|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Литература:: - Мир горностаяМир горностаяАвтор: Шаня Помазов Ложимся на израненный песок -Я, Михаил, и очень крупная девица Впадаем мы при солнце в жаркий сон, И гладким ей кострец и поясницу И сохнут в плавках мокрые концы И очень неприятно там и хладно Но лезут изо сна к нам мертвецы, То в сон вдруг погружаются обратно И пахнет всюду тиной и дымком Иль запахом подгнивших, старых сосен И люди ходят всюду босиком И цвет реки таинственно-поносен И слышу я воды тревожный всплеск И он меня немного напрягает И хочется мне грубый, грязный секс, И руки мой призыв воспринимают Но только нет!.. Не я на том песке, И Михаила вовсе я не знаю На сморщенном, ободранной мостке, Стою один и лапки потираю Я горностай теперь стал! Я мангуст! Змею я чую, птицу, или крысу Песок на пляже вытоптан и пуст Тут нет людей. Я никого не вижу Нет вижу. Снова вижу. Это я. И Михаил лежит, а с нами баба Растерзанны лежим как три рубля, И горностай незримый где-то рядом *** Решил я не сжигать теперь мосты Сжигать мосты - постыдно, неприятно Нас окружают чайки и кусты - И мир, который вывернут обратно. Теги: ![]() -2
Комментарии
#0 19:41 07-05-2021Лев Рыжков
Шикарно наворотил. Да, неожиданно автор извернулся. Кандибобером, можно сказать. гг Гладким ей кострец - тот ещё наворот Похоже на тяжкий, больной похмельный сон. Зримая картинка. Ты осторожнее там Шаня с погружениями в иные миры Пардон, не встааило. Тем более, Литература. И гладким ей кострец и поясницу© расшифруете тупому? 3. Гладим ей крестец - перевожу гг Это в стиле автора - не вычитывать потоки подсознательного. По мне - крепкая Палата тут Кострец гладим - "к" лишняя Лев, благодарю за оценку РК, ты прав возможно, но без погружения нет смысла Прохор, а почему ты решил что поэзия должна тебя вставлять? Шева, ты понял истину, как всегда Шаня, а почему ты решил, что это- поэзия? У тебя есть отличные вещи, ибо не пропускаю твоё. А эта- извини... Я – горностай! Мне имя –Михаил! Я на песке у моря грею лапки, Вот здесь купаться кто то приходил, Ушел в волну, оставив свои тапки Со мною –баба с крупным кострецом, Она куница местного разлива, Она торгует шкуркой и лицом Она порочна, выпивши, еблива! И вот лежим мы, значит на песке, Я-Михаил, а как её – не знаю, Часы проходят в неге и тоске, Лишь ветерок в промежностях играет А после пляжа посетим кафешантан, Где наливают кофе черный с горкой, Закончится курортный наш роман И разбежимся мы по дУплам и по норкам… Мангуста видел недавно в зоопарке. У него очень внимательный взгляд. Горностай у детей пользуется меньшей популярностью, где-то на уровне филина Кострец, между тем, очень емко характеризует спутницу Михаила, да и его самого тоже. Костей - острец, это чота из мясного отдела раскладка? Там в самом начале зпт лишняя. Я потом удивился появлению третьего персонажа. ТщательнЕй, Шаня, нужно свои шедевры выполнять. Палата в чистом виде это. Забавно. Хуярь ещё. Не очень уверен что это Литература правда. Да, этот бред на литературу не тянет прчитал как "стою один и лайки собираю" в пятом, гы Sgt.Pecker, Васёк, согласен, это не Литература, это - Новая Литература. Всех благодарю за отзывы. Незабудкер, кавер прекрасен! Доставил.. Довольно загадочный текст. Свежо + Еше свежачок ГЛАВА 27
ЗАПАДНЫЙ ОТВЕТ Апрель 1936 года, Лондон, здание Форин-офиса Сэр Роберт Ванситтарт отложил папку с донесениями из Москвы. Вечерний свет падал на полированный стол, подсвечивая тревогу в его глазах. - Их предсказания сбываются с пугающей точностью, - он обвел взглядом собравшихся.... Бабушка Марфа Петровна пироги пекла не по рецепту - всё на глаз. Муки четыре жмени, чтоб тесто липло к пальцам, но не слишком; сахара - чуть с горкой, чтоб душа радовалась; дрожжей - ровно столько, чтоб к обеду тесто трижды подошло и каждый раз она его сердито осаживала деревянной лопаткой - типа не зазнавайся!...
ГЛАВА 26
НОВАЯ ИГРА Апрель 1936 года, Московский вычислительный центр Первые лучи утреннего солнца заливали зал, где машина пробуждалась после долгой перезагрузки. Но теперь ее гул звучал иначе - мягче, с какими-то новыми, почти музыкальными обертонами.... ГЛАВА 21
ОПТИМАЛЬНОЕ ОБЩЕСТВО Апрель 1932 года, Московский институт генетики Профессор Вавилов сидел за своим массивным дубовым столом, пальцы сжимали края документа. Бумага была плотной, с аккуратно проставленными штампами НКВД. - «Программа оптимизации генофонда населения СССР», - он поднял глаза на молодого сотрудника в форме....
Ночь в селе Карденахи была черна той первозданной чернотой, что предшествует самому́ сотворению мира, — чернотой, в которой ещё не было ни слова, ни света, ни имени вещей. Стояла та доисторическая, влажная темнота, какую помнит лишь красная глина Колхиды да виноградная лоза, чьи корни уходят в такую глубину, где нет уже ни грузина, ни грека, ни перса, а есть лишь сама земля, дышащая своим медленным, тысячелетним дыханием.... |


