[ принято к публикации 13:10 08-05-2020 | Антон Чижов | Просмотров: 1706]
Нас было двадцать восемь,
Винтовки не у всех,
Мы уходили в осень,
А угодили - в снег,
Пар из горячих глоток
Снег превращал в глоток,
И жизнь была короткой,
Похожей на плевок
А день всё не кончался,
А с ним и этот бой:
Кружил, вокруг топтался,
Как дед с тупой косой,
Коса его звенела
И пела: -Вжик да дзень,
Вон там бойца задела...
Теперь нас -двадцать семь!
А ротный в трубку связи
Хрипел чужим лицом,
И всё просил у базы
Каких то огурцов
Его накрыло миной
(Никто не соберёт!),
А мне -волною в спину,
Ну и земелька - в рот...
Ефрейтор Абрикосов
Гранату сунул мне:
-А ну, вперед, Матросов,
Ты - как бы на войне!
Мы поползли с ним оба
Вжимаясь пузом в твердь,
Не так хотелось -чтобы,
Но и в окопе -смерть!
Для каждого солдата
Судьбой очерчен круг,
И я не виноватый
Что превратился в труп,
Но эту железяку,
Что называли танк
Я все ж поставил раком,
Сорвав прощальный банк!
Молодец, Лёва! Чувство бьёт через край, как и положено в яростном смертельном бою. Нам, конечно, не понять: как это умирать за Родину под вражеским танком, но можно представить себе последнюю свою минуту в страшном бою и содрогнуться. Очень впечатлило.
#1505:35 09-05-2020
28 панфиловцев. Вечная память всем. А юмор прокатил у автора, даже на такую тему серьезную+
Виола носила бежевое. Не цвет - категорию. Песочные кашемировые джемперы, платья оттенка wet sand, пальто цвета небеленого льна. Она была человеческим воплощением moodboard для скандинавского интерьера: гармонично, дорого, безупречно и абсолютно нечитаемо....
Засунула его член себе в рот и как курица начала кивать, может в конце ещё яйцо снесёт. Тьфу. Никакого умения. Плюнул. Забрал свою игрушку у неё изо рта и пошёл в туалет. Сам может справится не хуже.
Пока дрочил, думал о маминых котлетах. Кончил быстро, в висках приятно застучало....
Леонид входил в бар с точностью отлива. В семь тридцать, когда последний розовый отсвет на воде гас, превращаясь в свинцовую гладь. Он вешал на вешалку старомодное пальто, сбивал с ботинок невидимую пыль и занимал столик у второго окна....
Вася в снег ушел по пояс Сыпет сильно поутру. Вдруг заметит беспокоясь, Прыгнет словно кенгуру Дорогая очень Света, Покидая свой балкон. Простоял он до рассвета В ожидании смешон. Обо мне грустишь, бедняга? -Спросит страсти вороша....
Если вкратце, то бабушкин ухажёр меня напрягал. Звали его Виктор Анатольевич. Хотя какой он нахрен Анатольевич, просто Витёк. Потому что все у нас в посёлке его только так и называли. Он раньше работал в школе, трудовиков. И поговаривают, что любил трогать мальчиков за всякие места....
всё смешалось в доме Облонских (с)