Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Конкурс:: - 37 часов драйва (на конкурс)

37 часов драйва (на конкурс)

Автор: Mika
   [ принято к публикации 13:44  29-02-2012 | Илья Волгов | Просмотров: 598]
У меня подвиг не то чтобы подвиг, то есть не для общественности, а, скорее, для себя, личный. Давно хотела записать эту историю, а тут ваш конкурс – как по заказу.
Заранее извиняюсь за то, что много букв, сокращала, как могла.

Стоял идиллический майский вечер. Со всеми необходимыми атрибутами – нежной молодой листвой, заливистыми трелями птах, тугим и сладким весенним воздухом, напоенным ароматом цветущей сирени.
Мы отмечали 28-й день рождения лучшей подруги дней моих суровых, разместившись в ее любимом ресторане. Было нас четверо: Машка, виновница торжества; Ариша, наша с ней общая институтская подруга; Ирка, подруга Маши по работе, и я.
Машка была тотально пьяна и настроена решительно. У нее как раз наступил период пьяной бычки, и она блуждала взглядом по сторонам, выискивая жертву. Ирка с Аришей потихоньку собирались по домам. Я скучала.
Мой тогдашний сердечный друг Женя три дня назад улетел в город Касли Челябинской области, праздновать тридцатилетие школьного друга. Улетел в компании еще одного школьного друга, и теперь им троим там, в далеких и загадочных Каслях, было явно весело, судя по отрывочным смс-кам. А я скучала по нему. Ну, и немного по шампанскому, которого сама себя лишила, приехав зачем-то за рулем.
«Скучаю», — добросовестно отбила я смс.
«Так приезжжжжжай», — незамедлительно последовал ответ.
«Ага, уже еду. Как там, сурово, в Челябе?» — осведомилась я.
«Ботинки шнуруют арматурой. Приезжай, сама посмотришь!» — несмешно шутил мой непросыхающий третьи сутки друг.
- Так, я не поняла. Ты что, пришла в телефон потыкаться? – с наездом начала Машка. Видимо, жертва определилась. – Тебе что, может быть, скучно с нами?
- Маш, а поехали в Челябу. Там шнуруют арматурой, а тут гламур, – сказала я, и решила выпить бокальчик шампанского. Все равно домой еще не скоро, выветрится, убедила я себя.
-в Челябуууу? Оооо!.. А поехали. Только вот поехали. И только вот попробуй, Вика, не поехать. – Машка смотрела на меня, опасно прищурившись.
- Ха-ха, очень смешно.
- Так и знала, что ты сольешься, – с крайним презрением процедила Машка. – вот так и знала!
- Ты чего, на слабо меня берешь? – изумилась я. Шампанское моментально поддержало меня изнутри. – Поехали!
- Девча, вы чего? – округлила на нас глаза благоразумная Ариша. – Вы шутите, надеюсь? Куда ехать собрались? И, главное, на чем?!
- На Тобике, на чем же еще, — небрежно ответила я.
Мой верный Тобик, маленький железный друг породы Гетц, преданно ждал меня на улице. Мы с ним практически никогда не расставались. После этой истории он стал и вовсе членом семьи, и я твердо решила, что никогда его не продам.
-На Тобике?! Да вы ебанулись? Ира, скажи им!
Ирка сидела молча и с интересом наблюдала за развитием событий. У Ирки очень большие красивые сиськи, и иногда мне кажется, что они немного замедляют ее мыслительный процесс.
- Ира, ты едешь с нами! – безапелляционно заявила Машка.
- Не пущу вас никуда! Рехнулись! Вы хоть знаете, сколько туда ехать?! И как?! Права есть только у Вики! – истерично запричитала Ариша.
- А сколько туда ехать? – заинтересовалась я.
- Две тыщи вроде, — вальяжно ответила Машка.
- Пф, две тыщи! Ну, допустим, едем мы сто км в час… это двадцать часов. Да завтра после обеда уже приедем! Максимум сутки! Поехали! – азарт уже кипел у меня в крови.
- Девки. Вы дуры. У вас нет даже карты. Вы никогда никуда не ездили дальше, чем 200 км от Москвы. У вас, небось, и денег нет. И что там еще надо для поездок. Компас, саперная лопата. Насос. Какой-нибудь бензин и масло. К тому же, у вас нет ни одного мужика. Вы на каблуках и в платьях. Окститесь, пока не поздно. – увещевала Ариша. – Я, конечно, всегда знала, что вы дуры. Но не настолько же! А что вы будете делать, если тупо проткнете колесо?!
- Дальнобойщика тормознем, — уверенно ответила я. – Ирка, пошли до банкомата, посмотрим, сколько у нас наличности. И купим по дороге карту.
- Я подожду вас на газоне возле Тобика! – умильно махнула нам вслед именинница, и действительно разлеглась на травке.

