Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Литература:: - 2-ой том. часть 2

2-ой том. часть 2

Автор: yurgen
   [ принято к публикации 11:42  03-03-2008 | Шырвинтъ | Просмотров: 303]
***
Вадим возвращался к трассе. До поворота оставалось ещё метров пятьсот, когда между вербами промелькнуло что-то странное. Какой-то чёрный предмет посреди поля. Секунд десять он решался, останавливаться или нет, но всё же притормозил и сдал назад. Выйдя из машины, он подошёл к придорожному каналу, достал из полупустой пачки Marlboro сигарету и закурил. Ему никуда не хотелось идти. Это вообще не его дело. Он водитель посольства. Он консула возит, а не... Не людей в поле ищет...
Через пару затяжек, он перепрыгнул через канал, и пошёл по полю.
Унылые городские конструкторы, редко засаженные тополями и акациями, никак не могли сравниться с тем, что открывалось взору. Один шахматный квадратик поля, отделялся от другого частоколом верб, а справа, возле пруда, жил огромный дуб. Такой себе старый смотритель равнин. Его причёска обильно засыпала воду седыми листьями, но ветвей было настолько много, что они нависали над прудом неподвижным облаком. Тень от дуба превращала воду в чёрное пятно, а судя по зелёным точкам орхидей, вода должна была быть чистой. Ему вдруг очень захотелось как-то здесь порыбачить. Сидеть в тени дуба, слушая в наушниках любимую музыку и ловить на удочку карасей и щук.
Приближаясь к увиденному в поле предмету, он понял, что это. Ускорил шаг, а потом и совсем побежал, быстро преодолев расстояние в сто шагов. Остановившись возле лежащей на земле женской сумочки, он оглянулся по сторонам. Без особого желания он открыл сумочку и сразу же увидел в боковом кармане паспорт. Самое плохое подтверждалось. На фотографии была Наташа. Он листал в паспорт, но боковым зрением уже заметил что-то ещё …
- Какого…
В метре от сумочки, в траве зияла дыра…
Края ямы казались рваными, словно земля обрушилась и...
- Что за херня здесь происходит…
Вадим подошёл ближе и оцепенел. Рядом с обрушенным участком, на земле чётко узнавался след от ботинка.
- Час от часу не легче…
Он выбросил окурок и аккуратно нагнулся, пытаясь заглянуть внутрь. На первый взгляд яма напоминала какой-то старый заброшенный колодец. В глубину он казался метров четыре, хотя дна и не было видно.
- Эй? Тут есть кто?
Вадим сам офигел от своего вопроса. Он стоял посреди поля и говорил куда-то в глубь земли. Его никто не мог ни слышать, ни видеть, но он обернулся, словно почувствовал на себе чей-то взгляд. Естественно, никого и близко не было.
- Бред какой-то… Эй! Эдвард? Наташа?
Спина и руки в момент покрылись потом, а во рту стало сухо, как с похмелья. Ещё утром он почувствовал, что день будет тяжёлым. Поругавшись из-за мелочи с женой, на работу ушёл подавленным и злым. Они давно собирались пойти в гости к её родителям, но он совсем забыл, что по пятницам у них футбол. Посольство арендовало в Политехе зал, и они два часа гоняли в мини-футбол. Сам понимая, что причина была дурацкой, но всё же сказал жене, что сегодня занят. Она ведь знает, что по пятницам у него в футбол. И почему сегодня? Обязательно сходим. В другой раз.
Он продолжал стоять над колодцем, вызывая из-под земли голоса, когда в кармане вдруг зазвонил телефон.
- Фу, блять… Чтоб ты…
На экране высветился номер Джона.
- Алло? Ну что там?
- Джон… Тут дурдом какой-то… Я нашёл сумочку женскую…
- Какую сумочку?
- Так, стоп… Я нашёл заброшенный колодец в поле. Недалеко от их машины. А рядом сумочка переводчицы. Я посмотрел, там документы её. А их нет… Это дурдом, но мне кажется они туда провалились. Тут следы рядом…
- Куда? Какой колодец?
- Я не знаю, Джон. Я тебе говорю, что вижу…
- Ты милицию вызвал?
- Нет ещё… Сейчас вызову… Но мне кажется тут не только милиция нужна…
- То есть?
- Ну… Спасатели, что ли... МЧС. Джон, их нет нигде.
- Ладно, вызывай милицию, а я займусь вопросом спасателей.
- Слушай, Джон, а как с мобильника милицию вызвать? Я ж в Полтавской области…
- Ну… Я не знаю… Код области и 02…
- А какой код в Полтавской?
- Чёрт… Ладно, я сейчас и милицией займусь. Где ты находишься?
- Перед поворотом на Диканьку. Там с трассы сразу поворот. Я там и буду стоять…
- Ок. Жди звонка.

