Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

ИстФак:: - Колдун Петра Великого (продолжение)

Колдун Петра Великого (продолжение)

Автор: Платон Сумрaq
   [ принято к публикации 19:46  22-05-2011 | я бля | Просмотров: 851]
II. ПАТЕНТОВАННОЕ БЕССМЕРТИЕ ФРЕДЕРИКА РЕЙСХА

- Так почему Вы выбрали это место?
- Потому что мертвые — лучшие советчики.
- В каких вопросах?
- В вопросах, стоящих перед живыми.
- И что они советуют?
- Только одно — жить!
Теннесси Уильямс

Петр I впервые в истории России отправился за пределы страны с так называемым Великим Посольством. Вместе со свитой и обслугой в его состав входило более двухсот пятидесяти человек. Официально посольство возглавлял генерал-адмирал Франц Лефорт, честолюбивый швейцарец, ставший волею судьбы любимцем царя, человек светский и галантный, знавший европейские нравы и обычаи. Фактически же руководил всей деятельностью послов сам царь, ехавший инкогнито, в качестве унтер-офицера Преображенского полка Петра Михайлова. 15 марта 1697 г. посольство тронулось в путь из Москвы.
Послы намеревалось искать в Европе союзников в борьбе против Турции и Крымского ханства. Но, в первую очередь, русские намеревались ознакомиться с политической и культурной жизнью Европы, с ее нравами и ремеслами, воинским искусством. Сам царь планировал ознакомиться на Западе с кораблестроительным мастерством и морской наукой, а также с самыми разнообразными сторонами европейской жизни, которые должны были попасть в поле его зрения. В.О.Ключевский писал, что Петр «ехал за границу не как любознательный и досужий путешественник: чтобы полюбоваться диковинками чужой культуры, а как рабочий, желавший спешно ознакомиться с недостававшими ему надобными мастерствами: он искал на западе техники, а не цивилизации.» Тем не менее, уровень его знакомства с жизнью европейских стран вышел далеко за рамки притязаний подмастерья-недоучки.
Брюс выехал из Москвы значительно позже посольства: Петр уже летом был в Голландии, а Брюс только в декабре приехал в Амстердам. Одно из писем Петра к Ромодановскому в это время касается житья-бытья Якова после отъезда послов из Москвы: «Зверь! Долго ль тебе людей жечь? И сюда раненые от вас приехали. Перестань знаться с Ивашкой (Хмельницким, то есть, проще говоря, пьянствовать — авт.). Быть от него роже драной». «Раненым» этим был Брюс. Некоторые исследователи на основании этого письма делают вывод, что по какой-то причине Брюс подвергся пыткам в Преображенском приказе. Но, скорей всего, оставшиеся на хозяйстве в России Ромодановский сотоварищи действительно несколько месяцев обретались в беспробудном пьянстве, и Брюс «по пьяной лавочке» вступил в конфликт с Ромодановским. Не следует забывать, что в тогдашней России слыхом не слыхивали о дуэлях, и все вопросы, которые между западноевропейскими дворянами решались при помощи удара шпаги или выстрела, у нас улаживались кулаками. Велик ли был урон для чести? Едва ли. Для здоровья? Так ведь это смотря с кем схватишься. Ромодановский был весьма привычен к поединкам кулачным, а, может, и подручные помогали. Причем досталось Якову крепко: по всей видимости, со следами свойского обхождения князь-кесаря он так и явился в Амстердам.
Самоуверенному князь-кесарю не составило большого труда дать ответ на послание царя. «В твоем же письме, — без тени сомнения писал Ромодановский, — написано ко мне, будто я знаюся с Ывашкой Хмельницким, и то, господине, не правда: некто к вам приехал прямой московский пьяный, да сказал в беспамятстве своем. Неколи мне с Ывашкою знаться — всегда в кровях омываемся! Ваше то дело на досуге стало знакомство держать с Ывашкою, а нам недосуг! А что Яков Брюс донес будто от меня руку обжег, и то сделалось пьянством его, а не от меня». Петру ничего не оставалось другого, кроме как завершить спор успокоительным письмом: «Писано, что Яков Брюс с пьянства своего то сделал; и то правда, только на чьем дворе и при ком? А что в кровях, и от того, чаю, и больше пьете для страху. А нам подлинно нельзя, потому что непрестанно в ученье».