И мы поехали.
Карту мы с Иркой так и не купили, поэтому на пути по МКАД у меня возник резонный вопрос:
- А кто знает, как туда ехать?
- Вроде бы по Волгоградке… Там когда в область со МКАДа сворачиваешь, знак какой-то про Челябинск сверху висит, — раздалось с заднего сиденья, куда я погрузила два веселых нетрезвых тела.
И действительно, свернув на Волгоградку, я увидела, как над нами проплыл огромный щит: «ЧЕЛЯБИНСК – 2000 км».
«Выезжаем! Ждите!» — бодро отстучала я на мобильнике, и прибавила газу.
Надо сказать, начиналось все очень бодро и весело. В приливе бесшабашной храбрости мы даже докинули до Рязани какого-то автостопщика, который голосовал на дороге в сгущающейся темноте. На заднем сиденье барышни распивали пиво, хрустели чипсами, смеялись и травили байки. Вскоре, впрочем, оттуда донеслось сопение и даже всхрапывание – мои пассажирки уснули. Рассвет я встретила в одиночестве – где-то в пятом часу утра над дальней кромкой леса невыносимо красиво начал всплывать огромный раскаленный апельсин солнца…
Утром следующего дня начались бесконечные остановки – «пить», «писать», «кушать», «размять ножки» и тд. К тому же, дороги никак не позволяли ехать все время сотку. Становилось понятно, что мы сильно выбиваемся из графика. Мы с Машкой позвонили бывшим мужьям, с которыми оставили детей на время застолья, и сообщили, что дети поживут у них еще немножко. Потом все трое отзвонились на работу – я попросила задним числом оформить мне отпуск на недельку, благо, начальство у меня понимающее. Машка долго слушала истерику своего директора Кости, после чего раздраженно выкрикнула в трубку: «Костя, отъебись! У меня день рождения, в конце концов, и я еду в Челябу!», и на нерве уронила телефон в стаканчик с кофе. Ирке пришлось просто «заболеть».
Где-то в полдень, проезжая Жигулевск, мы вдруг увидели огромнейшую дамбу, перегораживающую Волгу. От монументальности сооружения натурально сперло дыхание. Переполняемая желанием поделиться увиденным, я позвонила Женьке, который уже должен был проспаться после вчерашних возлияний.
- Жек, тут такоеее!!! Ооо!!! Водохранилище! Волга! Дамба! – я не могла найти слов.
- Где тут? – хрипло просыпался Евгений.
- Да мы ж едем к вам! Я ж тебе говорила! Хватит спать! Давайте уже готовьтесь нас встречать, к вечеру будем!
- Слушай, ну хватит прикалываться, не смешно уже.
- Жень, да мы правда едем, ну! Уже полпути проехали.
Молчание на том конце провода затянулось. Потом телефон взорвался криком.
- Ты че, совсем умом тронулась?! Ты что, серьезно, что ли?! Куда ты, блять, едешь? В какой Челябинск?! Ты соображаешь вообще, КУДА ты едешь?!
- А что такое? – я даже опешила. – В чем подвох? Ну, устану, посплю в машине. Чего ты орешь?
- Да ты никуда не доедешь! Три бабы-дуры! Одни в машине! Да вас убьют, порежут, ограбят, изнасилуют, ты чего творишь! Ты вообще дорогу знаешь? Как ты поедешь без карты? Срочно разворачивайся и обратно в Москву!
Я оскорбилась.
- Сволочь ты, Женя! Мы едем к вам, нам весело, у нас приключение! Мы, как были, из ресторана рванули! А ты орешь! Да иди ты лесом! Сами доедем, как-как — по указателям, уже половину проехали, и никуда я разворачиваться не собираюсь! Мне теперь что в Челябу, что в Москву – одинаково, и я поеду в Челябу!
Я бросила трубку и разревелась. Девки мои растерянно молчали.
- Так, ладно, не реви. Щас позвоню в Челябинск, там у нас друг семьи живет, поедем к нему, – Машка первая пришла в себя. – А Женя урод и пошел в жопу.
- Правда, Вик, чего ревешь, в самом деле? Поехали дальше! На, орешков поешь. – Ирка протянула мне пачку.
И мы двинули дальше.
В это время в Каслях Вадим, Женькин друг, выкушивал на кухне устреннюю чашечку кофе, листая автомобильный журнал. В дверях появился бледный и нервный Евгений.
- Слышь, Вадь, они едут, — сдавленно сообщил он.
- Пиздят. – спокойно припечатал флегматичный Вадимба, и перевернул страницу. – Вот такую машину себе хочу, — он ткнул пальцем в роскошный спорткар, украшающий журнальный разворот.
- Вадимба, сссука, они ПРАВДА едут.
Вадим поднял от журнала кудрявую голову.
Через час они с Жекой уже сидели, обложенные картами местности, телефонами, коробками пива, ворохом цветов и ящиком шампанского, купленного нам на приезд.
