Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

За жизнь:: - Жизнь

Жизнь

Автор: bubastik
   [ принято к публикации 01:07  22-11-2009 | Нимчек | Просмотров: 325]
Жизнь
Часть 1.

Музыка звучала в наушниках. Я сидел в кресле с закрытыми глазами. Тяжелый «металл разрывал мой мозг». Ярость копилась во мне. Я взял со стола нож. Порез, порез еще один.
Рука была вся в шрамах и ранах от постоянных издевательств. Надо приложить что-то к руке, но пока не хотелось, так приятно чувствовать, как кровь пульсирует по руке. Чувствовать, что ты живой. Что ты нужен кому-то, даже самому себе. Я сделал музыку погромче. Голова начала кружиться, видно слишком много крови вытекло. Я взял майку и перевязал раны. Дал крови немного свернуться. Достал из тумбочки йод и залил им руку.
Прилег на диван и заснул. Так сладко спится, под «металл» и боль.

Алексей был примерным мальчиком до определенного момента. Когда ему наступило семнадцать лет, умерли его родители. Они разбились в автокатастрофе. Папа был еще тем лихачом, он врезался в столб на скорости сто девяносто. Их остатки собирали пару часов. В гроб клали не тела, а части. После смертей родителей за воспитания Алексея взялась еврейская община. Леша был евреем. Нельзя сказать, что он был евреем от и до, но его покойная мать была еврейкой. Отец – русским. Община помогала, как только могла. Школа, еда, деньги, квартира. Еврее они такие – своих не бросают.
Он закончил школу и поступил в институт. Общение со сверстниками и вообще людьми у Алексея проходило ужасно, можно сказать оно вообще не проходило. Он всегда таскал с собой книги с фантастикой и читал их на парах. Нужно было где-то устроиться на работу, он хотел независимости от общины. Не то, чтобы, ему не нравилось жить за ее счет или он не любил евреев, нет. Он просто хотел избавить себя от утомительных посещений Синагоги и прочих мероприятий, связанных с иудаизмом. В целом его напрягали все религии мира и не мира тоже. Алексей не был тупым мальчиком, но устроиться на более – менее хорошую работу в восемнадцать лет, было крайне трудно. Макдональдс стал – первой работай. Это лучше чем ничего рассуждал он. Он не будет здесь вечно, во всяком случае, он наделся на это.
Шли годы. Он по-прежнему таскал в институт книги и читал их на парах. Он был уже на четвертом курсе. По-прежнему работал в Макдональдсе. Почти перестал зависеть от общины. Правда, изредка брал у них «пайки» на еду, так как гамбургеры и прочий макдональдовский junk food – ему надоел. А евреи в «паек» клали: рис, гречку, сахар, макароны. Поэтому Леша стабильно раз в месяц ходил в синагогу за новой порцией «пайка». За квартиру он платил сам. Маленькая однокомнатная квартира на окраине города. Жизнь шла. Не так как ему хотелось, но вся его. Он никогда не плакал, что умерли его родители, он не жаловался и не кряхтел, не смотрел на дорогие машины у сокурсников, на стройные ножки сокурсниц, ну и на мужские ноги, он тоже не смотрел.
Он стойко принимал все удары судьбы и держал лицо, как говорится – «Его забрало, было открыто». На работе, как и везде впрочем, к нему относились нейтрально, поэтому продвижения на работе не было. В институте он успевал, но без особого энтузиазма.

Институт закончился. Он получил диплом. Отметил его, покупкой новой книг Сергея Лукьяненко и Перумова. Леша не пил и не потому что на половину еврей, а просто не хотел, да и дорого это было, для его кармана.

Открывая дверь в квартиру, он обнаружил, что в щель был впихнут клочок бумаги, который гласил следующее: Семакин Алексей Борисович, явиться на призывной пункт №3, Центрального Района, по адресу: Константинова 6., в девять утра.

Алексея ждала армия. Денег, чтобы откупиться у него не было. Просить у общины он не хотел, да и зачем? Он решил пойти в армию, отслужить год, получить новые ощущения, новые знания. Надо сказать, что Алексей не был атлетом. Слово спорт – вызывало у него тоску. Никогда в своей жизни он не дрался и тяжелее чем стопку книг не подымал. Такова была его натура. Он был больше похож на половую тряпку, об которую все вытирают ноги. На книжного червя.
Он выехал с квартиры. Все свое имущество отдал на хранение в общину. Там его решение уйти в армию, приняли не очень тепло. Но это был его выбор, им ничего не пришлось, как смириться. Из его имущества были почти одни книги. Точнее огромное количество книг – одной фантастики.