***

В час дня Сергей позвонил в ресторан и заказал на семь часов вечера столик на двоих. Полтора года назад, в этом же ресторане, он предложил Наташе выйти за него замуж. Она согласилось и с тех пор это место стало для них счастливым. Они ходили сюда только на знаменательные праздники и один раз, когда родители Наташи уехали в Будапешт.
Заказав столик, Сергей набрал жену, чтоб сказать ей о подготовке к ужину. Абонент был не доступен. Зная, что она уехала по работе в Диканьку, удивляться не приходилось, что покрытия могло и не быть. Даже пошутил про себя, что чертенята летают и сигнал глушат. Мало ли, позже позвоню... В четыре часа он набрал её снова. Связь отсутствовала. Она обещала, что будет не позже пяти, и Сергей заволновался.
В шесть, когда он приехал домой переодеться и не застал жену дома, он похолодел. Связи с ней всё это время не было, а она сама так и не нашла за целый день времени позвонить ему и сказать, хоть слово.
Телефон посольства он не знал. Он вообще редко интересовался прихотью жены, по поводу всяких там пресс-конференций и семинаров, на которых она время от времени работала переводчиком. Без особого желания, он набрал будапештский номер отца Наташи. Лишь тот в данной ситуации мог сказать, как и с кем связаться в Британском посольстве. Сразу решив, что говорить он будет без эмоций и лаконично, чтоб зря не расстраивать тестя. Тем более, что и сам то толком не знал, о чём говорить.
Но разговор опять пошёл не так, как хотелось. После минуты напряжённой беседы, отец сказал, что сам узнает, где дочь и перезвонит ему. Раз уж он может её найти…
- Вот, мудак… Сам он узнает… Ладно…
Раздражённый разговором, Сергей включил телевизор и плюхнулся на диван. На экране чернокожий боксёр достал соперника в подбородок левым джебом.

***
Машина дорожно-патрульной службы объехала, припаркованный у обочины автомобиль, и остановилась. Переднее водительское стекло форда Мондео было разбито, а внутри никто не сидел.
Двое патрульных вышли из синей девятки и подошли ближе, с интересом рассматривая автомобиль.
Дорогая машина одиноко стояла посреди трассы с разбитым стеклом, а на месте магнитолы зияла дыра с проводами. Хозяин машины тоже куда-то делся. То ли через это разбитое стекло, то ли просто сам куда-то ушёл.
- Ну, просто бери, не хочу… Форд не нужен, Виталька?
- Хм, не помешал бы...
Капитан недовольно смотрел по сторонам, пытаясь представить, куда мог деться хозяин машины. Если б тот хотел справить нужду, то выбрал явно не подходящее место. Ближайшая лесополоса виднелась примерно через километр. Сержант присел у водительской двери, заглядывая через разбитое стекло внутрь салона.
- Только ничего не трогай, понял?
- Угу.
- А то потом скажут, что это мы магнитолу спиздили.
Они обошли вокруг машины, но ничего примечательного, кроме окурков не увидели.
- Девочка… Женские сигареты…
- Машина, правда, какая-то не дамская…
- Да хуй их поймёшь… Курят женские, а ездят на мужских…
- Иваныч, смотри…
Сержант Виталий Кудлай показывал пальцем далеко в поле.
- Ух, ты, глазастый какой… Не далеко ушла девочка-то.
- Или мальчик…
- Ну… Или мальчик. Тоже верно. Сейчас мальчика от девочки хуй отличишь…
Вдалеке в поле виднелась фигура человека. Может, он зарывал пятаки, может чей-то труп, может, просто вышел отлить. Но, то, что форд Мондео был пуст, а водительское стекло было разбито, наталкивало на разные не приятные мысли.
- Ну, что? Навестим девочку?
Капитан Дмитрий Иванович Приходько подмигнул сержанту и ухмыльнулся.
- А может, это… Беркут вызовем?
- А ты кто? Воробей, что ли? Чтоб над нами поржали, хочешь, да? Давай, Виталька, садись в машину.
Они сели в свой болид и повернули ключ на старт. Из трубы вырвалось облако чёрного дыма и пару проклятий.
Сержант сидел за рулём, капитан ёрзал рядом на сиденье, пытаясь вытянуть ноги, и рассказывал, как год назад жмурика на трассе нашёл. Виталий смущённо улыбался, не зная, как правильно реагировать на байку старшего.
- Бомж бомжом. Куда он шёл, хуй поймёшь. Ни денег, ни документов. Прямо на трассе и окочурился.
Через километр они съехали с трассы и повернули в сторону Диканьки.
- Вот тебе, Света, и леденец…
Метров за триста, на обочине дороги, виднелся автомобиль.
- А тут оказывается, Виталик, ещё один пассажир…
- Тоже Мондео.
- Глазастый, ты, у меня. Два одинаковых форда значит… Уже интересно.
Они подъехали и остановились перед машиной. Форд был синего цвета. В машине тоже никого не было, но вон тот мужик, стоящий в поле, видимо и был хозяином машины.
- А вот тебе и хуй, Света… Надо же, дипломатические номера…
- С ними, это… Аккуратнее нужно, да?
- Хуй их знает, Виталий. Первый раз буду общаться с дипломатом. И чё он в поле делает?
- Может, магнитолу прячет?
Капитана согнуло пополам от смеха. Он стал кашлять и отхаркиваться.
- Ёбаное курево… Уже и поржать нельзя нормально. Да ты, Виталька, доктор Холмс, прямо…
- Шерлок.
- Ага. Шерлок Ватсон. Я думаю, он убил девчонку, закопал её тут, а магнитолу вырвал для отвода глаз. Типа ограбление. Как тебе моя версия?
- Ну, это… Не очень…
- Мне тоже. Ладно, он уже и сам нас увидел. Идёт. Дипломат, бля. Я сам с ним поговорю. Ты не встревай.