К вечеру, ведомые по телефону друзьями из Москвы и Каслей и переполненные впечатлениями от немыслимых происшествий и казусов, описать которые не хватит и романа, от необъятности нашей Родины, непостижимого запустения российской глубинки и живописности башкирских степей, мы подъезжали к Уфе.
Смеркалось. Я устала, в глаза как будто насыпали песок. Девчонки несколько раз предлагали остановиться в каком-нибудь мотельчике и поспать хотя бы несколько часов, но я понимала, что если усну – проснусь только через сутки. К тому же, во мне включилось баранье упрямство – мне непременно надо было доехать до Челябы, сегодня.
- Маш, ну чего, долго нам осталось? До ночи доедем? – спросила я у штурмана.
- Нуууу, может, и доедем. Щас только горы перевалим. А там уже Златоуст, а оттуда вроде совсем близко.
Я очень строго уставилась на подругу.
- Какие горы, Маша? – тихо и аккуратно спросила я.
- Как какие. Урал. Вон уже виднеются.
Урал действительно виднелся. Совершенно неожиданно для меня. Я в который раз пожалела, что история с географией у меня в школе не очень складывалась.
- Ехать в горы в ночь – это уже совершеннейший бред, — пискнула Ирка с заднего сиденья. – Давайте ночевать. Вике надо поспать.
- Нет, мы поедем, — уперлась я.
- Мы, между прочим, жить еще хотим, — корректно намекнула Машка. – А ты за нас отвечаешь. Уснешь за рулем, свалимся в пропасть с горы.
- Я в первую очередь за ребенка своего и твоего отвечаю, поэтому не ссать, доеду, — твердо заявила я. – Кто не поедет, может выйти тут и добираться поездом или автобусом.
Никто не вышел, и мы поехали в горы.
Это было уже не смешно, на самом деле. Я не могла ехать быстрее 30-40 км в час, потому что стояла кромешная тьма, по разбитой дороге сплошняком тянулись тихоходные фуры, а мои уставшие глаза были в состоянии следить только за тем, чтобы до следов белых разделительных полос по краям Тобика оставалось примерно одинаковое расстояние. Внутри все собралось в стальную пружину, руки срослись с рулем, километровые столбы проплывали мимо мучительно медленно. Девчонки тоже, чувствую, напряженные сидят, сна ни в одном глазу, развлекают меня разговорами, не дают уснуть. Надо отдать им должное – не ныли, не гундели, мозг друг другу не выносили.
Мы выучили все сигналы дальнобойцев – сначала долго не могли понять, зачем они мигают поворотником вправо, когда справа гора, потом поняли, что это нам знак, что можно обгонять. Правда, обгонять по встречке не было сил и желания, поэтому тащились не спеша. Где-то посреди перевала остановились – барышни пожелали скушать по беляшу. К горе прилепилась крохотная сараюшка-кафешка, на пятачке перед ней стояла пара фур.
Мы зашли внутрь, Машка с Иркой пошли к кассе, я ждала их у двери. В кафешку ввалились три дальнобойщика – как с картинки сошли, огромные, бородатые, угрюмые мужики, пахнущие совсем не французским парфюмом. Один из них мрачно уставился на меня. Я вспомнила Женькину истерику, вспомнила, как легкомысленно мы выглядим, и мне стало не по себе. «Если чего-то боишься – надо идти навстречу», напомнила я себе, и защебетала:
-Здрасте, извините, а Вы – дальнобойщик? А Вы не подскажете, доедем мы до Челябинска? – задала я идиотский вопрос.
На лице мужика не отразилось ни одной эмоции. Он продолжал молча исподлобья осматривать меня.
-Так доедем или нет? Или лучше поспать в машине, как думаете? – я включила дуру по полной.
- Сколько за рулем? – процедил мужик.
-Чуть больше суток.
-Одна или со сменой?
-Одна, прав ни у кого нет больше.
-На чем едешь, на этом? – мужик пренебрежительно мотнул бородой в сторону сиротливо стоящего среди фур крохотного Тобика с регионом 97 на номерном знаке.
-Ага. На нем.
-Не доедешь. – вынес вердикт дальнобоец, и сел за стол.
-Ага, ну ладно, понятно, спасибо! – я потащила девок к выходу.
-Слышь. Поспи лучше часок, полегчает, — бросил вслед мужик. В его голосе я расслышала одну шестнадцатую теплоты.
-Спасибо большое! Вам счастливого пути! – мы убрались из кафешки и дунули дальше.
-Фух, ну вот, и совсем они не страшные, эти дальнобойщики! – успокаивала я себя, сидя в таком безопасном Тобике.
