История Про.

Автор: Девочка-скандал Маленькая квартирка в типовой хрущевке на Северо-Западе Москвы. Темная спаленка с одним единственным окном, из которого открывается замечательный вид на серый унылый дворик, с покореженой детской площадкой, больше похожей на полосу препятствий, чем на место для ребячьих игр.
И двое в предрассветной мгле наступающего утра.
-А-ааааа-аааааааааху-ууууууййймоооооооо-ооооойййй!!!!!Бля-ааааать, еби,еби,еби,еби!!!! Глубже, внутрь, всунь, засади, выеби свою сучку, раз-з-ар-ви меня-аа… - Анжела закатила глаза, всем своим естеством отдаваясь терзающему ее наслаждению, такому яростному, дикому и смачному безумию плоти, которое она уже успела подзабыть в серой череде будничных «впрысков», что имела она последние несколько последних месяцев, пока не познакомилась с Михаилом.
- Щас, сука, щас, блядь ебаная, ! в пизду и в жопу, в разъебаную дырку, ! шлюха, мать твою, !!! сильнее, зар-раза, ачочко у тебя какое сладкое, маленькое, словно пуговка, расслабься ласточка моя траханая, блядь моя ненаглядная, выше ноги задери, задери и раздвинь в стороны!! вот так, умничка, сучка моя послушная…
- Вставляй, пожалуйста, ну вставь его туда, я прошу тебя, я хочу его там, раздвинь мою задницу, вставь, о-охо-хоо какой огромный….подожди, больно!!!, вынь!!я не хочу, слышишь!!ой, как хорошо-оо, глубже, быстрее, сейчас будет хорошо, ой, а-аай, ой-ё-ёй….бляди!! хуи!! пёзды!!!Да-аа-ааа-даа!!!!!!!!Всё, всё, всё, милый мой, я кончайу-у-у-у…. - коготки ее яростно впились в спину Михаила и медленно сползли вниз, оставляя за собой на его загорелой коже пунцовые разводы. Тело девушки выгнулось в сладкой судороге, и мелко-мелко затряслось.
Он быстрым рывком вынул член из ее круглой, упругой задницы, откуда тут же, по раскрасневшимся ее, горячим ляжкам, прямо на мокрые, измятые простыни, полилась густая, мутная жидкость. Анжела лежала на животе, с широко раздвинутыми ногами, мокрая, вся в сперме, волосы разметаны по подушке, глаза чуть приоткрыты. Тяжело дыша, Михаил откинулся от нее и перевернулся на спину. Такого оргазма ему еще не приходилось испытывать ни разу за всю свою яркую и бурную половую жизнь. Он кончал почти десять (!) минут и мог бы наверное еще дольше, если бы окончательно не вымотался и в буквальным смысле не рухнул с Анжелки на кровать.
Какое-то время оба лежали молча. Девушка думала о Михаиле, мысли же Михаила были уже слишком далеки от девушки. Единственный, о ком он думал последние несколько дней, был его старший брат.
Олег был молодым, подающим большие надежды ученым-химиком, работающим в каком-то супер-секретном НИИ, занимающимся разработкой и внедрением новых образцов боевых отравляющих и психотропных средств. Дома у него была даже собственная мини-лаборатория, в которой он время от времени работал, но уже только лично для себя. Эксперименты с собственным телом и сознанием были что-то вроде его тайного хобби, о котором знал один лишь Михаил и больше никто. Сам же Михаил работал ассистентом на кафедре биологии в одном из научных центров Подмосковья. Его страстью были насекомые из отряда Arachnida, в изучении поведения которых, он в последнее время весьма преуспел. В прошлое воскресенье Олег неожиданно позвонил Михаилу домой и попросил срочно приехать.Голос у него был какой-то испуганный. Хотел сказать что-то важное. И вдруг это неожиданное самоубийство. Он нашел его сразу, как только примчался по его тревожному звонку. Олег лежал на тротуаре, прямо перед собственным подъездом. Выбросился из окна своей квартиры. 14 этажей…Нелепо, страшно, невозможно! Все, что он успел прихватить из его личных вещей до приезда на место происшествия угрюмых ребят из СБ НИИ, были личный «ровербук» брата и обычный канцелярский конверт с какими-то разноцветными капсулами внутри.
В мозгу неожиданно что-то щелкнуло, и он услышал глухой, какой-то далекий голос Анжелы:
-Давай еще, я хочу тебя. Очень сильно.
Михаил повернулся. Анжела лежала совсем рядом с ним, нагая, она загадочно улыбалась. Михаил с удивлением отметил про себя, какая тонкая и прозрачная у нее кожа, через нее можно было рассмотреть всю ее изнутри, все органы и косточки, вены, мышцы, сухожилия. .Несколько секунд он смотрел на нее как загипнотизированный. Зрелище это было одновременно и противным и завораживающим. Внезапно он почувствовал яростное, неистовое желание.