***
После разговора с Вадимом, Джон набрал милицию. Он был взволнован и растерян. Они не были с Эдвардом друзьями, их жёны были знакомы по университету, но они частенько пили у Эда дома виски и говорили об истории. С Эдом было интересно. И ему очень не хотелось, чтоб с ним что-то случилось.
- Дежурный Сидоренко...
- Я из Британского посольства. Зовут меня Джон Малкович. По информации моего водителя, гражданин Великобритании Эдвард Кирсби и гражданка Украины Наталья Ужвий, пропали на повороте с трассы в сторону села Диканька.
- Не так быстро… Я не понял… На повороте пропали? Свернули и пропали? Или что?
- Нет, извините… Я не правильно выразился. Водитель говорит, что они могли упасть в колодец. Не далеко от поворота.
- В колодец? Упали или могли упасть, можно по точнее?
- Я не знаю… Я же говорю, они пропали… Это очень важно. Эдвард Кирсби профессор оксфордского университета. Он говорит, что спасатели нужны…
- Кто? Кто говорит?
- Ну, водитель мой. Он говорит, что МЧС нужно…
- МЧС? Послушайте, если это будет ложный вызов…
- Дежурный, они же могут быть ранены…
- Вы только не волнуйтесь. Будет, будет… И МЧС будет, и Айболит, и Кирбит…
- Что?
- Где это, точнее можно?
Джон положил трубку и тихо выдохнул. Ему всё это очень не нравилось. Если окажется, что Эд с Наташей сидят сейчас где-то в придорожной забегаловке и обедают, то они все потом конечно посмеются. Если так. Про иной вариант он и думать не хотел. Дежурный ему сказал, что к ним как можно скорее приедут. Аварийно-спасательную службу они тоже вызовут. После этих слов у Джона как с плеч груз упал. Ещё один разговор с МЧС на эту же тему, он перенёс бы уже не так спокойно. Сердце и так билось, как белка в колесе.
Он набрал Вадима, но ответа так и не дождался. Длинные гудки, словно метроном, невыносимо медленно отбивали свой минорный ритм.

***

Вадим увидел милицейскую машину, остановившуюся возле посольского форда, и удивился.
- Надо же, как быстро…
Буквально пять минут назад он говорил с Джоном и тот обещал вызвать милицию.
- Джон молодец. Оперативно сработал…
Он взял сумку и пошёл в сторону двух милиционеров, ожидавших его возле его автомобиля. Дорога была на возвышении, и силуэты машин и людей без труда просматривались даже издалека.
Шёл он быстрым шагом, пару раз обернувшись в сторону колодца, но оттуда никто не появился. Ему как-то нужно было объяснить милиции, что произошло. Правильно объяснить…

***

Сержант смотрел то на приближающегося к ним человека, то на капитана. Приходько открывал новую пачку LM.
- Иваныч, вы б это… Не курили…
- Не сцать, пехота. Ещё свое не выкурил…
- Какой-то здоровый дипломат, Дмитрий Иваныч…
Кудлай с интересом вглядывался в фигуру выдуманного дипломата.
- Ага. Их там телятиной кормят, вот они и вымахивают под два метра.
Патрульные подошли к каналу, вырытому вдоль дороги, и стали в ожидании неожиданного знакомства.
- Виталик, а что у него в руках, а?
- Ну… Сумка похоже…
- Сумка?
- Да… Женская…
У капитана к горлу подступил комок. Он облизал губы и откашлялся. Кудлай продолжал издалека всматриваться в близлежащую территорию.
- А сзади это… Земля разрыта, что ли…
Водителя форда и их отделяли тридцать шагов. Не много…
- Слушай Виталик…
Капитан сделал длинную затяжку и отбросил недокуренную сигарету.
- Иди быстро в машину, возьми в руки рацию и жди. Если что, вызывай Беркут.
- Иваныч, ты чё?
- В машину, я сказал.
Капитан Дмитрий Приходько, жена, сын пяти лет, медленно достал из кобуры не заряженный револьвер и спрятал за спиной. Ладонь стала влажной, и он крепче сжал рукоять.