Правда, потом, где-то посреди ночи, две фуры зажали Тобика между собой, и мы долго тащились так, на скорости не больше 10 км в час, по безлюдной горной дороге… Когда я пыталась вырваться и обогнать, мне не давала передняя фура – чуть подавала влево. Если я хотела притормозить и остановиться, задняя фура чуть ли не подталкивала Тобика в бампер… Ехали мы так где-то полчаса, а потом обе фуры свернули на стоянку. Что это было, мы так и не поняли. Состояние было такое, что уже, в общем-то, и все равно. Отпустили, и хорошо.
Под утро, ко второму рассвету, у меня начались галлюцинации. Листва на дерекьях вдоль дороги вдруг раскрасилась пестрыми цветами – как будто развесили разноцветные праздничные флаги. Засмотревшись на это чудо, я не заметила гаишника, который одиноко стоял у пустынной обочины. Гаишник почему-то был с собакой. Проехав его немного, я затормозила и свернула на обочину.
- Ты чего? – спросила Машка.
- Так гаишник же останавливает, — ответила я ей.
- Где? – Машка покрутила головой.
Я обернулась. Дорога в обе стороны была абсолютно пуста. Только полотно трассы, деревья по краям, и мы.
Ирка в первый и последний раз запаниковала. «Быстро спи, я с тобой дальше никуда не поеду! И делайте со мной, что хотите! Высаживайте!» — верещала она.
Но тут мы увидели совершенно сюрреалистичный дорожный знак. Вернее, не знак, а целое табло с внушительным куском текста. Весь его мы прочитать не успели, уяснили только, что где-то неподалеку то ли зона, то ли психушка, то ли два в одном. Водителям не рекомендовалось останавливаться на этом отрезке пути.
-Ира, ты все еще хочешь выйти здесь? – спросила я.
-Нет. Я даже в туалет уже не хочу, — быстро ответила Ирка. – Поехали скорее.
В Касли мы въезжали часов в 7 утра. Окружающий пейзаж очень логично венчал наше путешествие. Мы как будто попали на 20 лет назад, в самый что ни на есть Советский Союз. Серые здания с серпами и молотами. Статуи Ильича. Коммунистические лозунги на крышах зданий. Серые люди, серыми струйками вливающиеся в серую заводскую проходную. Завороженные, мы немного покружили по этому крохотному островку из прошлого, а потом позвонили Женьке с Вадимбой, которые уснули над картами где-то в три ночи, когда у нас в горах пропала связь.
- Встречайте! – бодренько проанонсировала я, и на полную громкость включила тематическую песнь, которую мы подготовили заранее:
«Летящей походкой ты вышла из мая…»
Выходили мы из Тобика не совсем летящей походкой, но все же самостоятельно.
- Вика, ты не человек, — в один голос твердили Машка с Иркой, — ты робот-андроид, и у тебя нет нервов. А Тобик – это один из твоих органов. Или ты – его.
Отсыпались, кстати, недолго – я поспала часов 6, а потом меня как пружиной подбросило, и сна ни в одном глазу.
Потом мы еще назад ехали, через несколько дней. Но это уже совсем другая история.
А это путешествие навсегда осталось самым крутым приключением в нашей жизни. Сколько всего мы перевидали, сколько эмоций пережили разных – никогда не описать. И еще, для меня это было своего рода победой над собой. Я сказала – доеду, и доехала, хотя бывало и тяжеленько. Но оно того стоило.
Чувство дороги навсегда отравило нашу кровь после того случая, и с тех пор мы с Машкой исколесили кучу городов в России и за ее пределами. Если долго никуда не ехать, руки ноют, скучая по рулю, глаза просят этого бесконечного бега асфальта под колесами… В ту же осень мы отправились с ней и детьми на машине в Прагу. У Машки уже были права, но я, закаленная Челябой, была уверена, что руль ей не дам – поеду сама, тем более – с ночевками. Однако, максимум, сколько я выдержала, было 16 часов. В прошлом году ездили из Сиэтла в Вегас — 20 часов драйва. Но того «подвига» длиной в 37 часов мне уже, видимо, не повторить никогда…
Кстати, когда мы об этом рассказываем, половина народу не верит. У Ирки по возвращении чесался язык поведать на работе об этой поездке, но она же «болела» и не могла никуда ездить! Ирка все же рассказала, но якобы не сама участвовала, а ее подружки. Так вот, абсолютное большинство аудитории заявило: «Врут твои подружки. Это невозможно.»
А это возможно, тем не менее. И даже очень здорово.



