[ принято к публикации 13:10 08-05-2020 | Антон Чижов | Просмотров: 1692]
Нас было двадцать восемь,
Винтовки не у всех,
Мы уходили в осень,
А угодили - в снег,
Пар из горячих глоток
Снег превращал в глоток,
И жизнь была короткой,
Похожей на плевок
А день всё не кончался,
А с ним и этот бой:
Кружил, вокруг топтался,
Как дед с тупой косой,
Коса его звенела
И пела: -Вжик да дзень,
Вон там бойца задела...
Теперь нас -двадцать семь!
А ротный в трубку связи
Хрипел чужим лицом,
И всё просил у базы
Каких то огурцов
Его накрыло миной
(Никто не соберёт!),
А мне -волною в спину,
Ну и земелька - в рот...
Ефрейтор Абрикосов
Гранату сунул мне:
-А ну, вперед, Матросов,
Ты - как бы на войне!
Мы поползли с ним оба
Вжимаясь пузом в твердь,
Не так хотелось -чтобы,
Но и в окопе -смерть!
Для каждого солдата
Судьбой очерчен круг,
И я не виноватый
Что превратился в труп,
Но эту железяку,
Что называли танк
Я все ж поставил раком,
Сорвав прощальный банк!
Молодец, Лёва! Чувство бьёт через край, как и положено в яростном смертельном бою. Нам, конечно, не понять: как это умирать за Родину под вражеским танком, но можно представить себе последнюю свою минуту в страшном бою и содрогнуться. Очень впечатлило.
#1505:35 09-05-2020
28 панфиловцев. Вечная память всем. А юмор прокатил у автора, даже на такую тему серьезную+
В те годы, когда ещё дымились костры у белых юрт и вино в турьих рогах пело старую песню гор, собрался народ на большой поляне под Шат-горою для древнего состязания . Ведущий, седой как первый снег на Казбеке, вышел вперёд, опираясь на посох, вырезанный из дикой груши ещё при прадеде Шамиля....
В городе сначала исчез запах хлеба, а потом — запах страха. Остался только запах формы: влажной, синтетической, с примесью дешёвого табака и старого металла. Этот запах стоял в подъездах, в служебных коридорах, в лифтах, где зеркала давно не отражали лица, а только должности....
Дома окружают, как гопники в кепках, напялив неона косой адидас, на Лиговке нынче бываю я редко, и местным не кореш, а жирный карась. Здесь ночью особенно страшно и гулко, здесь юность прошла, как кастет у виска, петляю дворами, а нож переулка мне держит у печени чья-то рука....
Когда я был отчаянно молод я очень любил знакомиться с девушками. Причём далеко не всегда с очевидной целью запрыгивания к ним в постель, а просто так. Для настроения. Было в этом что-то безбашенное, иррациональное, приятно контрастировавшее с моей повседневной деятельностью в качестве студента-ботаника физико-технического вуза....
всё смешалось в доме Облонских (с)