Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Конкурс:: - Белый ворон (на конкурс сказки)

Белый ворон (на конкурс сказки)

Автор: Вита-ра
   [ принято к публикации 14:41  13-01-2014 | Гудвин | Просмотров: 821]
Это было время, когда наряды были одинаковы, а мысли у каждого свои.
На безлюдье и собака заговорит, только, кто её поймёт? Друг друга-то понимать разучились.

В этот год селяне ждали снега как чуда. Как же было не ждать, когда земля вскопана давно, и время чеснок высаживать, и время быть ему укрытому тёплым сугробом. А снега нет и не предвидится.
Осень повержена была всухую. Так, всплакнула пару раз скромно и ушла, потому, как зима явилась в срок, и продолжала являться везде, и везде со скучным морозным видом.
И эта промозглая скука придавала ей вид гордости и неприступности, как всякой городской крале, заехавшей по нужде к нечесаным родственникам. Того и гляди, начнёт раздать индульгенции или похоронные свидетельства в виде подарков.
Солнце светило лучами бедными, слабыми, лужи не таяли, а их всего то было штук пять на всю деревню. Где детворе кататься?
Радовали лишь оконные узоры; каждый день, и каждый день разные. Нате вам, детки, забавляйтесь! Хоть любуйтесь, хоть облизывайте, дышите – не дышите; трите кулачками, ловите момент истины в один глаз, пока не слизало солнце кружевные росписи.

Нюша любуется; водит пальчиком по стеклу, повторяет застывший полёт диковинных птиц. Она их согревает; окоченевшие птицы тают и вновь появляются на том же месте. А между ними расцветают перистые растения, рождаются гордые духи, лунные человечки, парящие не во мраке ночи – при свете дня, который безлюднее самого безлюдья.
Сегодня Нюша видит белого ворона. «От него веет тишиной и спокойствием почти младенческим. Дремлет», – обронила бабушка, мельком взглянув на зимнее утро сквозь замёрзшее окно.
Утро увиденное снизу.

От горячего Нюшеного дыхания узор оживает.
Ворон не орёл, но тоже гордо расправил крылья, задрал голову и готов взлететь застывшим, без кровинки жизни; молча взлететь. Ему бы крылья запасные и не белые, а синего цвета. Но может быть, и тогда бы молчал, не каркал. Оно и понятно, заявлять во всеуслышание: я – принц ночи – непристойно. Девочка тоже в глубине души надеялась, что недурна собой, но утверждать не решилась бы, даже перед бабкой, а говорить о красоте деду и вовсе бесполезно. «Красиво то, что правдиво», – любил повторять дед, складываясь при этом в три погибели, чтоб поцеловать бабкин подол, да тут же прижаться губами к её толстой заднице. За что получая очередной подзатыльник, гыгыкал с нескрываемым удовольствием.
– Ба, а чего дед смеётся, когда обзываешь его вшой бараковской?
– Тому и смеётся, Нюшка, что вша в бараках неистребима.
Дед отшучивался:
– В глубине всякого худого слова есть своя капля ядовитой сладости.

Утро остаётся бессолнечным, молочно-прокисшим. Простокваша, не прикрытая инеем – нечто человеческое. Отсутствие запаха – отличный запах! Надолго ли?

Ворон не спешил таять. Они подружились сразу.
Окно – вороний ночлег. Четыре обледеневших угла, залитые стеклянным сиянием электрической лампочки, искрились.
В глазах Нюши нескрываемый интерес. В полынье морозной росписи, образовавшейся от её горячего дыхания, видна улица. Двигается удивительное шествие. Идут цыгане. Медленно бредёт лошадка; ни белая, ни серая – голая; тащит лениво бричку, почти стоит на одном месте. Цок, цок. Скрип и опять цок, цок. Кобыла сама по себе, цыгане в стороне от неё. Как будто знает она, что её время ушло.
Селяне подходят, уходят, опять возвращаются. Идёт обмен. Говорливые бродяжки отдают крышки для закаток и воздушные шарики взамен на старые шмотки.
Скупщики воспоминаний.
Черно-белый сон в рукавах засаленной фуфайки.

