Х (cenzored)

читать на манер «глухари на токовище...», гг

Едешь, скажем, ты с работы по запруженной Москве,
И душою отдохнуть тебе охота.
Включишь «шоу для народа» на вечернем «Маяке»
И подспудно набираешь обороты.

Гуру троллинга искусно разожжёт в тебе костёр,
Два троллёнка поднесут ещё поленьев,
Заведя религиозно-одиозный разговор,
Доводя народ до исступленья....

Сегодня я, друзья, хочу вам про словесность рассказать,
Она в России имеет точный год рожденья, а именно:
1799
Первый был курчав и весел,
Писал стихи, происходил из африканских он царей,
Второй такой же, но, что делать, вдруг, переменились времена, и стали все угрюмы и сердиты,
И вместе с ними наш герой – тогда не жили долго, вы поймите…
Тут будет без порядкового номера писака, ведь я забыл его упомянуть,
Быть может нам он всем утрет носы, хотя не знаем точно – сжег концы....

Лес не кондом резиновый
Для толпищ идиотов,
Торфяник керосиновый
И тот поджечь охота.

Их не прогонишь силою
С кострам и окурками
Вот кони златогривые
И мчат лесами гулкими.

Сгорят в огне гарантии
На осторожность граждан,
Плевали на проклятия,
Теперь смиряет жажду

На пьяное кружение
По весям и болотам
От леса отторжение
На летние походы....

Черная река радости накроет радужной волной.
Лейтмотив индивидуума дар нести, а не в стену головой.
Даже самые плохие предчувствия совпадают с видом из окна.
И люди тонут в грусти так и не осознав что в этом их вина.

Рожденный здесь, словно брошенный в окно кирпич....

Дождь будет:
. Небо потемнело;
А лёгкий ветер то и дело
. шныряет резво между крон.
И вдалеке бормочет гром.

Сгустился воздух...
. Всё затихло.
Мир обеззвучел...
. И вдруг лихо
. и нагло вихрь налетел,
Ударил в окна…
....

Раф лежал в постели с прекрасной Мартой. Он долго не мог уснуть. Он думал о Гёте.

Думал с наслаждением. Гёте, уже будучи преизрядным стариком, заболел любовной горячкой, то есть «втюрился, как оглобля в чужой кузов».

Некая особа, которой не было и семнадцати, возбудила старика Иоганна не только плотски, но и духовно....

Я как недалекая наркоманка,
А ты мне звонишь: «Приезжай есть травка».
Мне полчаса всего нужно на сборы.
Сквозь окна маршрутки мелькают заборы.
Проносится дым от заснеженных крыш,
Меня ждет мужчина и мягкий гашиш.
Размазалась льдинка ударом в стекло
И вмажемся мы на родном Волокно*
Косая трапеция из заводи вышла
Пока мы смолились под Харе и Кришна....

Из ветхой памяти веков
Я выжму снов цветную россыпь.
В раструбах парковых аллей –
Дубов шеренговая поступь.
Усадьбы теплое гнездо
Еще не тронутое чернью.
Ленивый ход беззвучных дней
Безглавых дум полощет тени.
Террасы солнечный покой
Разлит в полёте сонной мухи....

пиздец короче
еду сегодня в метро с конечной станции, было место свободное, сел. через пару станций заходит гандон, задрот какойто, совковое чмо, лет 45. я слушал музыку и н мне по полечу постучал, и говорит вот блять типа надо место уступить вон бабка стоит....

С началом семейной жизни в голове только одно, лишь бы не раскрылись мои кулинарные способности. Девок своих я заранее просила пиарить меня на кухонном поприще, мол такую хозяйку отдавать не хотим, сама нужна и все в этом роде. С этим мои девчонки справились на отлично....

Охотник на чудовищных монстров Олег и его ученик евгений вошли в сельский бар-клуб, сели так чтобы видеть окна и вход, потребовали еды и выпить.


Когда на столе появилась еда евгений потянул руку, чтобы ухватить самый лакомый кусочек с дымящегося блюда, но был треснут Олегом — мол знай свое место ученик....

Пока ты явно пламенея
Палишь последнее нутро,
А я уже вздыхаю-фея
Как мне сегодня повезло.

И ножки видятся и груди
Ко мне прижатые в ночи.
В кафе мы более не будем
Глотать несчастные харчи.

Сорвёмся хоть бы в подворотню,
А лучше в мягкую кровать....

Он мне подмигнул через линзы очков...
В прокуренном пабе таких простачков
Всегда тусовалось, по мне, дохрена.
Я ж мирно паслась и была не пьяна.

Горчичного цвета на стенах — велюр.
В улыбке расплылся магистр авантюр.
Взгляд вязкий и сладкий прилип к декольте,
Меня раздевали и клали в соте....

Закружит снег зимою ранней,
Осыпав пеплом города,
Уйдет на дно последний камень,
Замрет холодная вода,

Картин изломленных узоры,
Полезут снова на окно,
Скрывать прицелов пластиковые взоры,
От тех, кто жизнь пускает в молоко,

И где то там, среди последних этажей
Касаясь неба мраморного край,
Среди мерцающих огней,
Ты спрячешься от страшных тайн,

А время замедляя ход,
Запеленает нас в ладони,
И тот, кто утром оживет,
Вдруг скажет — Умирать не больно....

Меня намедни посетило вдохновенье
И сочинив примерно восемь строк,
Решил вдруг посетить я заведенье -
Питейное, с названием «Восток»
Узбекского там плова обожравшись
И выпивши прилично коньяка,
На скатерти я тайно расписался
И стих оставил людям, на века:

«Июль....

Красота озабочена,
Лишь бы краской себя всклочить,
Идеалы диктуют Божьи
В потоках раскрашенной кожи.

Мысли в духе «вуаль».
И наш мир сходит с ума
И все время мы давим педаль,
Чтоб не выжить в стенах ведра.

Простим красоту, что нет помеси,
Восхваляя ее дух и почести....

Бьются в унисон
Клапаны сердец,
Мой последний сон -
Муж мой брат-близнец.
Високосный год
Что ни день – цейтнот,
Кто меня поймет
Без фальшивых нот?
Мой сиамский муж,
Режет руки гуж,
Ох, как тяжелы
Будней кандалы.
Догорит закат,
Цветом – крепкий чай,
Мой сиамский брат
Подсластит печаль....

Еще одна пустая ночь. Скорей всего многие уже окутавшись в теплое одеяло, видят сказочные сны. И лишь я, налив себе ледяной чай, разглядываю огни ночного города. На плеере музыка идет повтором. Холодный ветер поддувает со стороны моря. Ох уж это море, мне бы быть таким… В голове пылятся воспоминания, каждый день даю слово не трогать их, но душа просит, будто молвит последний раз пробежаться по ним....

Мне никогда не дарили лилии:
Розы, ромашки, красивые, милые,
Ирисы синие, мрачные, с инеем,
Но никогда не дарили лилии.
Анютины глазки и страстные маки,
От разных мужчин получала я знаки:
Гвоздики, пионы, усталые калы,
И ветки с шипами ощерят оскалы....

Мимо лимузинов, баров, женских нег,
Шли два человека, Павел и Олег
Так идут скитальцы, так идут бомжи
В скомканных рубахах, морды как коржи
Неприступность взглядов — в их глазах, и стать,
Ту что невозможно в барах отыскать
Грубость и ничтожность, свет и красота,
В лицах — будто солнце, мыслей чистота
Подойди поближе к этим господам
Ощути подмышек сказочный бальзам
Это наводненье правды бытия
Соприкосновенья тела и огня
Это боль признаний из закрытых пор
Сладко-кислов...