Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Конкурс:: - Сага о Ласковом Мае (на конкурс)

Сага о Ласковом Мае (на конкурс)

Автор: Шева
   [ принято к публикации 12:31  30-05-2018 | Лев Рыжков | Просмотров: 296]
Родился он в потомственной семье интеллигентов. Это был плюс. Минус был в том, что родился он в аккурат вскоре после революции. Поэтому и имя было у него несколько странное, - Май. В честь Первомая, славного праздника пролетариата и трудящихся. Родители, молодцы такие, уже тогда прочувствовали генеральную линию партии, и кто в доме хозяин. Что значит - кондовая интеллигенция. Но на фоне Виленов, Октябрин, Электрофикаций и прочих акаций-фигаций его имя звучало весьма прилично. Опять же, очень удобно, - всего один слог. Когда подрос, и у большинства пацанов во дворе появились клички, как правило - сокращения от имён или фамилий, иногда - смешные или даже обидные, у него проблем не возникло. Май - он и в Африке Май. Да и нрав у Мая был лёгкий, весенний, майский. Одна только у Мая была черта, которая заметно выделяла его среди приятелей, и о которой ни сном ни духом не знали ни отец с матерью, ни другие родичи. Интуитивно он понимал, что если бы узнали, - досталось бы ему на орехи. Поэтому черту эту дома он тщательно скрывал, а рассказывать в их компании что-то о дворовых забавах родителям считалось западло. Хотя многие пацаны его страсть не одобряли. Почему-то Маю очень нравилось мучить животных, птиц, даже мелкую живность. Бабочкам и майским жукам он с наслаждением отрывал крылья и конечности. Причём - не спешил, ему нравилось тянуть процесс. Когда прочёл «Муму», на него как озарение нашло, будто он счастливым образом нежданно-негаданно причастился к великой тайне бытия. И стал беспощадно топить время от времени появлявшихся во дворе приблудных котят и щенков. Наслаждение получал - как от первых поллюций. Раздражало его только, когда бабушка начинала хвастать перед соседями, какой Май ласковый, нежный и впечатлительный мальчик растёт, - мухи не обидит.
А потом повзрослел, и прошло, - как отрезало. Новое увлечение охватило его, - воевать с бандитами, шпионами и прочими врагами народа. В старших классах он записался в бригадмильцы, после школы без проблем по комсомольскому набору попал в военное училище, а перед окончанием училища, как отличник боевой и политической, получил такое предложение, от которого он не мог отказаться.

Войну Май провёл в СМЕРШе. Опыта поднабрался - будь здоров. И себя показал. Как беспощадный борец с фашистскими наймитами и их пособниками. А также трусами, дезертирами, да и вообще - колеблющимися и сомневающимися. Кутят из детства часто вспоминал. С благодарностью. Всё в одну копилку упало. Был замечен и отмечен. Победу встретил как личный праздник, - ведь не в каком-то другом месяце случилось, а именно в мае. Быстро продвинулся по служебной лестнице. Если другие долго и натужно карабкались, то Май взлетел легко и непринуждённо. Как майский тополиный пух. Который не только невесомой пушинкой несётся вверх, но и крепко потом цепляется за крону дерева.