***

Вадим остановился от окрика дорожного патрульного. Подойдя ближе, он разглядел их форму и увидел на девятке знак патрульной машины. И чего они хотят?
- Капитан Приходько. Вы кто и куда?
- Вадим Онопко. Работаю в посольстве водителем. А в чём дело?
Капитан съедал глазами работника посольства, и что-то во внешности этого водителя ему не нравилось…
- Что вы делаете в поле с женской сумочкой?
- А это…
Он виновато улыбнулся.
- Не поверите…
Он направил на капитана сумку и тот молнией достал из-за спины револьвер.
- Стоять, сука…
- Что?
- На землю, быстро… Извращенец, хуев…
- Да вы не поняли…
Капитан взвёл курок, и Вадим быстро встал на колени, а потом и лёг. Испытывать судьбу он не хотел. Капитан прижал коленом голову Вадима к земле, а револьвер упёр в район почек.
- Я тебе сука, щас яйца отстрелю, чтоб женские сумочки не любил.
Вадим пытался что-то сказать, но рот был прижат к земле. Ему очень не нравилось, как начался день, но оттого, как он продолжился, он был просто в шоке.
***

Темнота окружила со всех сторон. Наташа перестала плакать. Все звуки вдруг стали такими громкими и отчётливыми, что даже от собственного плача ей стало ещё страшнее. Он сидела на рюкзаке Эдварда, обхватив колени двумя руками, и очень хотела домой. К её Серёжке, прижаться к нему всем телом и выдохнуть. Облегчённо и долгожданно.
Сейчас она глотала высохшим ртом остатки воздуха и слушала темноту. Она надеялась, что вот-вот услышит голос Эда, увидит свет от мобильного и они выберутся отсюда. Как они это сделают, об этом ей не хотелось думать. Как-то выберутся. Всегда должен быть выход. В кино всегда в самый трудный момент появлялся выход. А сейчас очень трудный момент. Ей холодно, у неё болит колено, а дышать становится всё труднее и труднее. Если её сейчас видит режиссёр, то он сразу догадается, что это тот самый момент. Что в эту секунду должен появиться Он. Брюс Виллис или Джон Клуни. Ну, по крайней мере, Безруков. И спасти её. ЭТО ТОТ САМЫЙ МОМЕНТ. В конце концов, все сцены из фильмов берутся из жизни. Пусть они там наматывают другим на уши, но все свои диалоги и идеи они подсмотрели на улице, в супермаркете, на вечеринке, в больнице. Они везде что-то видят. Работа у них такая – видеть всё. И сейчас режиссёр должен её увидеть. Сейчас самая невероятная из реальных историй.
- Эээд - вааард!
Она отчаянно выкрикнула и затихла. Она слышала, как где-то хрустнуло дерево, как упала с потолка капля, как земляной червь вылез из земли прямо возле её ног. Но ничего из того, чего она отчаянно хотела услышать, не хрустело, не капало и не выползало. Она не слышала звуков спасания.
Наташа вытянула затёкшие ноги и упёрлась руками в рюкзак. Спину ломило, хотелось на что-то опереться, но кроме холодной земли и гнилого дерева ничего подходящего вокруг не было. Только сейчас она почувствовала, что всё это время сидела на твёрдом ноутбуке, лежавшем в рюкзаке. Она вдруг вскочила, но затёкшие ноги не выдержали, и она свалилась на землю, ударившись лицом о рюкзак. В рюкзаке могло же быть что-то ценное! Не ноутбук, конечно, но что-то, что хоть как-то могло помочь ей в спасении. Она подтянула ноги к рюкзаку и села. Вынула из рюкзака ноутбук и стала нервно бегать руками в тряпичном брюхе.
- Мама, ну, почему, тут нет моей сумки!? Там же…
Она тянула каждое слово, словно хотела покончить с каждым отдельно. У неё в сумке была зажигалка, а в рюкзаке Эдварда не было ничего, что могло бы ей помочь. Даже сникерса не было! Она вдруг вспомнила, что утром пила лишь кофе, а сейчас уже наверняка вечер, и в животе сразу заурчало. Словно по команде. Словно живот только и ждал сигнала от мозга, что пора бы и накормить меня. Она на ощупь определила, что внутри находилось подзарядное от мобильного, салфетки, их она сразу спрятала себе в карман, перчатки, книга… Лимон! Боже, Эдвард! Зачем тебе лимон? Дурак старый, почему у тебя нет тут фонарика!? Она добралась до внутреннего бокового кармана и замерла. Когда она прощупала через материю карман, в глазах что-то блеснуло. Никто не увидел этот блеск, но она нервно стала дёргать за молнию кармана, а когда та не поддалась, просто вырвала его вместе с куском материи.
- Есть!
На лице вскрылась горькая улыбка надежды. Она вытянула из кармана коробок спичек, которые дают обычно в пивных барах, и потрусила им.
- Сука…
Дрожащими руками открыла коробок и вытянула оттуда две спички… Всего две.
- Блять, блять, блять!
В истерике она метнула в завал коробок, а куда-то в другую сторону полетели две спички. Наташа била руками по ноутбуку и кричала сквозь слёзы. Она не могла поверить, что всё поворачивается против неё. Ни одной подсказки, ни одного, хотя бы маленького, совсем маленького, подарка судьбы. Да ей хватило бы и спичечного коробка. Маленького спичечного коробка. Но полного!
Наташа натянула на холодные дрожащие руки перчатки Эдварда и попыталась встать. Ноги затекли, и она их почти не чувствовала. Тяжело прыгая с ноги на ногу, она топталась на месте, разгоняя по телу кровь. Когда на ноги было не больно становиться, она выпрямилась и щурясь посмотрела на завал. Глаза от усталости закрывались сами, но подойдя ближе и ощупав руками землю, она разглядела довольно крупный, торчавший из завала, конец деревянной балки.
Его нужно откопать. В голову пробрался чёртик надежды и стал безостановочно что-то бормотать. Если балку попробовать растолкать, то может я и раскопаю выход…
Сама идея была настолько дикой, что она сама себе удивилась. Последний раз она брала в руки лопату и приобщалась к земле лет десять назад. Тогда во время субботника в школьном дворе они окучивали ели. Но тогда была хотя бы лопата! А сейчас она держалась руками за балку и слушала чёртика. Ведь надо же хоть что-то делать… Чёртик знал, что говорить в таких ситуациях.
О том, что за ней придут, она даже перестала думать. Ну, кто мог додуматься искать нору в поле!?
Взявшись за конец балки, она повисла на нём и замерла. Балка не двигалась. Напряглась, но не сдвинулась с места. Девушка закрыла глаза и отрешённо выдохнула. Тишина и Темнота взяли её под руки, и опустили на землю. На колени. Упёршись больным коленом в холодную землю, Наташа очень хотела заплакать. Но слёз уже не осталось.
Две внезапно найденных сестры, две самых дорогих и родных подруги гладили её по волосам и щекам, пытаясь успокоить. Они схватили чёртика за горло, а сами тихо, почему-то голосом мамы, заполнили вакуум нежной-нежной колыбельной. Наташа смотрела в глаза мамы и улыбалась. Ей не было так хорошо уже очень давно. Только мама знала самые добрые в мире слова. Только прижавшись у неё на коленях, она чувствовала себя в защите. Муж так не умел. Он знал много правильных слов, ещё больше не правильных, но сейчас ей могла помочь лишь мама. Она гладила её по волосам и щекам и пела колыбельную. Ту самую. Из детства.