Теги:





1


Комментарии

#0 16:24  29-02-2012Рыцарь Третьего Уровня    
отлично! 5. Для девушки это действительно подвиг.
очень близкая мне тема, гг
#1 16:28  29-02-2012Шизоff    
бойко написано. много лишнего, но вполне съедобный кунштюк.
#2 16:54  29-02-2012Веселый Роджер    
Ничетак. Сиськи упомянула, что немаловажно, история нетипичная для барышни. Хотя наши женщины в войну ТАКОЕ вытворяли, что удивляться шоферскому подвигу особо не приходиться.
#3 17:04  29-02-2012castingbyme*    
МИк молодчага. С квассеком согласна.
#4 17:10  29-02-2012Дмитрий Перов    
прочитал
#5 18:01  29-02-2012SwordFire    
смеркалось (с) зачот аффтаматом
#6 18:33  29-02-2012Инна Ковалец    
молодец, Мик, первооткрывателям в конкурсах завсегда тяжко, проложила лыжню
#7 21:54  29-02-2012Ирма    
Я бы тоже сорвалась.
За смелость, бойкость, интересное изложение — 5.
#8 23:09  29-02-2012С.С.Г.    
написано хорошо
но такие подвиги видал я на хую, не люблю я эти движухи, когда человеку заберется в башку блажь и он начинает чота там самому себе доказывать
#9 11:15  01-03-2012Mika    
Спасибо-спасибо.
Написано на самом деле чудовищно, я б сама первая раскритиковала, потому что уйма косяков и воды.
Писала на работе между делом, больше так не буду.
Сурковская пропаганда правильно угадала — это, само собой, не соревноваться с кем-либо, а для затравки, чтобы раскачать остальных.
Давайте уже.
#10 15:57  01-03-2012Александр Русанов    
Хороший рассказ. Представляю, какие муки испытывала Ирка, сдерживая себя на работе. Вернее даже не представляю.
#11 14:09  02-03-2012Шэнпонзэ Настоящий    
Нуууууу… Вообще-то это очень плохо, ну само деяние. Так ездить нельзя. Надеюсь что авторша врёт, а не описывает реальные события. Вот.

