Все тексты

Не спится. Ночь. На небе томно
Луна зажгла священный лик,
Плывёт земля по кругу сонно -
Столетья обращая в миг.

Мой пульс как стрелка циферблата,
Уверенно чеканя шаг
Универсального солдата -
Тик-так, тук-тук - тук-тук, тик-так....

(Луцык П., Саморядов А. Дикое поле: киноповести. — Екатеринбург: Гонзо, 2011. — 896 с.)

Неблагодарное это дело — писать сценарии. Помнят актеров, ну режиссера, ну оператора. А сценарист — почти как уборщица: с ней здороваются лишь люди воспитанные....

-Итак, вы Бог?
Семенов бесстрастно смотрел на мужчину, сидящего перед ним.
Они находились в небольшом помещении без окон, с единственной дверью, расположенной прямо за спиной у Семенова. Два кресла, низкий журнальный столик, на котором стоял диктофон и девственно чистая пепельница в виде львиной головы с разверстой пастью-вот и вся обстановка....

— Чтобы спереди погладить — надо сзади полизать, — говорил Виктор Маше заискивающе.
Маша улыбалась, говорила кодовое слово «марка» — единственное слово, которое она со своим ДЦП выучила к двадцати годам, и они начинали ебаться.
Такой «духовно насыщенный» контакт был у них каждый день, за исключением тех редких случаев, когда Маша ебаться не хотела, объясняя Виктору на пальцах в крови особенности своего женского организма....

Я ненавижу короткие волосы. Вот прям до трясучки! И не потому что они мне не идут или что-то ещё. Дело тут в другом…Ненависть к ним у меня родилась ещё в последние годы правления Ельцина и Санта-Барбары. И не проходит до сих пор. А причины тому банальны....

Медленно-медленно над равниной поднималось красное солнце. Синее небо светлело, растворяясь в обжигающем свете Румиата, гасли утренние звёзды, и воздух – всё ещё прохладный с ночи – становился прозрачным.
Дорри вытянул длинную шею и выглянул за край гнезда: внизу, у самых корней окаменелого дерева вился голодный ониксовый дракон – бескрылый и неуклюжий, слишком тяжёлый, чтобы взобраться по гладкой коре....

Иголкою апрель вьебал по вене
Закашлялся от солнца с непривычки
Алкашка спит и на её колене
Я разжигаю шашлыки на спичке

Забыл я соль на прошлогодней полке
В глазницах луж нет моего оскала
Зарезал бля и сьел я диким волком
Ту женщину которая ласкала


....

Состояние, когда никаких причин нет, но вы ощущаете полноту жизни, полноту сознания, и есть душа.
Ошо

Пустую душу нельзя ничем заполнить. Пустота духа – это вещество, которое нам неизвестно.
Фазиль Искандер

Ты знаешь как мне больно....

(Жена и семья...Жена и семья) Какая-то навязчивая идея- как будто вся жизнь мужчины должна быть посвящена браку. Да, женщина и семья действительно имеют нечто общее: они взаимосвязанны . Сейчас как будто грузины быстрее и легче расходятся по белу свету, расставаясь со своими женами и детьми?...

Мне тогда было шестнадцать. Шёл семнадцатый.
Я училась в десятом классе.
Так получилось, что во втором полугодии маме надо было уехать в другой город, и ведомственную квартиру у нас отобрали.
Мама тогда сняла мне «угол» - комнатушку в частном доме....

"Если уж родственников много, то все они должны быть люди приятные, душевные, щедрые, незлопамятные. С такими и выпить в удовольствие, и помочь таким в радость. А если уж родственники отвратные, жадные, хитровыебанные - таких родственников я на хую вертел", - любил поучать нас уму-разуму наш трудовик Яков Максимович Злодейкин....

Масик зудел и выносил Ксюше мозг.
- Купила бибику, теперь счастлива?
Досадно ему, что у Ксюши теперь машина лучше.
- Да, Мась, счастлива!
На подъезде к СБС под колеса метнулась собака. Ксюша всегда боялась такого. Разум отключился.
- Ты что делаешь?...

Я для знакомств
придумал верный метод
-
Безгрешных в барах
мало , черт возьми.
И как то раз со
Стервиковой Светой
С утра пораньше , около
восьми,
В библиотеке возле
пыльных полок
Мы встретились -
начальная строка
С эпиграфом ....

Спешат к чертям российские часы,
Надетые на гвоздь, забитый в стену.
Наручники чернёные, как псы
С часами стену делят, как арену.
На пике Дон Кихота, что в седле
Прямит худую спину - флаг-бюстгальтер.
И солнечный на гербовом орле
Танцует зайчик - зажигалка-вальтер
Блестит яйцом пасхальным Фаберже,
Свет щепится под разными углами....

Было страшно. Она сидела на кровати, облокотившись об стену, и, подобрав под себя ноги. Руки, выделявшиеся из темноты своей белизной, похожей на цвет страниц свежекупленной книги, обхватывали плечи, словно стремясь, врасти где-то в области лопаток. Брови были максимально приближены к друг другу, образуя длинный шов кожной сладки на переносице....

Пройдя тропинками лесов
Земную жизнь до половины,
Сквозь горы дел и долы слов,
Я дотащился до вершины.

Исчезла с зерен шелуха,
И я узнал свои знаменья,
Почувствовал экстаз греха
И сладострастье искупленья.

И рвется на моих плечах
Послушно финишная лента,
И ярко в синих небесах
Горит величие момента,

Горит и гаснет....

Здравствуй! Я тот, кого ты не узнала,
Я ветер, ласкающий кудри твои.
Я взгляд на тебя из огромного зала,
Где зрители воют, от смертной тоски.
Я море. Игриво-веселое море.
Я небо. Серьезное небо над ним.
Я тот кто с величием вечности в споре,
Земною любовью бывает раним....

У наших воспоминаний тоже есть голоса. Обычно грустные, которые жалуются, словно вскинутые в темноте руки.
Стивен Кинг

Настает момент когда ты начинаешь вспоминать прошлое- это момент твоей слабости. Поток воспоминаний усиливается. Вот он уже край той пропасти, откуда не возвращаются....

Наступает в городе весна,
Наступает городу на горло,
Встрепенулся он как с бодуна,
Словно бы побудкою от горна.

Шевельнулся пальцами дворов,
Скрежеща распутицей дороги.
Проводами ветры гусляров
Тянут перебором некрологи.

Барабанят дворники по льду,
Выводя простые рудименты,
Скалывают зиму под гряду,
Заморозкой талой экскременты....

Было мне нелегко, но тащила, сгибаясь под ношей,
Сто корзинок любви, все в бантах, как дурацкий сюрприз.
Собрала в них себя из кусков и рванин и горошин.
Взгромоздила их все на холодный и узкий карниз.

И пинком с криком "кья", шуранула в высокое небо
И взлетели они, и курлыкали как журавли
И ложились на курс, всем зевакам внизу на потребу
И серели банты, утопая в небесной пыли....