***

Капитан убрал колено с головы Вадима, когда в кармане зазвонил телефон. Патрульный надел на водителя наручники и пнул его в бок, чтоб тот вставал.
- Мне ответить нужно. Это важно…
- Ответишь, извращенец. За всё ответишь. Вставай, простудишься…
Вадим с трудом поднялся на ноги и шагнул к капитану.
- Стоять…
- Послушайте… Там в поле колодец. Заброшенный… Туда люди провалились… Я как раз их и ищу… Меня из посольства сюда отправили. Найти их.
Капитан округлил на него глаза, и после паузы хмыкнул.
- Ага… А магнитолу ты наверно для них принёс? Чтоб им там веселее было?
- Какую магнитолу?
- Которую ты для виду из того форда вытянул. Стекло разбил. А в машине ведь девчонка была… Там окурки с помадой остались… Так, что не хрен заливать. Сейчас наряд приедет, быстрее заговоришь. Урод, ты, что закопал её там?
- Господи…
Вадим не мог в это поверить. На нём были наручники! Он был очень доволен, что два года назад его приняли на работу в посольство. Что за всё это время ему пришлось возить очень важных людей. Что, приехав из Житомира простым автослесарем, он стал теперь надёжным помощником консула. Но, что через два года работа приведёт его в Полтавскую область, и на него наденут наручники за подозрение в убийстве девушки... Такого он предположить не мог.
- Послушайте… Оба форда Мондео, это машины посольства. На той, что на трассе стоит, как раз и ехали Эдвард Кирсби и Наталья Ужвий в село Диканька. Но ближе к обеду они позвонили мне и сказали, что машина поломалась.
Капитан прятал обратно револьвер, но застёжка на кобуре никак не поддавалась. Застёжка была из грубой кожи, а руки слегка дрожали.
- Складно. Давай дальше.
- Я сказал, что скоро приеду, но по приезду тут их не оказалось. Я поехал в Диканьку, но и там их не было. А потом, на обратном пути из села я увидел в поле женскую сумочку. А рядом нашёл колодец. Но их не было…
- Ладно… А магнитола?
- Какая магнитола?
- Блять… Зачем ты магнитолу забрал из машины?
Вадим сдерживался из последних сил, но пытаясь не выказывать агрессию, смотрел патрульному прямо в глаза.
- Капитан... Притормози. Это тоже посольская машина. Зачем, мне, водителю посольства, красть из неё магнитолу? Ну, наверно какие-то дорожные отморозки украли. Машина ведь стояла там час, не меньше, пока я мотался в Диканьку.
Приходько повернулся к патрульной машине и болезненно откашлялся.
- Кудлай, вызывай Беркут. Заебался я в Агату Кристи играть.
Вадим в надеже смотрел на патрульного.
- Капитан, будь человеком, дай позвонить, а? Консул сейчас видимо звонил, он обещал милицию и МЧС вызвать. Там люди… Они ведь умереть из-за тебя могут…
- Чё? Из-за кого? Сучара, я ведь и в голову могу дать. А потом скажу, что ты упал. У меня и Виталька свидетель.
- Капитан…
Никто ведь не железный. И Приходько с его десантными войсками и девятилетним стажем в милиции тоже не был железным. Что-то и в его голову пробралось. Какой-то червь сомнения точил его яблоко и мешал трезво и рассудительно думать.
Он подошёл к Вадиму и достал из внутреннего кармана куртки телефон.
- Какой номер?
- Последний набранный. Я последний раз ему звонил.
- Посмотрим…
Капитан нажал на кнопку вызова и приложил телефон к своему уху.