Вот тут про покатухи тоже, ну нечто в этом роде. В качестве самопиара, бгыгыгы. 
#12 14:46  02-03-2012Mika    
ШН, не вру. Простите.
Шоколадного зайца жалко.
#13 20:31  02-03-2012Дмитрий Перов    
4 за первопроходство
#14 23:00  24-04-2012херр Римас    
маладец, но тока засекай месный формат, ну ничо особенного-сакращай просто всякую шелуху.Ну и аккуратненко таг написало по доброму.
#15 10:25  18-07-2012Марычев    
отхлестать бы вас по щекам
#16 10:26  18-07-2012Марычев    
 а после, ужэ заплаканную,
швырнуть на диван, задрав халатик
#17 10:27  18-07-2012Марычев    
 и ярить всячески, до безе въ 
промежности
#18 10:37  18-07-2012Mika    
Че-то Марычев совсем уже, ну
#19 10:39  18-07-2012Марычев    
прости, мне рассказъ понравился, а хвалитть стесняюсь
#20 10:40  18-07-2012Mika    
Аааа! вононочо.
#21 14:07  17-08-2012Полупанов Николай    
Аххахаха, Марычев!
#22 14:14  17-08-2012шмель    
мика ты просто немного тупарылая… извини ничего личнага… слушай марыча и все будет поделом!

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
09:39  05-02-2016
: [7] [Конкурс]
Где-то в бескрайних просторах черной материи, между пространством и временем, спрятавшись в ущелье обворожительного квазара, вели беседу два романтических существа:

… и все же, mon cher, даже принимая во внимание немыслимый уровень энтропии, наблюдаемый в моих системах под действием вашего очарования, позволю себе повторно акцентировать на недостаточной аргументации некоторых доводов вашей позиции....
17:59  21-01-2016
: [9] [Конкурс]
- Господин Президент, в преддверии Почётной Аннигиляции и принимая во внимание Ваши выдающиеся заслуги перед человечеством, Высший Суд предоставляет вам уникальную возможность реализации трёх последних желаний, вместо традиционного одного....
В нашем городке жизнь в трезвом состоянии никогда не существовала. Пили все. Ходили в одинаковых ботах «прощай молодость», одинаковых синтетических скрипучих джемперах, куртках из болоньи и пили. С утра, днем – на единственном заводе по производству стекловаты, в будни после работы, в выходные и праздники....
12:30  18-01-2016
: [3] [Конкурс]

Шапка велика и сползает на глаза, лицо под ватной бородой чешется, по спине, щекоча, стекает капля пота, накладные усы лезут в нос. За что мне это все? Зачем я Дед Мороз?
- Ну, здравствуй, мальчик. Как тебя зовут?
- Митя.
Розовощекий крепыш с интересом рассматривает меня, мой поношенный красный халат с жидкой ватной оторочкой, обмотанный блестящим дождиком облезлый посох и тощий, пыльный мешок....
"Ждёт Литпром Поэта как мессию.
Ждёт чуть больше, чем тринадцать лет.
Кроет бытовая рефлексия
(это как БухБез засравший тред).

Поэтессы где? Харизма, груди,
ноги, жопа... Нету их, отбой.
Из поэтов тоже – только студень,
метящий пространство под собой,

что в горячности больного тифом
нахуярит столбиков три-пять,
смело озалупливая рифмы....