-Давай, только на этот раз все будет немножко по-другому.
- Как ты хочешь…
-Все будет хорошо. Иди ко мне…
На этот раз все действительно было по-другому. Она лежала, привязанная за руки и за ноги к решетчатым спинкам его большой, вместительной кровати, а он медленно, сантиметр за сантиметром изучал ее тело, дразнящими движениями водил губами и языком по ее горячей, влажной груди, осторожно покусывал твердые, налитые сладкой истомой соски, медленно и постепенно опускаясь все ниже и ниже, к маленьким алым губкам, бесстыдно распахнутым навстречу его бурлящей похоти. Она уже плыла на теплых, ласковых волнах подступающего оргазма, как вдруг ошеломляющая боль пронзила все ее существо. Она открыла глаза и с ужасом обнаружила, что правая рука Михаила почти по локоть вошла между ее ног и теперь ощупывает ее изнутри - матку, яичники, мочевой пузырь…Она закричала каким-то нечеловеческим, нутряным криком, и в этом яростном, отчаянном вопле раненого животного смешалось все - боль, страх, ужас, мука…
- Га-а-а-а-ад!!!!!!!Что ты со мной делае-е-е-ш?!?!!??!! - верещала Анжела
- Осматриваю тебя, - деловито пояснил Михаил, внимательно посмотрев в ее искаженное гримасой боли лицо. - Мне показалось, что… - голос его неожиданно изменился.
-Ты с ума сошел!!!отпусти меня сейчас же, ты, урод, придурок, сволочь!!!!!
-Ты это…лежи лучше тихо, а не то я тебе щас язык отрежу, - как то спокойно и даже дружелюбно ответил Михаил. - Лежи - и не рыпайся. Осмотр почти закончен, - и с этими словами он резко сжал пальцы в кулак и рывком выдернул свою руку из влагалища.
Анжела истошно закричала, корчась и извиваясь в простынях словно полураздавленная змея.
- Вот! Михаил поднес окровавленную руку к лицу девушки и разжал пальцы. Смотри!- торжествующе произнес он. На его ладони копошилось нечто мерзкое и волосатое.
- Каков экземпляр! - Михаил с неподдельным восхищением рассматривал тварь. Похож на взрослого птицееда, самец… хотя я и не уверен. Как ты думаешь? - он повернулся к Анжеле.
Девушка лежала на боку, зажав правой рукой промежность и жалобно всхлипывала. Между пальцев ее сочилась сукровица, черной змейкой растекаясь по измятым простыням.
- Больно?
Анжела не ответила.
-Сейчас мы это поправим. Михаил поднялся с края постели и потянулся к прикроватной тумбочке. Открыв нижнюю дверцу, он высыпал из белого конверта горстку разноцветных гранул и выбрал из россыпи пару штук. Одну, пронзительно-яркого цвета василька, он сразу же протянул девушке. Вторую, матовую, черную, цвета вороньего крыла, положил себе под язык. Анжела проглотила капсулу, с трудом поднялась с постели и отправилась по направлению к ванной, по пути называя его грязным супником и мерзким садистом.
Михаил же голышом сидел в большом, кожаном кресле и, прислушиваясь к шуму воды в ванной, пытался вникнуть в смысл произошедшего. Сначала эта нелепая смерть брата и никаких следов, никаких зацепок, кроме одного единственного слова, которое было напечатано крупным шрифтом на экране его «ровера». Потом Анжелка, без пяти минут невеста, и его долгие уговоры на секс до свадьбы, и вот он, наконец, долгожданный подарок. Паук-птицеед, непонятно каким образом оказавшийся внутри Анжелы… А может ничего и не было? Просто глюки и не более чем?
Все-таки странные какие-то эти таблетки. И у каждого цвета свои примочки. Розовые например мгновенно раскрепощают и возбуждают дичайшую, прямо таки звериную похоть (Еще бы, ни при каком другом раскладе Анжелка не дала бы отыметь себя не только в задницу, но и обычным способом).
Желтенькие дают необычайный прилив сил и энергии (Эти он опробовал вчера утром, когда проснулся с жутчайшего бодуна после братьевых поминок).
Васильковые здорово облегчают отходняк после приема всех остальных, и вообще обладают местным анестезирующим эффектом (именно такую он и дал только-что Анжелке).
Черные же...(эту он пробовал сегодня впервые), как ему почему-то начинало казаться, должны привести его к разгадке загадочных обстоятельств самоубийства Олега. Уже сейчас он чувствовал, что многие вещи открываются ему в кардинально новом свете. Что сейчас ему и было необходимо. По крайней мере, он знал, с чего надо начинать.Резким движением встал с кресла, подошел к столу и включил монитор.
На экране высветились слова:

GFIYZ PFCTZYF
CTVTYF DPJIKB
GHBIKJ DHTVZ {JHJITQ :FNDS

Что бы это могло значить? Какой-то знакомый язык. Или смесь из двух разных.Какая-нибудь кодовая фраза? Михаил начал методично переставлять буквы в словах, но это не давало нужного результата. Шифр казался примитивным. Возможно обычный перевертыш. Он обязательно докопается до истины.Михаил переписал на листок бумаги загадочные буквы, потом удалил текст с экрана и начал набирать его по-новой. На середине последней фразы вдруг вспомнил, что забыл переключится на латиницу, взглянул на экран и ...еб тва-аю ма-ать! Лихорадочно допечатал окончание фразы и прочел:

ПАШНЯ ЗАСЕЯНА.
СЕМЕНА ВЗОШЛИ.
ПРИШЛО ВРЕМЯ ХОРОШЕЙ ЖАТВЫ

Уже что-то. Хотя смысл фраз пока не ясен. Наверное капсула еще не подействовала. Что ж, подождем еще.
А пока надо пойти проверить Анжелку. Интересно, простила она его уже за эту садистскую выходку с пауком (а что ему еще оставалось делать?) или уже свалила нахуй латать свою песду в районную консультацию? Если так, то и хрен с ней. С такими колесами он теперь может иметь любую женщину, какую только захочет. Хоть Памелу Андерсон, хоть принцессу Диану. Фу ты, черт, она ж кажется уже давно откинулась… Ну тогда хотя бы Кэтрин Зету эту Джонс, и вообще всех троих одновременно, включая эксгумированную принцессу!
С этими мыслями он встал и направился в ванную. Осторожно постучал. Какая-то странная возня сквозь тихий шум воды. И еще чье-то тяжелое, прерывистое дыхание. Он приоткрыл дверь и остолбенел.
Анжела лежала на животе, перегнувшись через край ванны. Голова ее была под водой, скальп с нее был содран и плавал рядом, похожий на сдохшую медузу, с длинными белыми нитями волос-щупалец. Но самое поразительное было то, что сзади нее, раздирая мощными лапами нежную девичью спину, пристроился огромный черный ротвейлер, невесть откуда появившийся в его маленькой квартирке. Из открытой его пасти капала густая, белая пена, которая тут же смешивалась с алой Анжелиной кровью, сочившейся из многочисленных ран на ее теле.
Михаил медленно попятился назад в спальную как вдруг на полпути уперся во что большое и мягкое. В это же мгновение тело его сдавило в ужасной хватке, словно кто медленно и неспешно обматывал его с головы до ног здоровенным чугунным прутом. В следующее миг какая-то нечеловеческая силу подняла его вверх, и он, каким-то непостижимым образом извернувшись, посмотрел вниз и увидел под собой того самого паука-птицееда, которого он сегодня достал из чрева своей девушки, только гораздо большего, величиной примерно с молодого теленка Чудовище глухо, утробно хрюкнуло и размахнувшись, со всей силы швырнуло Михаила через всю комнату прямо в распахнутое настежь окно…
...Анжела сидела в своей комнате, тупо уставившись на экран телевизора. Молодая репортерша, ведущая криминальный блок вечерних новостей бодрым голосом сообщала об участившихся за последний месяц случаях самоубийства среди наркоманов. Только за последнюю неделю это был уже девятый подобный случай. В двух из них состав наркотика, которые принимали перед смертью погибшие, судмедэкспертиза так и не смогла установить. Ведется следствие.
Камера дала крупный план места происшествия. Забрыганный кровью тротуар, надломившийся козырек подъезда, молодой человек, лежащий на асфальте в неестественной позе. Любимое, до слез, до боли, до беспамятства лицо.
На 13.00 у нее с Михаилом была назначена регистрация в «Грибоедове».