***

Эдвард пришёл в себя, ощутив рядом чьё-то дыхание. Он не понимал, где он и что происходит, но голову вдруг пронзила дикая боль, и он открыл глаза. Сначала в глазах стоял один туман, но с каждой секундой резкость наводилась и возвращала ему зрение. Очков на носу не было, но едва туман рассеялся, он увидел.
Увидел и вздрогнул. В голове снова что-то оборвалось: лопнул сосуд или Гоголь вогнал ему осиновый кол, но вспышка боли снова застелила ему глаза. Полевая мышь тоже вздрогнула и молнией слетела с носа профессора. Два существа встретились на одно мгновение в одной из будущих историй Эдварда и напугали друг друга до смерти. Как минимум, Эда. То, что он был на волоске от смерти, он понимал, даже с раскалывающейся от боли головой.
Его никогда в детстве не били, он никогда сам не лез в драку, и даже нос никогда не разбивал. Во всех историях он всегда был адвокатом. Защитником всех историй. Но сейчас, чувствуя себя побитым, сразу понял, что это кровь. Во рту стоял дерзкий устойчивый вкус. Такое не перепутаешь. Он попробовал пошевелить ногами и руками, но ничего не вышло. В тело словно влили бочку жидкости, всё распухло, и он не мог даже пошевелиться. Голова была засыпана землёй, и любой манёвр приводил в движение земляной парик. Комья падали на глаза, и лишь движениями щёк он мог сбросить их с лица. Ноги упирались в землю, но пошевелить ими он не мог. Он стоял. Спина в районе поясницы чуть прогнулась, но он стоял. Земляной мешок не давал ему упасть.
Эдвард чётко помнил, что бежал по тоннелю, что выкрикивал имя девушки-переводчика и что вокруг было очень темно. Профессор всё это помнил. Он даже вспомнил свою радость, когда узнал последний участок тоннеля, и что скоро придёт на помощь Наташе. Но потом что-то случилось. Он ударился головой о вдруг возникшую перед глазами балку, и всё вокруг исчезло. Сколько он был без сознания, сколько времени прошло, с тех пор, как они сюда попали, и сколько ему ещё осталось, он не знал. Эд до сих пор верил в спасение. Даже стоя во весь рост в какой-то яме или, может, ловушке, и не видя ни тоннеля, ни Наташи. Не ощущая ничего того, что придавало бы надежду. Левая рука была прижата глыбой земли к груди, но пальцами всё-таки удалось пошевелить. Эдвард сделал усилие и попытался вытянуть её наверх. С первой попытки сделать это не удалось, но понемногу руку он всё-таки вытянул. Как же мало нужно было ему сейчас, чтобы суметь почувствовать счастье. Частичку счастья. Он тёр лицо грязной ладонью, и она становилась ещё чернее. Но его маленькому счастью это не мешало. Он почувствовал, что жив. Он чувствовал руку, щупал свое лицо. Наконец то, он чувствовал тепло. В его маленьком теле была кровь, которая тоже хотела жить. В этом они были с ней на одной стороне.
С правой рукой дело обстояло хуже. Она странно изогнулась, и находилась за спиной. Он всё ещё её не чувствовал. В детстве Эд занимался спортивной гимнастикой и умел в такой узел скрутить и ноги и руки, что мама порой закрывала глаза или просто выходила из его комнаты или спортивного зала. А ведь Эдди три года выступал за сборную колледжа. Но с тех пор убежал самый длинный экспресс времени, и хвастаться этим профессору университета, сейчас, в земляном мешке не приходилось. Рука наверняка была сломана. Но, чтобы это узнать, нужно было её достать. А вот этого Эдвард и боялся. Он боялся боли. На одном из соревнований, его подруга Эмма, упала с гимнастического коня и сломала шею. Он не умерла, но осталась на всю жизнь калекой. В тот же день, в больнице, ожидая её у палаты, он решил, что с гимнастикой покончено. Через пятьдесят лет, в землях Полтавской области, стиснув зубы и закрыв глаза, он ухватился левой рукой за правый рукав куртки и аккуратно потянул наверх.
В этот момент навстречу самому длинному экспрессу времени мчался другой самый быстрый экспресс. Ну, тот самый… И на съезде с трассы в сторону Диканьки, они столкнулись. В тело врезались два экспресса, превращая его маленькое счастье в яркую вспышку, и Эд снова потерял сознание.

