Друг

Автор: Шева Автор сразу хотел бы отметить, что к одноименным сигаретам из известного культового фильма нижеследующий текст ровным счётом никакого отношения не имеет.
Разве что на уровне неподвластного сознанию подсознания.

Дефицит общения у Олега Ивановича возник не сразу, исподволь.
Ну, то что он уже не был в коллективе, это было понятно и объективно. Естественно, круг общения сузился.
Сначала это даже радовало. Не было необходимости заставлять себя участвовать в пустопорожних, банальных разговорах, утруждать себя пересказом последних слухов или новостей, изображать поддельный интерес к скучным, неинтересным для Олега Ивановича спортивным событиям.
Итог которых, что на футбольном поле, что в большом спорте, обычно был печально предсказуем и сводился к известной мантре, начинающейся словами «плохому танцору…».
Однако через некоторое время Олег Иванович, к своему удивлению, стал тяготиться возникшей свободой времяпровождения.
Телевизор давил на него своей тупостью и кем-то, - интересно кем? заданной предсказуемостью и наигранным оптимизмом. Газеты ретранслировали телевизор.
Или наоборот. Или, скорей всего, это была одна и та же империя.
Ну, зла - не зла, но чего-то очень близкого к нему.
Да, книги выручали. Читая, Олег Иванович отдыхал душой.
Но: старые, любимые, были перечитаны по несколько раз. Новые Олег Иванович знал уже плохо, но в силу возраста и нынешнего социального статуса по-стариковски не одобрял не читая.
Считая, что с цукербринами и бездуховными Козловскими ему не по пути.
Потому что его бронепоезд точно стоял на другом пути.
Да и нынешние цены, как для пенсионера, «кусались» не по-детски.
Кстати, о детях. Дети Олега Ивановича жили отдельно, уже давно вращаясь в своём кругу знакомств и жизненных интересов. Да, приезжали, да, внуков привозили, но Олег Иванович видел же - не в радость им эти поездки.
Внукам так вообще с ним было скучно.
Как там было у классиков - объективная реальность, данная нам в ощущениях. А то, что эти ощущения неприятны и где-то даже болезненны, кого это…? как говорится.
Кроме тебя.
С друзьями-товарищами тоже не всё ладно было.
Некоторые уже ушли. Навсегда.
Да, рано. Но так бывает.
Кто болел и мог говорить уже только о своих болячках. Но слушать о чужих, когда есть свои, как в своё время хорошо сказал Янковский - не греет.
С другими, еще живыми в прямом и переносном смысле, к своему удивлению Олег Иванович разошёлся или даже разругался на идеологической платформе.
В смысле - туда ли страна грядеши, или не туда?
Обидно, конечно, но надо объективно признать - кто из нас с годами становится лучше?
То-то. Нечего, как говорится, на зеркало пенять.
Личная, как раньше говорили, жизнь, тоже скукожилась до известного «чёрти-что». Который сбоку бантик.
После того, как жены не стало, иногда Олег Иванович позволял себе «клубничку».
Со временем с грустью понял, что решается только физиологическая часть проблемы.
Только.
И ни на йоту больше.
Почувствовал себя чайником, время от времени закипающим, и потом, в силу законов физики, а точнее - физиологии, выпускающим пар.
Продолжал приглашать, но уже не с тем пионерским задором, как первоначально, а больше по привычке, пока чувствовал иллюзорный порох в пороховнице.
Как украинский Порошенко липецкую фабрику Рошен.
Вот так и исчезли из жизни Олега Ивановича многие люди, с которыми раньше общался, поддерживал связь.
Будто разбежались.
Как звери из тбилисского зоопарка.

Фёдор появился в жизни Олега Ивановича случайно.
Хотя, хотя…кто с полной уверенностью может сказать, что в нашей жизни случайно, а что нет?
Правильно кто-то сказал: случайность - это неосознанная необходимость.
Пожалуй к знакомству Олега Ивановича и Фёдора эти слова были применимы в полной мере.
Фёдор сразу понравился Олегу Ивановичу своей солидностью, импозантностью, даже, где-то, респектабельностью. Чувство собственного достоинства, полная и гордая уверенность в своих силах и жизненной позиции были неотъемлемыми чертами характера Фёдора.
Причём если у кого-то это была поза, игра на публику, то у Фёдора его вальяжное поведение выглядело совершенно естественным, природным, будто по-другому просто не могло быть.
Как-то с самого начала повелось, что к Олегу Ивановичу Фёдор в гости не ходил.
А вот Олег Иванович со временем, что греха таить, зачастил.
Приходил, ясное дело, не с пустыми руками. Фёдор приношения или подношения Олега Ивановича принимал снисходительно. Будто само собой разумеющуюся вещь.
- Что значит - птица высокого полёта! - рассуждал про себя Олег Иванович.
В общении Фёдор был немногословен, но Олег Иванович всеми фибрами души, на уровне подкорки, подсознания, чувствовал, что Фёдор разделяет и одобряет его точку зрения, его взгляды, его мировоззренческую позицию на многие насущные вопросы современной жизни.
На санкции, на курс рубля и курс вообще, на Мутко и Ко, на запуски «Прогрессов» и прогресс в целом, на «Мистрали», которыми нам насрали, на G7 в крошечном фрицевском Мухосранске, кстати, символично, что - Г, оно же Ж, на бельгийцев и вкупе с ними австрийцев.
На женщин, в конце концов.
Причём если по другим вопросам у них могли быть непринципиальные разногласия, то в части лучшей половины человечества - никогда.
Фёдор обычно молча начинал кивать головой, будто поддакивая Олегу Ивановичу в его сетованиях о женщинах.
А Олег Иванович, видя, что друг полностью на его стороне, чувствовал, как в душе будто растекается тепло и становится как-то…
Не передашь это, одним словом.

Ну и что, что пеликан?
Ну и что, что в зоопарке?
Друг - он и в Африке друг.