубенчики позвякивали. Это было очень неприятно, но ничего с ними поделать не получалось. Прохожие возмущённо оборачивались, бросали недобрые взгляды, а некоторые даже норовили припугнуть, или прогнать. Хотя что он им сделал плохого? Ровным счётом ничего, кроме одного: он был....
17:22  08-08-2017
: [6] [Было дело]
Сеня с глупым видом. На берегу. В окружении берёз. В руках та часть удочки, на которую точно ничего не поймаешь. Просто толстая бамбуковая палка. Всё остальное в воду улетело. Кануло. Качается на волнах. В солнечных бликах.

И дядя Миша тут как тут....