Гордая птица смотрит на цыганок невесело, рассуждая вслух голосом деда: «Интересно, они знают, что находятся на улице, которую зовут Мира? Улица Мира. Ди-ка-ри крутят планету, одним словом – самки, но вино у них ничего так, густое, не иначе касторку подмешивают».
– Ты пил?
– Не-е, внуча, не пил. Кислое молоко в детстве пил. Говорят, там тоже градус есть.
– Ворон, я буду звать тебя Ка-а.
– Ну, какой из меня червяк?! Лучше зови Бонифацием, как льва. Он тоже бабушку любил.
Девочка почувствовала в интонации дедовского голоса горечь, обиду. Хотела спросить отчего, но промолчала. Она далеко не всё умела высказать, и тут бабка всегда приходила ей на помощь: «Ой, чуяло моё сердце. Потерянный рай»
– Потерянный пай, – передразнил старик.
– Чего ты, как дитя малое, всё балуешься. Помажь лучше глотку Нюшке керосином. Слышь, как хрипит. И где умудрилась подцепить ангину?
* * *
– Я белый, потому что старый, потому что лететь мне некуда. Я достаточно впитал солнца. Ещё один лучик увижу и растаю.

Час пролетел незаметно.
Холодно светит солнце. Какой-то потусторонний свет излучает.
Люди идут, поглядывая на небо, качаются. Люди не отбрасывают тени; небу не мешают.

Крылья истекают каплями; перья расплываются на глазах, исчезает. Ворон умирает. Капли впадают в ручейки. Эти ручейки тоже умрут, как всякий ручей, попадая в полноводную реку.
Нюшины глаза слезятся. Окно – вороний приют – тоже плачет. Улица плывёт.

– Вытри окно, Нюшка. Да не носовым. На-ка, возьми вафельное, – голос бабушка из глубины дома.
Девочка не слышит или пропускает мимо ушей бабкин голос. Ей ужасно хочется пить.
Четыре угла всё так же остаются мокрыми. Нюша собирает влагу в ладошку, прижав её ребром к стеклу.
Потом она выпьет ручейки – воду с чуть уловимым запахом падали.
Но этот запах ей ещё не знаком.
В деревне нет грязи.
К вечеру горло болеть перестанет.


За окном снежинки. Падают и тут же тают.
Утро уже не совсем утро.

Пройдёт двадцать лет и Нюша однажды расскажет дочери о своём чудесном исцелении, объяснив не без сожаления, почему в их городской квартире окна не потеют.
Вот только о том, что ворон тот ей истину открыл, умолчит. Оно и понятно.
Знать, не нашла слова дабы её прокаркать.


Теги:





5


Комментарии

#0 15:08  13-01-2014Лев Рыжков    
Ну, написано так-то неплохо.

Но интонации очень взрослые, апокалиптические чутка))
#1 16:02  13-01-2014Алена Лазебная*    
Красивая вещица.
#2 16:05  13-01-2014Алена Лазебная*    
Рисует почти как Туманцева,)
#3 16:20  13-01-2014Березина Маша    
Красиво, мороз по коже
#4 17:03  13-01-2014Солангри    
"Нюша собирает влагу в ладошку, прижав её ребром к стеклу. Потом она выпьет ручейки – воду с чуть уловимым запахом падали.

Но этот запах ей ещё не знаком."

- это, нечто выбивающееся из ряда.
#5 18:20  13-01-2014Швейк ™    
Заебись. Достойно отдельной номинации
#6 22:44  13-01-2014Виноградная улитка    
Отлично написано, но это не сказка.
#7 22:45  13-01-2014Шизоff    
сказка для взрослых
#8 22:58  13-01-2014Парфёнъ Б.    
ништяк
#9 01:15  14-01-2014ГринВИЧ    
новелла

косяков очень много, что в целом не отменяет красоты.

плюсану за девичье

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
17:05  27-06-2017
: [13] [Конкурс]
Оригами

Рвётся сердце на кусочки,
На молекулы и кварки,
Так ждала я этой ночки,
Чтобы весело и жарко.

Мстилось, мнилось и горелось –
Ну и что в сухом остатке?
То не жар – оледенелость
И солёно вместо сладко.

Ты в нирване, кайфе, дрёме –
Упокоился, похоже....
...
Рано утром на кухню врывается взлохмаченный повар,
хватает поваренную книгу и рвёт её на куски,
кричит: «Внутреннее чутьё – это основа,
по рецептам готовят гастрономические слабаки!»

Берёт картошку, чистит, режет на малые дольки,
кидает в кастрюлю, добавляет томатное пюре....
"Жизнь моя. Иль ты приснилась мне?"

Полагаю, что приведенные в этом эссе умозаключения в чем-то родственны вашим. И, возможно, тем они и ценны.
Я очень люблю Юрия Олешу. Начиная с «Зависти» и « Трех толстяков» и, заканчивая, репортажами об открытии стадиона в Одессе....
У маленького Аркадия было три печенюшки. Он их бережно хранил в своем кармане джинс. Но злая Маман узнала про это и решила постирать джинсу. Этот день для Аркаши стал роковым. Когда он взял свои штанишки после стирки он обнаружил в кармане кашу. -Мам, а почему у меня в кармане вместо печенюх, каша?...