Вряд ли стоит вспоминать хрестоматийные сюжеты о царе-плотнике, вкалывающем на саардамских верфях. Все это сотни раз описано. Поговорим лучше о научно-познавательной стороне поездки, тем более что это поможет нам понять становление характера и интеллекта Якова Брюса.
Хмель от московских попоек и драки с князем-кесарем уже давно покинул голову нашего героя, но пьянили новые впечатления, навстречу которым открыл свое сердце молодой полковник. Проезжая через города и деревни Польши и Германии, он жадно впитывал все увиденное и услышанное, алчно ища знаний. Жизнь в Немецкой слободе по сравнению с настоящей европейской казалась прозябанием в пряничном домике. А здесь все было внове, все было в диковинку и все-таки этого было еще недостаточно, надо было еще учиться и учиться. И Брюс был готов это делать.

Мы с большой долей уверенности можем говорить, что в путешествии и Брюс и Петр видели по большей части одни и те же достопримечательности, да и заинтересовать их могло практически одно и то же.
В России к тому времени уже создавалась сеть аптек, находившихся в подчинении Аптекарского приказа под руководством А.А.Виниуса. Московская аптека являлась во многом своего рода прообразом будущей петровской Кунсткамеры, где собирались разнообразные травы, препарированные чучела животных, другие «антиквитеты и куриозности». Различные европейские музейные собрания того времени (все те же кунсткамеры) были, по сути дела, бессистемными скоплениями всех мыслимых раритетов: картин, дворцовых сокровищ, анатомических препаратов, оружия и т.д., только в гораздо более крупных размерах, нежели в Москве. Поэтому наряду со старинными соборами, оружейными арсеналами, дворцами и парками кунсткамеры и подобные им собрания стали основными объектами внимания русских путешественников.
В Голландии в первую очередь интерес царя и его спутников был привлечен собраниями научных приборов, китайских безделиц, ост-индских раритетов, этнографическими и археологическими редкостями. В Амстердаме русские путешественники, в частности, посетили так называемый Гортус Медикус (медицинский сад) — сад лекарственных растений и животных препаратов; на подворье ост-индской компании любовались дрессированным слоном; в Делфте царь долго беседовал со знаменитым биологом ван Левенгуком; в Лейдене не остались без внимания ни анатомический музей, ни ботанический сад, ни этнографические коллекции. Петр со своей свитой устремлялся на лесопильни, в типографии, на мельницы. Он учился владеть столярными инструментами, брал уроки рисования и гравирования по меди, приобрел инструменты для удаления зубов. Вся эта калейдоскопическая смена впечатлений и познаний едва ли могла составить четкую систему в уме царя, но его спутники по возможности стремились не отставать от своего повелителя. Правда, и их хватало далеко не на все. В Лейденском анатомическом театре, видя скривившиеся брезгливые лица своих приближенных, Петр заставил их по очереди кусать зубами труп, приготовленный для препарирования. По-видимому, незапланированное появление Брюса в составе посольства и было вызвано тем, что он был, пожалуй, единственным, кто мог извлечь максимальную пользу от хаотичных набегов царя на достопримечательности.

Более всего в Амстердаме внимание охочего до диковинок царя и его спутников привлекло собрание знаменитого голландского анатома Фредерика Рюйша (Рейсха), в которое входили не только препараты различных животных и насекомых, но и людей, обрамленные изящными латинскими надписями и цветами, скоплениями морских раковин и живописных изображений. Талант Рюйша-препаратора заключался в том, что он умел сохранять как на отдельных частях тела, так и на целых телах естественный цвет кожи. Один из спутников Петра отмечал: «Видел 50 телец младенческих в спиртах от многих лет нетленны. Видел мужеское и женское четырех лет возраста нетленны и кровь знать, глаза целы и телеса мягки, а лежат без спиртов… Видел также кожу человеческую выделанную, толще бараньей». В коллекции Рюйша были представлены несколькими препаратами все стадии развития человеческого эмбриона. Впервые посетив собрание Рюйша, царь был настолько потрясен увиденным, что, не удержавшись, поцеловал в губы труп ребенка.