* * *
- Алло, Вадим?
- Нет, это капитан Приходько…
- С кем я говорю?
Сердце у Джона сжалось, хотя ему показалось, что скорее остановилось.
- А где Вадим? С ним что-то случилось?
- Представьтесь, пожалуйста…
- Джон Малкович, консул Британского посольства… Что с Вадимом?
Капитан ещё спрашивал о чём-то консула, а тот ему раздражённо отвечал. Сержант Кудлай недоумённо глядел, то на капитана, то на водителя форда, и не мог понять, что происходит. Вадим в надежде смотрел на трассу, по которой обгоняя секунды, мчалась машина с красной полосой на боку.

***

Наташа очнулась лёжа на земле. Свернувшись калачиком и дрожа всем телом. То ли какой-то звук в тоннеле вывел её из самого прекрасного сна, то ли колыбельная закончилась, но тишина снова окружила её своей подземной громкостью. Казалось, сон только всё испортил. Иллюзия сна впустила в надувной шар её паранойи ещё больше воздуха, и в груди стало ещё тяжелее. Сколько она проспала, минуту, час или полдня, оставалось грустной загадкой. А ведь она даже не заметила, как уснула. И рукам и ногам было холодно, но подниматься не хотелось. Словно тело нагрело землю, и уже сама земля не хотела отпускать её от себя. Голова лежала на левой руке, а волосы были аккуратно приглажены на одну сторону. В правой руке была зажата салфетка Эда, а в уголках глаз прятались слёзы. Большие и горячие.
Она могла бы лежать так долго. Ей было холодно, но почему-то спокойно. Она могла бы ещё долго слушать истории своих новых сестёр, а время незаметно съедало бы секунды, но Наталья вскочила. Вскочила, словно силы никуда и не уходили. Она стояла на коленях и в отчаянье вертела головой по сторонам. Сзади что-то зашуршало и на мгновенье притаилось. Затем снова, совсем близко, она услышала лёгкое движение и уже сама напряглась всем телом. Дрожащими руками она разорвала салфетку, скрутив из неё два небольших комочка, и плотно вставила в уши. Слышать шорохи было невыносимо. А тот или та, или их даже двое, которые шуршали рядом с ней, сводили её с ума. Дура! Зачем же я выбросила спички! Прижавшись к земле, она стала ощупывать поверхность, аккуратно ведя руками по ямкам и возвышениям. Не пропуская ни одного сантиметра. Возле самого завала она вдруг нащупала спичечный коробок. Тот самый. Пустой. Наташа прижала ладони к губам и попросила. Немного. Она никогда не просила так мало у Бога, но сейчас она просила спичку. Всего одну. В нескольких метрах от неё что-то жило, а ёй самой жить уже не хотелось. Ей казалось, она помнила, куда бросила те две спички и аккуратно, сантиметр за сантиметром продолжила ощупывать землю. Это было и отчаянье, и азарт одновременно. Странный или страшный коктейль эмоций. Скорее, и то и другое.
Когда рука нащупала маленькую деревянную соломинку, она радостно вскрикнула. Бог её услышал. Крепко сжимая коробок, она чиркнула по нему спичкой, и подземный город приобрёл очертания. Направив в глубину тоннеля маленькое сгорающее солнце, Наташа вздрогнула и чуть не затушила спичку. Пламя предательски дрогнуло, но не потухло. В двух метрах от неё лежал крот. Маленький чёрненький крот. Почувствовав свет, он двинулся не вперёд или назад, а почему-то в бок. Наташа облегчённо выдохнула и обернулась к рюкзаку. Если уж слепой крот находит выход отсюда, то я точно найду. Чёртик снова заговорил. Он выждал момент, когда все устанут, и принялся за работу. Спичка обожгла подушечки пальцев и потухла. С новыми силами Наталья взяла в руки ноутбук, открыла его и положила клавиатурой и экраном на землю. Затем стала ногами на ту часть ноута, на которой находилась клавиатура и рванула не себя экран. Ноутбук хрустнул и разломался на две части. Экран она оставила у рюкзака, а массивную часть ноута взяла с собой. Копать ведь чем-то нужно было…
Став на четвереньки перед балкой, Наталья начала свой подкоп, гребя обломком ноутбука под себя. Земля была довольно рыхлой, и получалось у неё неплохо. Если б это оказалась глина, то никакой ноутбук бы не помог. А так, ей хоть в чём-то повезло. Может, режиссёр всё-таки увидел её!?
Однако через пару минут она устала. Глина всё-таки появилась, а половина ноутбука была довольно тяжёлой. Она вернулась к рюкзаку и взяла лёгкий экран. Через пять минут она отложила и экран, и стала подкапывать руками. Перчатки Эда оказались очень кстати.
Силы уходили, как вода из-под рук. Она не дышала, а буквально хватала ртом колючий воздух. Руки ещё машинально цеплялись за холодную влажную глину, но дальше грести она уже не могла. Через десять минут перчатки на кончиках пальцев стёрлись, и каждое движение сопровождалось вспышками боли.
Наташа устало поднялась и опёрлась за выступающий конец балки. Нужно было пробовать. Она взялась за неё двумя руками и, подпрыгнув, поджала ноги. Ожидать приходилось даже самого худшего. Если бы балка не сдвинулась с места, то всё это отбросило бы её в начало такого трудного пути к спасению. Но балка сдвинулась. Наташа приземлилась своим мягким и нежным местом на землю и застыла. Балка опустилась вниз не меньше чем на метр, и остановилась над головой сидящей девушки. Но это было не всё. Земля в завале зашевелилась, и что-то произошло. Почти не заметное.
Наташа заметила. Ей показалось… На мгновенье. Ей показалось, что это сквозняк. Самый натуральный сквозняк. Лучший сквозняк в мире. Самый дорогой и самый желанный сквозняк. Похожий на ещё один день на Земле. Не под землёй, а на… От него веяло жизнью. По крайней мере, надеждой.