Пятидесятые Май встретил в свите, или, говоря служебным языком, в аппарате Самого. Обязанности у него были деликатнейшие. Во время «охоты», так в аппарате между собой они называли этот процесс, он играл роль загонщика и, одновременно, - наживки. Ну какая юная ссыкуха сможет устоять перед молодым, - немногим за тридцать, красавцем-полковником гозбезопасности, вежливо и галантно приглашающим подвезти её в блестящем, лакированном трофейном, а скорее - ленд-лизовском Паккарде? Самое главное в его деле было уговорить дойти до автомобиля сопровождения, и сесть в него. Без криков, возмущения, сопротивления, - не привлекая внимания прохожих. В машине уже можно было действовать жёстче, объяснить политику партии и правительства в данный текущий момент, - куда она рыпнется? Ну а в апартаментах было совсем легко, вопрос только времени. Да и арсенал средств богатейший. От изысканного вина, деликатесов, редких фруктов до порошочков и уколов. На этом Палыч, - как называла Самого его служба за глаза, не экономил. Самое приятное в службе Мая было «право первой ночи». После Палыча, конечно. И когда Сам, насытившись и обессилев, отдавал девчонку Маю, тот как молодой и злой зверь набрасывался на неё и пользовал как отработанный материал куда и как угодно, ни в чём себе не отказывая, обычно доводя дивчину до слёз и рыданий. – Я не первый, но и не второй! – любил бахвалиться он в разговоре с коллегами из аппарата. Те, в свою очередь, зная его садистские наклонности, прилепили ему кличку - Ласковый Май. Он не обижался. Наоборот, она ему даже нравилась. Так же, как и поговорка Самого, которую тот любил повторять про себя, когда высматривал очередную жертву на улицах Москвы из окна своего длинного чёрного ЗИМа, - Май-май-май, кого хочешь - выбирай! Иногда, когда девчонка очень уж нравилась Маю, он оставлял её дня на два-три. Отвозили её потом домой едва живую, но запуганную до предела, - чтобы никому ни слова!
Уже будучи на пенсии, Май любил вспоминать свою службу у Палыча. Прямо - тысяча и одна ночь. Некоторых он даже помнил, как звали. Попалась им как-то девятиклассница, Анечка Быстрых. – Не девочка, а персик! – радовался Палыч. И мякоть у неё была как надо: сочная, нежная, упругая. А главное - нетронутая. Царапалась, правда, очень, пришлось ей укольчик сделать. Но всё это, увы, в воспоминаниях. После расстрела Палыча жизнь покатилась по нисходящей. Хорошо, что не попёрли тогда из органов, хотя и бросили в Тьмутаракань. Зато потом дали возможность, хоть и досрочно, по выслуге лет, выйти на хорошую пенсию.

А в середине семидесятых случилось непредвиденное и страшное. Как по той поговорке - вот те, бабушка, и Юрьев день! Весной семьдесят пятого из мест отдалённых откинулся Юрка-Шиловжопу. Отсидевший, как говорится - от звонка до звонка, пятнашку. Ясно и понятно, что не по интеллигентской пятьдесят восьмой. Жить ему в Москве, конечно, нельзя было, но проездом он заехал к родне, - повидаться. Всё-таки - столько лет не видел. Кто уже умер, кто - постарел, кто - подрос. Вот так, после застолья, по пьяной лавочке, и узнал Юрка от любимой племяшки Ани Быстрых, ныне по мужу Бызовой, как не только ему, но и ей в молодости менты позорные жизнь поломали. И такая горечь и злоба его взяла, что хоть и по пьяни, но пообещал он Ане, хотя уже и Бызовой, что накажет её обидчика по полной. А был Юрка-Шиловжопу в авторитете, слов на ветер не бросал. Через правильных людей адресок пенсионера с редким имечком быстро нашёлся. А на второй день Первомая, ближе к вечеру, Юрка к пенсионеру и наведался. На беду, у Мая как раз гостевали сын с невесткой. Жена-то от него давно ушла, сразу после громких разоблачений в хрущёвскую оттепель. Повезло ей. А то четвёртой бы на полу в луже лежала. Вот так для Ласкового Мая последний в его жизни Первомай оказался не только кумачовым, но и кровавым. Даже в некоторых газетах об этом было. Скупой строкой петитом. Страшный сюжет. Но Квентин тогда еще совсем малец был, - двенадцатый только минул. А то было бы на экранах одним славным ублюдком больше.