Между Москвой и Амстердамом вскоре завязалась оживленная переписка. Так, в 1701 г. от знаменитого анатома пришло письмо, фрагменты которого, по причине их показательности для всей этой околонаучной истории, мы и воспроизводим (в переводе XVIII века):
«Профессор Фридерикус Рюйш желает царскому величеству всякого здравия и многолетия… послал я к вашему царскому величеству: 1) вельми удивительную ящерицу с острыми чечуями; 2) малый лигван, имея зеленое брюхо из западныя Индеи; 3) рыбка из острова Каракуас, имея черное пятно на хвосте; 4) двоеглавную змию оттуды ж; 5) восточной Индеи сверчок; 6) выпороток рыба Гай, Каракауса ж острова; 7) золотой жучек из шпанских западных Индей; 8) вельми удивительная птица из восточныя Индеи; 10) еще ящерица; 11) две змеи из восточныя Индеи.
Ныне же есть мое униженное прошение, дабы вы, всемилостивейший государь, изволили обещание свое напамятовать по своей записке в памятной книжице и прислать мне две человеческих кожи выделанные — их гораздо бо желаю. А я потщуся вашему царскому величеству по вашему желанию и еще таких же удивительных вещей обрати… Желал бы аз, дабы к нам прислали всяких жучков, прузии, великия мухи, оводы, дивныя лягушки, змии, крысы, белки летучия и иные зверки в хлебном вине; также всякия маленькия рыбки, длиною с перст до пяди… Сим кончаю и остаюся вашего величества покорнейший раб Фридерикус Рюйш. Писано из Амстердама, июля в 16 день 1701 году».
«Вызывающая противоречивые чувства „художественная“ экспозиция, где выставлены настоящие человеческие тела, с которых снята кожа, чтобы было видно анатомическое строение, оказалась настолько популярной среди немецкой публики, что организаторы решили продлить ее еще на месяц… Экспонаты — тела, с которых сняты кожа и жировой слой, чтобы были видны кости, органы, нервы и мышцы, выставлены в разных позах, например „за шахматами“ или „на пробежке“. Одна из них — беременная женщина с распоротым животом, в котором виден пятимесячный плод, который она носила… „Изобретением“… автора выставки… является замена в теле воды и жиров силиконом и полиэстром. После подобной процедуры тела становятся „сухими и без запаха“ и выглядят абсолютно естественно».
Вышеприведенный пассаж не имеет, дорогой читатель, ни малейшего отношения ни к Лейденскому музею, ни к анатомическому театру Рюйша. Цитата взята нами не из околонаучного трактата XVIII века, а из московской газеты 1998 года (Капитал, 11-17 февраля 1998 г., с.32). Так в современной Германии увлекающиеся натуры делают современной былью предания трехсотлетней давности. Начиная с 1998 г. победное шествие трупоглядства в Западной Европе не прекращается. Выставка переезжает из страны в страну, собирая толпы созерцателей и десятки желающих завещать свои тела для экспонирования. По иронии судьбы, Россия и триста лет спустя опять оказалась втянута в это дело, на сей раз чередой судебных разбирательств, связанных со скандальным экспортом трупов для немецкого «доброго доктора».

Посетив Амстердам в 1717 г., Петр купил у Рюйша его знаменитый кабинет, а также и способ бальзамирования трупов. Рюйш долго торговался. «Не думайте, — жаловался он царю, — чтобы мне было легко дойти до открытия моего способа: ежедневно вставал я в четыре часа утра, тратил все, что получал, и перебрал до тысячи трупов не только людей, недавно умерших, но и таких, которые были уже покрыты червями, отчего мог схватить опасную болезнь». По легенде, в конце концов, он скостил цену, с условием, что Петр один будет владеть этим секретом. Но царь нарушил данное обещание, сообщив тайну своему лейб-медику Лаврентию Блюментросту (который, кстати, был учеником Рюйша), а с его легкой руки секрет в конце концов сделался общедоступным. За несколько тысяч лет до того, как царь Петр в припадке восхищения поцеловал безымянный детский трупик, ловкими руками препаратора лишенный естественного биологического права сгнить в сырой земле, египетские жрецы в совершенстве владели зыбким секретом безмолвных мумий. Не тогда ли, в Рюйшевом кабинете, Петр впервые задумался о собственной мумификации? Не тогда ли впервые отдал поручение Брюсу вплотную заняться изучением бальзамирования? Как всякий уважающий себя абсолютный владыка, он был не прочь соприкоснуться с бессмертием…