Теги:





0


Комментарии

#0 13:22  03-03-2008Роман Казарян    
Интригует. Жду продолжения.
#1 21:02  03-03-2008148han    
зоебал, давай продолжение.

шо бляць за моду взяли?

#2 06:10  04-03-2008Саша Штирлиц    
Вложено много труда, вызывает увежение.

Темнота только не достоверно описана, не оставляет киношное ощущение...Хуярь дальше.

#3 10:59  04-03-2008Дикс    
Отлично!

Так и вижу повесть опубликованной в каком-нибудь литературном журнале.

С нетерпением жду продолжения.

#4 16:16  04-03-2008yurgen    
1. Дикс : Роман Казарян :148han - спасибо

2.Саша Штирлиц - спасибо. учту

#5 10:03  18-03-2008yurgen    
зиндан

Бойству - пьян!

Ты даже респект как-то не искренне показываешь. Как же он может быть ацким. Этот стон - у нас песней зовётся. Ладна, ничего координально менять не буду. Я сам жду, чем закончится.

всёравноспасибо


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
18:44  27-11-2016
: [12] [Литература]
Многое повидал на своем веку Иван Ильич, - и хорошего повидал, и плохого. Больше, конечно, плохого, чем хорошего. Хотя это как поглядеть, всё зависит от точки зрения, смотря по тому, с какого боку зайти. Одни и те же события или периоды жизни представлялись ему то хорошими, то плохими....
14:26  17-11-2016
: [37] [Литература]
Под Спасом пречистым крестом осеню я чело,
Да мимо палат и лабазов пойду на позорище
(В “театр” по-заморски, да слово погано зело),
А там - православных бояр оку милое сборище.

Они в ферезеях, на брюхе распахнутых вширь,
Сафьян на сапожках украшен шитьем да каменьями....
21:39  25-10-2016
: [22] [Литература]
Сначала папа сказал, что места в машине больше нет, и он убьет любого, кто хотя бы ещё раз пошло позарится на его автомобиль представительского класса, как на банальный грузовик. Но мама ответила, что ей начхать с высокой каланчи – и на грузовик, и на автомобиль представительского класса вместе с папиными угрозами, да и на самого папу тоже....
11:16  25-10-2016
: [71] [Литература]
Вечером в начале лета, когда солнце еще стоит высоко, Аксинья Климова, совсем недавно покинувшая Промежутье, сидя в лодке молчаливого почтаря, направлялась к месту своей новой службы. Настроение у нее необычайно праздничное, как бывало в детстве, когда она в конце особенно счастливой субботы возвращалась домой из школы или с далекой прогулки, выполнив какое-либо поручение....
15:09  01-09-2016
: [27] [Литература]
Красноармеец Петр Михайлов заснул на посту. Ночью белые перебили его товарищей, а Михайлова не добудились. Майор Забродский сказал:
- Нет, господа, спящего рубить – распоследнее дело. Не по-христиански это.
Поручик Матиас такого юмора не понимал....