– Семакин?
– Я.
– Специальные войска. Поздравляю.
– Спасибо, – только, что и нашлось ответить у Алексея.

Он был единственным, кто попал в спец. войска. Что это за войска не знал, ни он, ни другие новобранцы которые были на призывном пункте. Все прощались с родственниками. Леша видел, слезы родителей и сыновей, которые обнимались и целовались. Родители просили чаще звонить им и писать. Леша стоял в стороне и наблюдал за всем этим. К нему никто не пришел, он никого не обнимал и его никто.
– Ста-а-а-а-новись!

(продолжение следует)


Теги:





-1


Комментарии

#0 09:13  22-11-2009Швейк ™    
Похоже на начало романа
#1 16:45  22-11-2009bubastik    
Швейк, х.з. как насчет романа. но пару частей сделаю.
#2 18:41  22-11-2009дервиш махмуд    
название продумай. а то Жизнь как-то слишком общо...
#3 23:38  22-11-2009белорусский жидофашист    
продолжай
#4 02:04  23-11-2009Лев Рыжков    
ХЗ. Посмотрим, чо дальше.
#5 07:26  23-11-2009ВеТьма    
нескажу что заинтересовал, но продолжения почитаю.
#6 15:28  23-11-2009Тот самый, кто    
когда ждать продолжения?
#7 15:33  23-11-2009bubastik    
дня 2-3 где-то так. оно уже есть, но надо довести до ума немного.
#8 15:51  23-11-2009Лелька-Бармалелька    
странно, вроде неглупый мальчик, книжки с детства читал и вдруг армия...
#9 15:59  23-11-2009bubastik    
Лелька-Бармалелька, а чего странного то?!

туда берут всех и глупых и умных.

а то, что он умный и в армии это нормально, такого везде полным полно.

уж поверьте

#10 16:18  23-11-2009Лелька-Бармалелька    
bubastik


мне казалось, что умный человек должен использовать мозги ,чтоб туда не попасть, но всякое бывает, согласна, жду продолжения )


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
21:35  12-09-2017
: [4] [За жизнь]
Глуша

-…Ну и жарища. Печет словно в преисподней. Ягода на ветке сохнет. Эх, сейчас бы искупаться. А? Озеро-то вот оно, в двух шагах.
Молодая девица промокнула рукавом рубахи красное, потное лицо, морщась глотнула из крынки теплой воды и перешла к следующему кусту, тёмно-красному от переспелой вишни....
00:57  10-09-2017
: [6] [За жизнь]

осень сжимает время в кулак
ночи длиннее - дни короче
реже на озере, медный пятак
солнца багрового, Господи мочит

ветер неистовый, мусор из куч
вновь разметает как выпивший дворник
чьё-то письмо словно солнечный луч
падает птицей на мой подоконник

почерк и адрес до боли знаком
кто-же из ящика выбросил письма
он хоть и хрупок, но под замком....
Закатно. Рождаются планы, пути отрезок
нам видится перспективою - время грезить,
и невзирая на то, что плетут нам парки,
надежды таить и бесцельно блуждать по парку.
Затактно. Не звука печать, но приход мессии –
подкорковая динамика амнезии,
нас ветер листами по чистому полю гонит –
мы странны, местами - нам есть, что вспомнить....
Как ночь тиха, как будто ты в утробе
Как будто ты не здесь, а где-то там
Как будто то затаился кто-то в гробе
Как ток волшебный, что по проводам

Ты всем невидим - пьян, раздавлен, брошен
Распластан средь удушливой листвы
И кто ты, никогда уже не спросят
Никто не позовет из темноты

Припухший нос, разбитое колено,
Растерзанность как вырванный контекст
Всю жизнь предрасположен к переменам
Вся жизнь как недоразвитый протест

Лежит мужик в кусточках возле речки
...
Двадцать три года назад, летом 1994 года я несколько уже месяцев пребывал под следствием на «Матросской тишине». Не помню уже наверное того летнего месяца, когда в битком набитой народом тюрьме началась эпидемия дизентерии, но она началась. Поумирало огромное количество народа....