А осиротевшего внука Ласкового Мая, - маленького пятилетнего Мая, отдали в детский интернат. Как ни странно, несмотря на сопливые года и неожиданную утрату родных кормильцев, в новой обстановке малой Май освоился быстро. Вписался, одним словом. Даже стал в пацанской среде авторитетом. Гены дедовские видно сказались. И когда в середине восьмидесятых пошла повальная мода на ВИА и доморощенные самодеятельные группы, Май тоже создал свой ансамбль. Перефразируя любимых авторой, смеялся - …из голодающих сирот Поволжья! Взял в ансамбль самых близких корешей, - Сержанта и Рыжего. Чуть позже - примкнувшего к ним Шиву. Мамонтёнок к ним еще набивался. Льстил напропалую, - Вы прямо как Битлс! – Битлс-говно, - авторитетно отвечал на поползновения Мамонтёнка Сержант, самый старший из них. И тем самым закрывал тему. – А можно, я хоть на маракасах буду! – канючил Мамонтёнок, - Или на тамбурине! – Череп малехо об стенку причеши, - будем стучать по нему, как по тамбурину, - советовал Шива. – Злой ты! – обижался Мамонтёнок. – Да уж, неласковый, - соглашался Шива. Так и не взяли мелкого. Да и правильно. Они потом так взлетели… Кто мог подумать? С продюсером повезло. Хотя менеджмент, маркетинг и дебильный коньюктурный всплеск тоже никто не отменял. Ну а чутьё от Бога - оно дорогого стоит. Как ансамбль назывался, спрашиваете?
А что - были варианты?




Теги:





1


Комментарии

#0 12:32  30-05-2018Лев Рыжков    
Тяжелый чота текст. Как не Шева писал.
#1 13:37  30-05-2018П.П.    
Про несложившиеся отношения Разина с Шатуновым, не?
#2 15:08  30-05-2018Ирма    
Было дело
#3 21:39  30-05-2018Mavlon    
Забавным показалось гг +
#4 21:39  30-05-2018Mavlon    
Было дело
#5 22:48  30-05-2018Припадок спокойствия    
кругом менты и бандиты, было дело
#6 00:47  31-05-2018майор1    
+
#7 01:58  31-05-2018дядяКоля    
Кино и театр, скорее, за последний абзац. +

Мне в Универе прихофизиологию преподавала Люция Петровна Павлова. Я ее поначалу ЛюцИя звал, а потом выяснилось, что ее брата- близнеца зовут Рев. Пришлось изменить ударение на ЛЮция, гг

Нужно было еще Даздраперму упомянуть. Она на первом месте идет. И тоже про Май, кстати, гг

В Далласе был у меня один знакомый Вилен - эмигрант из Киева. Вилей его все звали.
#8 15:11  31-05-2018Швейк ™    
Последний абзац показался неуместным
#9 19:27  31-05-2018Разбрасыватель камней    
Сержант не одобрит. Было дело. +

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
23:36  02-08-2018
: [46] [Конкурс]
Люблю ужасно этот местный красный цвет домов, такой подсмытый дождями, траченый временем. Он удивительный какой то на фоне голубого неба. Дома все построены, чтобы занять отведенную территорию, поэтому они не имеют прямых углов, а то развернутые, то острые, то круглые....
Тук-тук-тук. Тук-тук-тук.
Кто там?
Это я, пофтальон Пефкин, принес фурфаф «Фурфифка»
Тук-тук-тук. Несмотря на то, что бывший муж обозвал меня психопаткой (была бы замужем за генералом, была бы генеральшей), - я все равно люблю себя и принимаю себя....
Он-таки, знаешь, перестал ночами гадить.
Освобожденная тоскую?- кагбэ не;
И не валяются затертые тетради-
Кривые строчки /не читал/ да похуй мне.

Мои бездонные глазастые рассветы
Другой достались. Потому что - потому.
Я не держала, не вымаливала "где ты?...
22:35  06-06-2018
: [15] [Конкурс]
...
18:58  06-06-2018
: [4] [Конкурс]
Первые майское утро в поселке Иваново выдалось теплым и солнечным.
Макар умылся из тазика, потянулся и направился к столу, за которым уже восседали его жена Манька и закадычный друг Кузьмич. Во главе стола приютился телевизор, он, как предмет говорящий, также приравнивался к закадычному другу....