Парик

Автор: Смехуёчкин На свою беду, Тарас был лыс. Точнее плешив, той редкой плешью, которая выедает шерсть с затылка и темени, но оставляет венок бесполезной поросли над ушами и шеей. И ещё чуб. О, этот жалкий чуб! Чуть его запусти, и Тарас становился похож на хохла, которого сильно поколотила жинка. Да потаскала за оселедец, очень тот повредив и сдвинув с макушки на нос. А стриженным, чуб смотрелся, как вытертый лобок из порнухи. Мерзость, а не чуб.

Тарасу посоветовали носить "боярскую шляпу". Он взял ковбойскую, чтобы шла под джинсы. Не снимал её целую весну. Встречные девушки ему улыбались, и всё такое. Но потом стали улыбаться пенсионерки и даже детки. Тарас оглядел себя в специальное зеркало. Плешь выросла, и стала видна из-под головного убора. Причём с правого боку, даже сильнее, чем сзади. Голова походила на Арарат, до середины поросший ёлками и чем-то ещё. Выше подобно сверкающим снегам белела лысина, а на макушке, ноевым ковчегом угнездилась шляпа.

"Вот же блин!", — подумал Тарас и обратил взор на восток. Ферганская тюбетейка, на несколько размеров больше нужного, закрыла решительно все неэстетичные зоны. Однако череп под ней сильно потел. В жару, проступившая соль портила национальную вышивку с биссером, и было похоже будто Тарас носит на голове миску с необычайно пёстрым салатом. После стирки товарный вид утрачивался совсем. Пришлось докупить тюбетеек сразу до осени, из расчёта "полшапки в день". Следующая тюбетейка полиняла от первого же пота. Весь её мистический орнамент отпечатался на лысине. Вечером у зеркала Тарас снова упомянул блин. А когда выяснилось, что отмыть рисунок шампунем не получилось, просто выругался.

Тарас бросился в интернет. Там порекомендовали жидкость для чистки микроволновок, после которой ферганские узоры сменились большущими чириями. Оглядев их, доктор выписал Тарасу мазь и больничный, а врачевание интернетом и тюбетейки, настрого запретил.

Пустынными закоулками возвращался Тарас домой. Голова его напоминала человеческую, весьма отдалённо, но не будем об этом. Он опустил глаза и что-то бормотал одними губами. Наверное жаловался господу или на господа. Хотя кому пожалуешься на господа? Но тот пожалел его без всяких жалоб, едва не засадив плешью в бетонный столб. Причём в самое объявление, на котором было крупно напечатано "Парики от 50 рублей" и телефон. Буквы были стилизованы под арабскую вязь. Цена ошеломляла. "Так-так-так!", — замельтешило в плешивой голове. "Дешевле, чем тюбетейки. Если ноские, за те же деньги можно накупить до пенсии! Но почему дёшево? Китайские? Контрафакт? Радиация? А доктор? Ох, блин, не вляпаться, только не вляпаться", — думал Тарас, набирая номер со столба.

Оказалось париками торговал частник. И близко. Уже через пару минут Тарас стучал в толстую, металлическую дверь на последнем этаже. Он решил, что вот-вот увидит настоящий подпольный цех. Ему представлялись, то ряды швейных машинок, за которыми трудились невзрачные китайцы, то перевёрнутые трёхлитровые банки с напяленными на них париками. Но открывать не спешили. Кто-то, за дверью, разглядывал посетителя в глазок и вроде бы похохатывал. Стало неловко и Тарас собрался уйти, когда дверной глазок зашевелился, попятился, и провалился, оставив вместо себя дыру примерно с рубль.
— Извини, бро. Ну ты Кинг-Конг. — послышалось оттуда.
— Так потому и пришёл. — сказал Тарас, стараясь не показать обиды.
Теперь смех сыпанул так звонко и бессовестно, что оставалось только пнуть дверь ногой. И Тарас пнул.
— Вы чего там, блинов объелись?!
— Тихо, тихо, — загнусил голос, — суй бабло.
— Куда?
— В глазок.
— А товар?
— Сначала бабло.
Становилось ясно, что всё это развод, но Тарас разозлился. "Ну, вот и повод ментов вызывать", — решил он, после чего достал из кармана полтинник, сложил его в "восьмеро" и пропихнул в дыру.
— В следующий раз верти трубочкой, — сказали с той стороны.
— А что будет и следующий раз?
— Товар чёткий, бро.
— Да где он?
— Ща, ща, бро, готовлю.
За дверью действительно возились и даже чиркнули спичкой.
— Ну давай, бро.
Тарас опасливо заглянул в дырку. Было ничего не видно, но тянуло смачно.
— Да не глазом, бро! Ртом.
— Эй, ты там хоть чуть при памяти? — спросил Тарас.
— Некогда базарить, бро, — заторопил голос, — лови свой пАрик.
И тут же, словно сказочный змей из древней норы, из пустого глазка высунулся сизый дымок. Он вылезал наружу неторопясь, был густым и плотным. И умным. И вкусным. И достаточно остывшим, чтобы не закашлять. Тарас гостеприимно подержал его в себе и решил выпустить. Но тот не вышел. Наверное понравилось.
— Рот-то закрой, бро.
В глазок наблюдали.
— Хватит тебе на первый раз. Товар бомба.
Тарас хотел объясниться, но ничего не вышло, потому что в глотке пересохло.
— Презент от фирмы, бро. Держи.
Из глазка показался кончик чего-то яркого. Тарас было дёрнулся губами, но вовремя понял, что это тряпка. Он вытянул из двери нарядную бандану.
— Носи, нехер людей пугать. И вот ещё. Залечи башку и сбрей оттуда пух этот цыплячий. Загарчика хапнешь, не хуже Дизеля сделаешься. Давай, бро. Звони.
И глазок втиснулся на своё законное место.

Тарас спустился этажом ниже очень довольный. Долго и неуклюже он возился с банданой. Наконец, повязал её узлом вперёд и вышел из подъезда. Сразу на самую центральную улицу. И продолжил свой путь, вышагивая по ней уверенной и пружинистой походкой Дизеля.