Еще в 1697 г. Рюйш обращался к Петру с просьбой прислать ему несколько кож. Виднейшие ученые-анатомы той эпохи были абсолютно уверены, что пояса из выделанной человеческой кожи служили средством против истерии, судорог и эпилепсии. Откуда брались человеческие экспонаты и пояса из человеческой кожи? Материалом для них служили тела казненных преступников. А название «анатомический театр» еще и на протяжении почти всего XIX века понималось буквально, и зеваки приходили поглазеть на вскрытия с таким же интересом, с каким отправлялись в оперу или на премьеру комедии. Спутник Петра сообщает, что они, посещая Лейден, "… были все в академии, в саду ее и в анатомии, которая в кирхе; тут видели кости совокупленные вместе казненных людей обоих полов, которые одеты зело смешно, а сидят на всяких зверях. Некто иностранный, видя столько воров, разбойников и убийцов в том театре анатомическом, сказал из Евангелия: что церковь была храмом молитвы, а сделали ее вертепом разбойников". В Лейдене на скелете осла сидел скелет женщины, убившей свою дочь; на скелете быка сидел вор, еще один молодой вор висел повешенным. В этом городе Петр познакомился со своим будущим лейб-медиком, племянником знаменитого эскулапа Готфрида Бидлоо Николасом, который имел впоследствии возможность услужить царю изготовлением набальзамированного чучела его любимой собачки Лизетты.
Всех диковинок, увиденных русскими в Голландии, не перечислить. Петр успевал осматривать музеи, позировать художникам, обучаться ремеслам, нанимать специалистов, закупать анатомические препараты и восточные редкости, осматривать коллекции картин и монет. Значительная часть осмотренных Великим посольством коллекций была приобретена для организации Кунсткамеры в Петербурге двадцатью годами позже, между Россией и Голландией был организован активный обмен препаратами и растениями, раритетами и художественными ценностями.
Посещение Голландии оставило неизгладимый след и в судьбе Якова Брюса. Позже он прославился, как знаток и собиратель старинных рукописей, монет, восточных редкостей и всевозможных прочих диковин.


Теги:





-1


Комментарии

#0 23:06  22-05-2011херр Римас    
ну тут болше школное сачинение какое, за кое тройку с минусом вьибать нада.Хуйня кароче, но ты хуярь еще афтор.
#1 00:50  23-05-2011Ящер Арафат    
не осилил, хотя старался
#2 13:24  23-05-2011Шева    
Как бы и неплохо, но не формат. А чтобы верно оценить, надо быть в теме.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
18:51  30-11-2017
: [8] [ИстФак]
Войне конца не будет никогда.
Вы, миролюбцы, речи эти бросьте!
До сей поры копателей орда
На этот свет выуживает кости

А это знак, что где-то на врага
Идут бойцы с гранёными штыками,
Что Сталинград и Курская дуга
Пока ещё не выиграны нами....
09:15  01-11-2017
: [14] [ИстФак]
Из фактов сложились архивы традиций.
Из мелких делишек сложилась эпоха.
История - дама в корсете из фикций.
От смены давления власти ей плохо.

Герои и боги грешили немало.
Величие — это лишь глюк психотропа.
В Америку, словно в обитель, бежала,
От крови людской обезумев, Европа....

Средь болот тишина и извечный покой
Над дорогой туман ядовит
Словно аист с отсреляной в детстве ногой
Указатель деревни стоит

Над часовней застыл перекошенный крест
Здесь давно не бывало косцов
За столетье не умер никто, не воскрес
Одиночество давит свинцом

Где вы деды сгоревших как свечи дедов?...
Давным-давно, когда юн был свод небесный, здесь высадили Лес.
Среди ныне обретающихся в его окрестностях людей вряд ли отыщется человек, в должной мере осведомлённый об истории Леса. Сфотографируются иной раз на его фоне стайки туристов или придёт молодёжь, пошумит и уйдёт, оставив после себя кучку пепла да склянки....
17:41  18-08-2017
: [10] [ИстФак]
В России происходят по ночам,
что революции, что половая ебля.
Вот в Англии, к примеру, в тот же час
Холеное еблище бдит констебля.

То Англия дождливая, а тут
особый путь; безумный и поддатый.
Поэтому во тьме всю ночь ебут
кого-то, почему-то и куда-то....